Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

Я глянул на свою руку и понял, что иллюзия тоже начинается истончаться. Замерев у двери, я вдруг подумал, а куда, собственно, иду? Тень я вытащил, наемников усыпил, а дальше что? Нужно ли мне вообще заходить в эту непонятную комнату?

А Воронов?

Мысль сверкнула яркой вспышкой и едва не погасла в сумятице сомнений. Лешки может быть тут вообще и нет. Пальцы, которые секунду назад хотели дернуть за ручку, расслабились и опустились. Я даже отступил, ощущая лишь растерянность.

«…ирую ментальное возд…» — едва слышный шепот в голове заставил меня подскочить.

В рот им код!

Я мигом встряхнулся, осознав, что это всего лишь одно из проявлений магии. Защита здесь стоит что надо! Надо и себе поставить такую. Не отводить глаза от предмета, а мягко ударить по мозгам, что трогать ничего нельзя, а может и просто убедить, что здесь пусто.

Собравшись и даже больно ущипнув себя, я снова поднял руку, чтобы наконец, дернуть за ручку.

«Не рекомендую, Тимофей Викторович. Небезопасно.»

«А как же все заклинания?» — я посмотрел на пальцы и четко разобрал структуру кода: рассеивание и блокировка.

«Когда вы прикоснетесь, заклинания рассеятся.»

Захотелось пнуть дверь ногой, от всей своей широкой души. Снова мелькнули мысль, а так ли надо мне туда идти? Тень вряд ли ранили магией, а скорее это произошло в банальной драке.

— Да что ж такое! — выдохнул я, стараясь стряхнуть с себя ментальное воздействие. — Вот же какая липкая дрянь.

Я так разозлился, что бросил в дверь сгустком проклятия. И самое неожиданное, он не рассеялся, а начал скользить по доскам до самого пола. А потом неожиданно просочился в щель и пропал с моих глаз.

— А вот это уже интереснее, — пробормотал я и запустил еще несколько сгустков.

Они юркими шариками ртути проделали тот же путь. Проследив за тем, как они исчезли, я вместе с Алексой хотел заглянуть по ту сторону двери, но уперся в густое «ничего». Соседнее помещение было словно молоком залито и не торопилось раскрывать мне свои тайны.

Идти или не идти? Вот в чем вопрос. Инстинкты вопили об опасности, мозг холодно подбрасывал мне картинки с лицом Воронова. И тут же просыпались кошки на душе, которые тихо мячвили: а нужно ли туда идти? Готов ли я к этой встрече?

Но разворачиваться и уходить я не собирался. Я так близко подобрался в бывшему лучшему другу, что аж руки чесались отделить его голову от шеи.

— Да ек-макарек, — долетел до меня хриплый голос старика. — Чего это я тут разлегся⁈

— Какого хрена⁈ — вырвалось у меня.

Так быстро мои заклинания еще не рассеивались!

— Ты все еще здесь⁈ — в ответ удивился он. — Тебе нельзя здесь находиться.

— Это еще почему? — с вызовом спросил я.

— Хозяйский этаж, — тоном знатока сказал старик. — Ни тебе, ни мне тут нельзя быть.

Удивительно, но он говорил без прежней агрессии, даже немного устало. Не выспался, что ли?

— А почему? — я прикинулся дурачком.

— Не чувствуешь, что ли? — на меня посмотрели, как на идиота. — Магия!

— Нашел чем удивить. Магия-хренагия. У меня вопросы к хозяину, — насупился я. — Да вот только дверь открыть не могу.

— Ха-ха! Мала еще такие двери открывать. Я вот посильнее тебя буду, а к хозяйской комнате подходить не рискую.

— Я здесь стою и ничего, — пожал я плечами.

— Значит, ты редкостная дура, — он начал разворачиваться, не желая иметь со мной никаких дел.

— Постой-ка, — тихо сказал я, подходя к нему. — Не подскажешь, почему здесь так много магии. Я никак не могу понять ее.

Пока шел, на скорую руку сляпал ментальный код принуждения.

— Никому не дано это понять, — философски заметил он, презрительно глядя на меня. — Ума, ты еще не набралась.

Преодолев разделяющее нас расстояние, я ощутил, как снова начал нормально дышать. А подойдя вплотную, протянул маленькую ладошку и четко проговорил:

— Так если ты так силен, открой эту дверь. Я хочу посмотреть.

— Я силен, да, — неуверенно начал он и сделал первый шаг. — Я покажу тебе, замарашка.

Он продолжал говорить и идти к двери, как зачарованный. Я не отходил от него, продолжая поддерживать заклинание, чтобы оно не сорвалось в самый последний момент.

Буквально за полметра от проклятой двери, пришлось усилить воздействие, взяв старика под руку. Сила утекала из моего кода стремительным потоком, и я боялся, что вычерпаю себя до дна. Даже уже не слышал, что говорит Алекса.

Дышать снова стало трудно, и начала болеть грудная клетка. Вдобавок к этому перед глазами появились разноцветные круги. С трудом держась на ногах и не отрывая взгляда от старика, я смотрел, как он протягивает руку и сжимает пальцы на ручке.

— Ты сильный, ты смелый, — я услышал натужный скрип двери и резко отпустил старика.

Не прошло и секунды, как он застыл как вкопанный, а в следующее мгновение его глаза остекленели.

— Но какой же ты дурак, — закончил я фразу.

Старик рухнул на пол и задергался в агонии последних мгновений жизни. Мне не было его жаль. Он выполнил свою миссию и открыл треклятую дверь.

Правда, я еще раз воспользовался рукой старика и ею расширил проем, чтобы можно было пройти.

— Воронов, и зачем ты так глубоко спрятался, крыса помойная? — громко спросил я и сделал шаг через порог.

Глава 23

Комната, в которой я оказался, была огромной и, кажется, занимала весь этаж. Тут не было перекрытий, из-за которых мог кто-то неожиданно выпрыгнуть, только колонны на один обхват. В воздухе пахло пылью и одиночеством.

Пол выстлан многочисленными коврами, и в первую секунду мне показалось, что это скорее склад, чем обжитое помещение. И в то же время все пространство было грамотно зонировано. Справа закуток с кухней, в дальнем левом углу здоровенная, неубранная кровать, чуть дальше сваленные в кучу вещи, среди которых я приметил знакомую расцветку комбеза Воронова.

Но больше всего мое внимание привлекла центральная часть: помост с огромным вычурным креслом, отделанным красным бархатом, несколько простых столов с разложенными побрякушками да разбросанные пакеты из-под еды. В каком бы мире ни был Воронов, он вел себя одинаково. Вечная привычка собирать