"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

— Что это было? — не удержался я.

— Пропуск, — коротко бросил Руслан, явно не желая распространяться на эту тему.

Настаивать я не стал, и снова погрузился в свои мысли, которые неожиданно вернулись к Дарине. Я осознал, что даже не предупредил её о своём отъезде, и просто бросил её там в полном неведении. Сейчас она наверняка сходит с ума от беспокойства, но изменить этого я к сожалению не мог.

Нет, мне ничего не мешало взять у Руслана телефон и позвонить ей, но что я скажу? «Привет, дорогая, я только что скрутил какого-то киллера из „Альтиса“ и сейчас еду к его боссу в Москву, сижу с ним в одной машине, так что всё хорошо, не волнуйся»? Это только усугубило бы её панику, так что нет. Пусть лучше она немного пострадает в неизвестности, чем будет знать правду и мучиться, понимая, что ничем не может помочь.

«Сначала разберусь с Альтисом, — пообещал я себе. — Потом вернусь и всё ей объясню. Если вернусь».

Глава 18

Ошеломляющее осознание

После встречи с ДПС мы с моим сопровождающим особо не общались, и я просто молча смотрел на то, как над подмосковными полями и промознами медленно занимался серый рассвет. Через десяток мину мы уже вплотную приблизились к Москве, и мой водитель был вынужден сбросить скорость, потому что даже в такое время машин на дорогах становилось всё больше.

Тяжесть в груди, которую я ощущал с момента выхода из гаража Дилшода, никуда не уходила, а медленно превращалась в холодную решимость идти до конца. Страх конечно же имел место быть, но я его упорно отгонял, хоть и понимал, что сейчас добровольно лезу в пасть к дракону.

Туда, где у меня не будет земли под ногами и деревьев за окном… Где вся моя сила друида была фактически бесполезна, ведь кроме бетонных перекрытий и кучи стекла там ничего не было… Но я не был беспомощен. Тьма, что жила во мне с недавних пор не зависела от солнца или почвы. Она была частью меня, и сегодня она будет моим главным аргументом.

Пока я размышлял — мы быстро проскочили относительно свободный МКАД, и свернули на Кутузовский проспект, после чего впереди, в утренней дымке, словно мираж, возникли знакомые силуэты Москва-Сити.

Руслан гнал, не стесняясь камер, а потому уже через двадцать минут мы подъезжали к башне «Багратион» — той самой, где располагался офис «Альтис-гэймс».

Подземный паркинг встретил нас весьма прохладным воздухом и тихим шумом от работающих вентиляторов. Руслан припарковался на служебном месте возле лифтовой группы, после чего заглушил машину, и кинув на меня быстрый взгляд, открыл дверь.

«Ну что ж, представление начинается…» — подумал я, и последовал за своим сопровождающим.

Как только я вышел из машины — Руслан тут же молча кивнул в сторону неприметной двери в стене, которая была отделана под цвет стен, и когда мы к ней подошли, то он под моим удивлённым взглядом приложил свою ладонь к небольшому сканеру, после чего дверь отщёлкнулась.

Внутри оказался небольшой, но роскошно отделанный холл. Тёмный мрамор пола, мягкое освещение, а на стене — абстрактная картина из тонких неоновых трубок.

Прямо под этой картиной находилась стойка ресепшн, где сидела миловидная девушка, лет двадцати пяти, с аккуратной стрижкой, одетая в строгую белую блузку, и что-то попивала из огромной кружки.

Увидев Руслана, она удивлённо подняла брови, а затем широко улыбнулась, по-домашнему заправляя прядь волос за ушко, одновременно с чем спрашивая:

— Руслан Викторович? Вы что-то очень поздно… или, простите, очень рано… У вас всё в порядке?

Её взгляд безразлично скользнул по мне, задержавшись на моей помятой одежде, но профессиональная вышколенность позволила ей никак на это не реагировать.

— Всё сложно, Анечка, — хрипло ответил Руслан усталым голосом, после чего добавил: — Нам нужно к Роману Григорьевичу. Он уже здесь?

— Да, как всегда. В семь утра у него совещание по стабилизации северного кластера, но… — она снова посмотрела на меня, — я могу его предупредить о вашем визите.

— Да, сообщи пожалуйста, что я здесь и хочу его видеть по срочному делу, а вот про этого парнишку, — он кивнул в мою сторону, — не упоминай. Пусть будет сюрпризом.

Я услышал, что в его голосе во время этой фразы прозвучала странная нота горькой иронии, и Анечка тоже это почувствовала, на секунд замерев, чтобы оценить ситуацию, но в конце концов дисциплина взяла верх, она кивнула, и одев тонкую гарнитуру, тихо проговорила в микрофон:

— Роман Григорьевич, у вас внеплановый визит. Руслан Викторович, говорит, что срочно.

Последовала небольшая пауза, после чего её лицо оживилось, и она произнесла:

— Да, я поняла. Сейчас отправлю.

Она нажала кнопочку на своей гарнитуре, и взглянув в глаза Руслана, снова мягко улыбнулась и сказала:

— Поднимайтесь, он вас ждёт. Пятьдесят восьмой… хотя нет, сегодня он на операционном этаже. Восемьдесят второй, лифт я сейчас активирую.

Руслан коротко кивнул и двинулся к лифтовой панели, увлекая меня за собой, и уже через десяток секунд мы зашли в просторный лифт с зеркальными стенами и панелью, где горело только две кнопки: «82» и «P».

Руслан нажал верхнюю, после чего двери закрылись, раздался тихий, почти неслышный гул, и я поймал ощущение невесомости. Кинув взгляд в зеркало — я невольно поразился тому, насколько сильно осунулось моё лицо за время этой ночи, а потом перевёл взгляд на Руслана, который стоял, опершись плечом о стену, и смотрел куда-то в пол.

— Руслан, — сказал я тихо, повернувшись к нему лицом. — Давай без глупостей наверху, хорошо? Я пришёл поговорить, а не устраивать бойню, поэтому не заставляй меня делать то, чего я не хочу.

Он медленно поднял на меня взгляд, после чего произнёс:

— Это тебе надо не мне говорить, парень. Ты добровольно пришёл в крепость моего нанимателя, и правила игры здесь диктует он, но… — он вздохнул, и добавил: — Я своё уже на сегодня отхватил, и повторения не хочу.

В этот момент лифт мягко затормозил, после чего раздался глухой щелчок, и двери распахнулись, после чего мир буквально взорвался светом, звуком и движением.

Мы вышли на своеобразный открытый балкон, огороженный стеклянными перилами, который опоясывал огромное, многоуровневое пространство операционного зала «Альтис-геймс», который являлся самым настоящим сердцем Эринии.

Это был зал, размером с футбольное поле, и там находились сотни