Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

и даже его уважал, но в то же время отлично понимал, что он душой и телом — человек императора, и если вдруг так случится, что между нашей дружбой встанет приказ с той стороны, он его выполнит. Прецедентов к этому, ещё, конечно, не было, но никаких иллюзий себе на этот счёт испытывать я не позволял.

Следом почувствовав на себе любопытный взгляд Виктории, которая стояла чуть позади меня, с интересом наблюдая за нашей встречей, я обернулся и жестом пригласил девушку подойти ближе.

— Виктория, позволь представить: полковник Ярослав Геннадьевич Калинин. Мой давний армейский друг.

Калинин внимательно посмотрел на неё, слегка прищурившись, а затем склонил голову в приветствии.

— Рад знакомству, сударыня.

Виктория улыбнулась, отвечая на его взгляд с лёгкой улыбкой.

— Благодарю, полковник. И я рада знакомству.

К чести Калинина, никаких вопросов на её счет он себе позволять не стал.

Следом мы все заняли места за столом. Один из материализовавшихся демонов тут же принёс поднос с чайником и кружками к столу, попутно уставив его какими-то сладостями.

— Помню наш первый день, — начал Калинин, слегка наклонив голову, и в его голосе прозвучали ностальгические нотки. — Вы тогда смотрели на меня, как на какого-то деда из анекдотов.

Полковник держал чашку в руках, задумчиво её покручивая и иногда поднося к губам. Его глаза блуждали по комнате, задерживаясь на мелочах — старинных книгах на полках, картинах на стенах, бронзовых часах на каминной полке. Я знал, что он замечает всё, даже то, что другим ускользает из виду.

— Выглядел соответствующе, — поддел я его, усмехнувшись. — Лысый, бородатый, с суровым взглядом… Как там… Вячеслав Степанович?

Калинин рассмеялся, поставив чашку на блюдце.

— Именно. Гвардии старшина Никалин Вячеслав Степанович, к вашим услугам, — улыбчиво кивнул он. — Признаюсь, я в тот день тоже вас оценивал. Мальчишка-аристократ в армейской каше… На самом деле думал, что вы не выдержите долго в шкуре обычного солдата. Но вы умеете удивлять. К слову, я ведь тогда был наверняка единственным, кто там знал о вашем истинном происхождении.

— Да уж… а я до последнего верил в твой образ, — ответил я, изображая притворную обиду.

— До последнего? — Калинин прищурился, улыбаясь. — Это до той битвы на скалах, где вы дар восстановили?

— Да, — на этот раз уже серьёзно кивнул я.

Калинин откинулся на спинку стула, его взгляд затуманился воспоминаниями.

— А можно поподробнее? — неожиданно включилась в разговор Виктория, заинтересовавшись историей.

— О, Алексей Михайлович нас такими историями не балует, — поддакнул ей Святогор, не менее неожиданно проявивший своё любопытство.

Я лишь на это улыбнулся, но комментировать никак не стал.

— Помню тот день в горах, — быстро смекнул Калинин, чего от него все ждут. — Погода тогда всю неделю стояла ясная, свежий воздух, красота. Если не вдаваться в подробности всех предшествующих событий, нашу роту отправили в помощь к штурмовикам и разведчикам брать очень важную высоту.

Я отставил чашку, чувствуя, как воспоминания накатывают волной. Далее полковник стал довольно подробно рассказывать детали минувшей операции, припоминая и тяжелый подъём на скалу, забравший у нас немало сил, и дальнейшее разделение на три группы, в составе одной из которых мы с Самсоновым отправились творить хаос в тылу врага.

— Да, помню. Всё вроде шло по плану, пока мы не собрались уходить, — кивнул я на слова Калинина.

— На нас под конец операции вышел отряд одарённых моджахедов, — продолжил Калинин, слегка улыбнувшись. — Зажали так, что носа не высунешь — сразу летит огненный шар. Мне-то ладно, а вот пацаны… обычные же солдаты были. И что вы думаете? — оглядывая Святогора и Викторию, воскликнул он. — Наш герой распоряжается мне уводить людей. «Я вас прикрою», говорит!

— У меня был план выманить боевиков и вызвать удар авиации на себя, что я по сути и сделал, — добавил я к рассказу полковника.

Виктория, слушавшая наш разговор с растущим удивлением, нахмурилась.

— Авиаудар? На себя?

Я посмотрел на неё, пытаясь успокоить.

— Технически — на врага, — пояснил, пожав плечами. — Никакого геройства, на самом деле — только лишь точный расчёт. Демоны должны были меня вытащить, когда начнётся заварушка.

— Но получилось всё через… — продолжил, хохотнув, Калинин, и следом же оглянувшись на Вику, споткнулся на полуслове. — В общем, не так, как Алексей Михайлович планировал. Его армейские друзья, солдаты, кхе-кхе, — продолжил посмеиваться полковник, — не вовремя решили проявить свою доблесть и воинскую отвагу. Не можем, говорят, отступать, покуда Лом там один на один с врагом остаётся. И всей толпой пошли против моего приказа, заставив группу вернуться назад. Видел бы кто из вас тогда перекошенное от злости и отчаяния лицо Его Светлости… — уже более серьёзно добавил полковник.

Я вспомнил тот адреналин, холодный ветер, свист падающих мин и грохот взрывов.

— Было дело. Думал всё — пиши пропало, — произнёс я, отчётливо представляя картину прошлых дней.

— И чем всё закончилось? — тут же произнесла Виктория, поочерёдно оглядев то меня, то Калинина.

Святогор на этих словах понимающе улыбнулся — видимо, догадался самостоятельно. Концовку этой истории, пусть и менее подробно и красочно, нежели это делал Ярослав Геннадьевич, он уже слышал от меня.

— Пришлось сильно напрягаться и всех спасать, — без лишней скромности признался я.

Калинин посмотрел на меня, прищурившись.

— И все вокруг узнали, что ты одарённый? — произнесла сбоку Виктория.

Я усмехнулся, откинувшись на спинку стула.

— Не то слово — узнали!

— Полагаю, вы именно тогда и вернули свой дар? — вопросительно уставился на меня полковник, на что я лишь коротко кивнул.

— Весёлые были времена, — после небольшой паузы продолжил я, глядя на огонь в камине. — Тогда всё было проще: есть враг, есть задача — выполняй.

— А сейчас что, сложнее? — поддел полковник, но в его тоне слышалась искренняя заинтересованность.

Я вздохнул, чувствуя тяжесть накопившихся проблем.

— Намного. Теперь враг не всегда очевиден, а задач стало больше, чем дней в году. Политика, интриги, скрытые угрозы…

Калинин кивнул, его лицо посерьёзнело.

— Ну, на то вы и Черногвардейцев. У вас талант выбираться из любой каши, — сказал он, вновь беря чашку. — И как бы ни было сложно, всё вам под силу.

Мы ещё некоторое время беседовали, вспоминая старые времена и обсуждая текущие