"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

— Это заказчики? — я, приобняв девушку, мотнул головой в сторону молчавших парней.

— Нет…- а глаза у Тамары сегодня особенно тоскливые.

Я ловко перебросил пакет с шапкой ушанкой на стол и развернулся к непрошенным гостям: — Ребята, ателье закрыто, все вопросы завтра…

— Да ты кто такой, чучело? — рука с толстыми пальцами потянулось ко мне, но зависло в воздухе…

В машине у меня тепло, поэтому курточка меховая была расстегнута, а приподнять край свитера я успел, пока обнимал специалиста по меху…

Щелчок снимаемого предохранителя незваный гость услышал, как и звук взводимого курка, а кнопочка застежки открытой кобуры открывается параллельно со снятием предохранителя.

— Ну что замер? — я улыбался парню в лицо — вырубить меня одним ударом он, несмотря на мощное телосложение и набитые казанки кулаков не успевал в любом случае, а я был готов стрелять не раздумывая, прямо от пояса… А на случай вопросов со стороны прокуратуры, у меня в кармане, в целлофановом пакете, лежал самодельный нож, самого «зоновского» стиля, небольшой, но острый и от этого опасный. А то, что на ноже, обнаруженного у тела, нападавшего, отсутствуют его, нападавшего, отпечатки пальцев — это уже не мое дело. Может нападавший, при жизни, был хитрым парнем, а может эксперт-криминалист криворукий или с похмелья, главное, что нет и моих отпечатков, правда, товарищ следователь?

— А без пушки тебе слабо? — сделала попытку взять меня «на слабо» бандитский пехотинец.

— Конечно слабо…- я продолжал улыбаться: — Вас, бандосов, как грязи, а нас мало. Нам еще вас сажать-не пересажать, а биться в рукопашную с каждым — никакого здоровья не хватит.

— Пошли. — «чубчик», несмотря на вид тупого бойца, был, очевидно, не таким тупым, оттого и принимал решения — второй парень, такой же здоровый, за время разговора только громко сопел и грозно морщил носогубные складки.

— Ты, тетка, на мента этого особо не рассчитывай, мы к тебе еще придем…- донеслось от выхода и дверь хлопнула. Я вытащил пистолет, после чего осторожно заглянул за угол, после чего запер входную дверь.

— И что это было, уважаемая Тамара Александровна?

— А вы, гражданин начальник, как будто не догадываетесь? — Тамара нервно ходила по комнате: — Рэкет это был, ясно же, как Божий день.

— И что хотели?

Скорнячка громко фыркнула, как будто я сказал какую-то глупость, но все же ответила:

— Двадцать процентов от выручки хотели.

— Ну это еще по-божески…

— Ты не понял, они двадцать процентов от выручки хотели, причем у них какой-то бухгалтер бы приходил и мои квитанции бы сверял. А двадцать процентов от выручки — мне можно просто закрываться, там копейки останутся. Вот не трогал бы ты Соколова, было бы все совсем по-другому.

— Тамара, ты извини, но если бы я твоего Соколова полгода назад не посадил, не факт, что ты еще была бы жива. Он своего одноклассника за сущие копейки убил и разделал, а у вас с ним тоже денежные дела были, и я уверен, ты свою копейку даже Соколову бы не уступила. Ладно, это все лирика и фантазии. Ты что делать собираешься?

— Слушай, неужели я так старо выгляжу? — девушка, абсолютно нелогично, замерла у зеркала, что-то старательно разглядывая на своем лице: — Ну, почему он меня теткой назвал?

Я подошел в Тамаре сзади, обнял ее за тонкую талию и зашептал у ушко: — Томочка, я девушкам не вру, и тебе сейчас говорю правду — если бы я не был занят, то тебя бы из своих рук не упустил. Ты прекрасна. А этот черт просто хотел тебя побольнее задеть. Он же от тебя, поджав хвостик убежал, вот и тявкнул на последок, пообиднее.

Тамара почти минуту стояла, вытянувшись стрункой и закрыв глаза, потом вздохнула и вывернулась из кольца моих рук.

— Ладно, идти надо. Ты меня до остановки не проводишь? — судя по жалобным ноткам, прорезавшимся в голосе Тамары, она боялась, очень боялась.

— Да погоди идти. Я же к тебе по делу пришел…- я потянулся к лежащему на столе пакету.

— Да я даже не сомневалась, что по делу. — кудрявая язва за спиной вновь громко фыркнула. Но, ее язвительная улыбочка мгновенно исчезла, как только я протянул ей ушанку из чернобурки.

— Откуда она у тебя? — девушка приняла меховую красоту и теперь внимательно ее осматривала.

— Ты знаешь, кто ее сшил?

— Громов, ты задаешь свой вопрос, как будто не знаешь, что ее шила я, а это уже не смешно. — Тамара вывернула шапку и, не глядя, ткнула пальцем в вшивку лисы на подкладке: — Это я набиваю на всех своих изделиях.

— И откуда я мог это знать? — я разозлился — если бы я пару дней назад знал, что шапку шила моя знакомая, возможно, Сережа Кривошеев, после короткой беседы с прокурором, отправился бы не домой, а в неуютную карантинную камеру СИЗО номер один на остановке общественного транспорта «Механическая»: — в марте, когда я у тебя куртку купил, ты никакую вышивку не делала, я тогда ее внимательно осмотре и эту красоту не упустил бы. Или ты мне чужую куртку продала?

— Да свою я куртку продала, вот этим руками пошитую. Просто после этого новую японскую машинку купила ну и стала свой знак вежде нашивать. Извини, сорвалась я, сегодня перенервничала, день не задался…

Тамара внезапно подошла ко мне, обняла за шею, и начала тихонько плакать, уткнувшись лицом в серый турецкий свитер.

— Все, все, успокойся. Все будет хорошо. Я тебя не брошу, в смысле защитю…или защищу? Лучше скажи, для кого эту шапку шила.

Оказалось, что у Тамары все изделия, вплоть до варежек, оформляются через квитанцию. Во-всяком случае, контактный номер телефона там указан. Проблема в том, что квитанции все дома, так как здесь хранить их небезопасно — руководство ателье уже давно согласилось оплачивать братве их нелегких труд по поддержанию гармонии в этом несовершенно мире, это только Тамара, снимавшая часть ателье, как арендатор, заартачилась и отказалась делится доходами. И если раньше администрация ателье взывало к совести своенравного скорняка, которая подводит коллектив, то сегодня, вразумить строптивицу пришли два бойца.

— Почему ты не съедешь? Потеряешь сумму за неполный месяц и