"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

и те принятых свидетелей не грохнули прямо тут, во дворе детдома. Ну, и меня заодно, если сильно повезёт. Нет, пулей меня не взять, даже необычной. Не совсем же я конченный дурень, чтобы красоваться посреди ночи на освещённом крыльце. Я играл роль блесны, на которую так и никто не клюнул.

Защита? Конечно же она была. Нет, если поставить вопрос так — выдержу ли я прямое попадание бронебойного снаряда, то я с ответом затруднюсь, а в остальном, пусть стреляют. Минут десять — пятнадцать, но не больше, если не из пулемёта. Накопители у меня не бесконечны, а многослойная защита жрёт ману, как с добрым утром!

Судя по тому, с какой скоростью его заказчики «зачистили» толстяка — разведчика, следователям ловить тут нечего. Те «быки», что за мной приехали, вряд ли даже посредника видели. Тупая и наглая гопота, которую наняли на «авось» — а вдруг сработает. Заказчик только с одним просчитался, скорей всего по незнанию — отравить охранников, присланных от ФСБ — это была самая дурная затея года! Там каждый второй, если не первый — ветераны.

Впрочем, это уже не мои дела. Думаю, дальше все сами разберутся. Как-никак, у ФСБ репутация на кону! В таком небольшом городе, как Уссурийск — это чертовски важно. Заказчиков за одну только попытку отравления найдут и так отыме… и предадут суду. Потом.

— Александр Сергеевич, вы что-то можете объяснить? — этаким тихим бесом подвалил ко мне начальник охраны.

Ох, непростые же вопросы он задаёт. А кстати, с чего бы! Кто разрешил?

— Я думал — вы мне что-то поведаете. Хотя бы по вопросам охраны, за которую я плачу, — не остался я в долгу, с интересом следя, как с непривычки у недавнего сотрудника «органов», вытягивается лицо, — У вас есть что мне доложить по факту происшествия? — окончательно обозначил я расклад в наших отношениях.

Так-то они привыкли, что все перед видом их всемогущих корочек сникают. Этакая эйфория от власти и вседозволенности и у этого типуса ещё не прошла окончательно. Что-то пробивается, из того, что ближе к реальной жизни, но профессиональная деформация вряд ли у него окончательно выветрилась. Такое быстро не лечится. Но это всего лишь моё мнение, а дальше — посмотрим. Похоже, он сюда к нам попал надолго, просто ещё не догадывается.

Я их работу на ближайшие четыре месяц уже вот-вот оплачу. Выдам капитану по паре экспериментальных артефактов, и пахать охранникам, аки пчёлкам в сезон медосбора.

Если что — «Длинное ухо» у меня уже на апробации, а вот с артефактом невидимости — проблемы. Я обещал куратору три минуты невидимости, а по факту, с моими трофеями, вышло пятнадцать. Временно́е ограничение могу поставить, но кто бы знал, как не хочется коверкать отлично выполненную работу! Сейчас урезаю мощность источника энергии, физически уменьшая размеры пластины рубина, но всё равно минут пять выходит, не меньше. Тоньше мне уже не разрезать.

Всеволод Степанович примчался через полчаса. Весь из себя заполошный.

— Александр, нужно серьёзно поговорить. Ты переезжаешь, и это не обсуждается! — начал он вместо здравствуйте.

— По какой такой причине? — поинтересовался я, довольно спокойно и даже вяло, вразрез с его решительным настроем.

— Ты не представляешь, перед какими людьми я за тебя поручился! — взорвался капитан, давая вролне внятное объяснение своему неожиданному рвению.

— А-а… вы про договор и предоплату?

— Да хоть бы и про него!

— С договором всё в порядке. Вы один приехали? — посмотрел я на экран монитора, где перед воротами был виден большой внедорожник.

— С водителем, а что?

— Тогда всё должно влезть. Напоминаю. Пилотная партия. Сто поясов, триста фонарей, семьдесят блоков питания. Срок — четыре месяца. Предоплата — пятьдесят процентов. Полная оплата после приёмочных испытаний в реальных условиях, в Пробоях трёх типов. Я правильно весь текст заказа запомнил?

— Допустим.

— Пятьдесят поясов, сто фонарей и все блоки питания можете прямо сейчас забрать. Это куда больше, чем на ту предоплату, что я от вас получил. Хотел завтра вас порадовать, а тут вы сами примчались.

— Так-так-так, — резко поменял тон мой куратор, — А ведь всего месяц прошёл, — уточнил он с этаким нехорошим намёком.

— Сорок три дня, если быть точным. Вот только не нужно думать, что я на тех переговорах себе цену набивал. Страховался — да. Просто половина вашего заказа у меня уже была на то время почти что готова, пусть и в полуфабрикатах. А сборка — дело не хитрое. Особенно, когда руку на одном и том же набьёшь.

— А почему фонарей мало?

— Поставщики подводят. Я сами фонари не делаю, лишь адаптирую их под работу в Аномалиях. Обещают через неделю полный объём доставить, — не стал я уточнять, что поставят их с изрядным запасом.

Не ФСБ же единым мне жить. Есть и другие заказчики, кстати, более щедрые и менее требовательные.

— Какие-то мысли по сегодняшнему происшествию имеешь?

— Вот флешки, записанные с дополнительных камер. Они любопытного мага зафиксировали, ну, или пользователя редкого артефакта невидимости. Вам их отдать или следователю? — доверчиво спросил я, заранее зная ответ.

— Конечно мне, — без разговоров сграбастал капитан обе карты памяти.

Чую, выдаст он их за свои достижения на ниве охраны особо ценной персоны, да и по фиг.

Главное, что вопрос скорого переезда сам собой из титров пропал. Всеволод тут же активно принялся организовывать погрузку, да и вскоре убыл восвояси, даже не попрощавшись.

— Вот и славно, трам-пам-пам, — проводил я взглядом отъезжающий внедорожник.

Каждый должен заниматься своими делами. Я — магией и артефактами, а ФСБ с полицией — ловить преступников и выявлять злоумышленников. Другими словами — кому за что платят.

В чём-то помогать друг другу мы можем, а вот заниматься не своим делом не стоит. Для начала, в моём нынешнем положении — это путь, близкий к криминалу, а для них магия — как ядерная физика. Противопоказана.

Кстати, сегодняшний разговор мне понравился. Сижу, пью чай, болтаю ногой и размышляю. Анализирую.

В чём-то Всеволод был безусловно прав. Они авансом оплатили половину заказа, и он, как куратор, имел полное моральное право на защиту этих финансов, выделенных под его ответственность. Человек карьерой рискнул, а это дорогого стоит! Своей неожиданной поставкой я выбил этот козырь у него из рук и, внимание, он тут же перестал борзеть и