"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

По-хорошему его надо было бы выставить. Закатить скандал, треснуть чем-нибудь, да в конце концов полицию вызвать и пусть выкручивается, как хочет!..Но не было сил.Феррерс ухмыльнулся, глядя на мое скорбное лицо, разлил по бокалам вино, протянул один из них мне. Вторым сам со мной чокнулся и откинулся на бортик ванной, с блаженной миной пригубливая напиток. Под пеной чувствовалось горячее движение потоков воды – аристократ пытался пристроить ноги так, чтобы меня ненароком не пнуть.Я не торопилась опустошать свой бокал, вместо этого, склонив голову на бок, задумчиво изучила скульптурную композицию «аристократ потомственный, в конец обнаглевший, одна штука».

– Эдвард.  Чего тебе надо, а?

– Помимо очевидного? – уточнил Феррерс, приоткрывая глаза.

– Помимо.

– Чтобы ты бросила контракт с министерством. Но я реалист, поэтому для начала мы обсудим вариант с твоим возвращением в мой штат.

Я надменно заломила бровь.

– И с чего бы я должна соглашаться?

– С того, что пока связь не устаканится, тебе лучше быть рядом со мной, нежели на удалении. Поверь.

Что-то было в его голосе, совсем не шуточное, несмотря на ироничный тон и общее расслабленное состояние.Я сделала глоток, не чувствуя вкуса. Каково тебе было, Эдди, когда родители забрали тебя из школы? У меня были сомнения, что слово «плохо» способно описать то состояние.А он прав. Как бы я ни злилась на него за сегодняшнюю выходку, сейчас мне было гораздо спокойнее, чем пять минут назад, до появления мерзавца в моей ванной, хотя, по правде-то, должно было быть ровным счетом наоборот.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Не аргумент, - спокойно произнесла я. - Хуже-лучше, взбрыкивания связи я переживу. Твои выкрутасы - вряд ли.

- Я буду хорошим мальчиком!

-Ой ли?

- В рамках инструкции, - Феррерс поерзал, на находя удачной позы в узковатой для двоих ванной. - Я даже ради тебя ее прочитаю, идет? И вообще, сколько можно издеваться над гостем? Видишь, мне неудобно! Иди сюда.

А я что? А я пошла, прихватив по пути парочку шоколадных конфет. И можно было бы побрыкаться, но на это не было ни сил, ни, по правде говоря, и желания. Мужская рука обхватила меня за талию, приподнимая, прижимая теснее. Я откинула голову на широкое плечо, поелозила, выбирая место, где удобнее. Эдвард попытался что-то сказать, но я сунула ему в рот предусмотрительно захваченную конфету. Может, мне их запас с собой носить? А то он прям даже почти не бесит, когда молчит... Я положила ладонь поверх обнимающей меня руки, коснулась пальцев, обрисовала костяшки, провела туда-обратно по выступающим косточкам кисти. Эдвард шумно выдохнул, обдав холодом влажную кожу, сжал меня чуть сильнее, прижался щекой к моему лбу.

Все же удивительно, как мне было с ним сейчас легко. И связь тут не при чем. Она сейчас даже больше мешала, навязывая остаточные эмоции еще того, школьного времени. И мы, поддавшись им, толком не успели сообразить, что чувствуем на самом деле. А на самом деле я была рада его видеть. Правда - рада. У меня было много времени, чтобы понять, то, до чего семнадцатилетняя Китти никогда бы не дошла.

Феррерс дал мне гораздо больше, чем могло показаться на первый взгляд. Наше противостояние вылепило из меня личность, помогло состояться как магу, раскрыть талант во всей его красе, все это да. Но еще оно дало мне уверенность как женщине. Ничто не дает больше уверенности в женском очаровании, чем хладнокровный аристократ, у которого при виде тебя сносит крышу. Тебя и только тебя. Ни на одну из девушек Андервуда Феррерс больше не смотрел, я это знала. Конечно, играла свою роль эмоциональная привязка. Но ведь чтобы добиться от меня эмоций подобным способом, он сначала должен был сам этого захотеть. А потом хотеть снова и снова.

И мои отношения с Феррерсом во всей их сложности и весьма противоречивой многогранности, были самыми длительными из всех, что я когда-либо имела с мужчинами. Я пару раз влюблялась и говорила, и верила, что люблю. Но потом все это быстро стиралось, таяло в буднях, в работе. И, расставаясь, я испытывала легкое сожаление, смешанное с облегчением. Но ни разу - того чувства опустошенной растерянности, как когда оказалось, что мой заклятый школьный враг действительно навсегда меня покинул...

- Так мы договорились? - Конфеты, к сожалению, надолго не хватило.

- Не-а, - отозвалась я. - Это что, Джорджу и контракт, и тайны, и бутылку, и шоколадку, а мне обещание того, что ты и так должен делать?!

- И бутылку, и шоколадку! - Феррерс кивнул на поднос. - Не убедил. - Ладно, чего ты хочешь?

Я задумчиво постучала пальцем по подбородку, еще сильнее откинув голову на его плечо. Если скосить глаза, можно было увидеть совсем близко, как кривятся в довольной ухмылке тонкие губы, а если чуть-чуть повернуть голову - то потереться носом о гладко выбритый, но все равно чуть шершавый подбородок.

- Расскажи-ка мне, как вот это вот состояние под контроль брать.

- Понятия не имею, меня просто заперли. Но я с удовольствием окажу тебе эту услугу, только попроси!

Я фыркнула и потянулась за новой конфетой. Вторую «затычку» Феррерс принял уже с готовностью, обхватил пальцы губами, куснул, слизнул остатки шоколада. Где-то внутри в ответ на этот жест охотно шевельнулось желание. А у Феррерса... у него тоже кое-что шевельнулось! Но фиг ему. Я еще не закончила. Вот только заманчивых требований, которые можно было бы сейчас так легко выторговать что-то все не находилось.

- Зараза ты, Феррерс, - вздохнула я. - В кои-то веки у меня есть возможность качнуть права, а с тебя и взять-то нечего!

- Отчего же... - аристократ охотно притянул меня ближе, намекая, что именно с него можно взять.

- Извини, Эдди, - я поерзала, в попытках ослабить хватку и словно случайно прижалась еще ближе. - Но это валюта неконвертируемая.

- Еще скажи - деревянная, - уязвленно огрызнулся Феррерс, куснув меня в плечо, и тут же зализал оставшийся шоколадный след.

Я хихикнула, закинула руку за голову, провела кончиками пальцев по пушистому ежику, в очередной раз убеждаясь, что он мне категорически не нравится. Три пасса, короткий всплеск силы, и я с наслаждением вцепилась в стремительно отросшие светлые пряди, дернула, потянула...