"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

в Академии. Если хочешь, чтобы всё шло как надо, — изволь присматривать и проверять. Иначе из-за одного не уложенного кирпичика может всё здание рухнуть. Образно говоря. Ну, или не образно.

Спустя некоторое время я принялся за второй бутерброд и как раз в этот знаменательный момент умиротворения услыхал начавшийся за углом разговор.

— А ты, сын мой, сам откуда будешь? — проговорил отец Филарет. — Всё хотел спросить, да случая не было подходящего.

— Я приехал с его благородием, — ответил Сяолун. — Из Санкт-Петербурга, если вам угодно знать, батюшка.

— Хм… Это я понимаю. То есть, не про то спрашиваю-то.

Судя по голосу, миссионер малость растерялся.

— Да? — проговорил камердинер. — А о чём?

— Ну… Ты сам откуда будешь? В смысле — родился где.

— О, ясно, — обрадовался Сяолун. — В Китае. Это если по-русски. А вообще, страна моего происхождения называется Чжунго.

— Весьма… познавательно, — сказал священник. — Я, собственно…

— Провинция Гуандун, если угодно знать точнее, — перебил его Сяолун. — Слышали о такой?

— Эм-м… Боюсь, что нет, сын мой.

— Очень жаль.

Отец Филарет откашлялся.

— Так я хотел спросить, какого вероисповедания ты придерживаешься, сын мой, — проговорил он вкрадчиво. — Конфуцианство, даосизм или буддизм? А может, ты христианин? — тут в голосе священника послышалась надежда.

— Никогда об этом не задумывался, — ответил камердинер. — Вообще, я не верю в высших существ. Мне представляется, что люди их просто выдумали.

— О! Понятно, — проговорил отец Филарет. — Значит, агностик? Или атеист?

— Я камердинер, — с достоинством ответил Сяолун. — И служу исключительно господину Родиону Львову. С тех недавних пор, как меня передали ему во владение.

— Владение? — удивился миссионер. — Да разве ты кабальный, сын мой?

— Вот ещё!

— Но… тогда я не понимаю… Впрочем, неважно. Я лишь хочу предложить тебе посещать церковь. Когда она будет готова, разумеется. Быть может, тебе станет интересно, и ты откроешь для себя что-то новое. Никогда ведь не знаешь, где найдёшь…

— А где потеряешь, — с готовностью закончил за священника Сяолун. — Может, и зайду. Спасибо, батюшка.

— Мы будем тебе рады, — кажется, отец Филарет и сам не верил, что достигнет победы так быстро и без сопротивления.

Наверняка уже представил себе, как будет постепенно склонять иностранного нехристя в свою веру.

— Угу, — отозвался камердинер. — Надеюсь, что будете. А теперь прошу извинить — мне нужно проследить, как Зоя развешивает на заднем дворе бельё.

— Конечно, сын мой. Ступай. Благослови тебя Бог.

Мне на глаза отец Филарет не показался. Видимо, ушёл в ту же сторону, с какой явился. Зато спустя несколько минут из-за дома выкатился Сяолун. За ним с пустой корзиной для белья шагала Зоя. При виде меня она поспешно поклонилась.

— Иди-иди, — замахал на неё руками камердинер. — Нечего тут…

Я отправил в рот последний кусок бутерброда. Запил кофе.

— Слышал, тебя отец Филарет расспрашивал. В церковь приглашал.

— Так и есть, — кивнул Сяолун, с тревогой поглядывая на небо. — Кажется, тучи собираются. Быть дождю.

— Признайся, что ознакомился с прогнозом.

— Само собой. Не буду же я просто строить предположения!

— Нелегко священнику с тобой придётся.

— Если вы против, чтобы я посещал храм…

— Нет-нет. Сходи, конечно.

— Как считаете, может, стоило сообщить отцу Филарету, что я не человек? Мне кажется, он пребывает в заблуждении. Вы не велели мне ставить в известность об этом каждого встречного, так что…

— Знаешь, не надо. Это может вызвать ненужные толки.

— Считаете, среди ваших кабальных найдутся предвзято настроенные к андроидам?

— Вероятность есть.

— Хм… Вы правы, хозяин. Статистически…

— Не надо! Сходи лучше ещё воды вскипяти. Хочу выпить кофе, а…

Договорить мне не удалось: из дома, где был устроен лазарет, выскочила Марфа и, размахивая руками, бросилась ко мне.

— Очнулся, ваше благородие! Кирюша мой! В себя пришёл!

— Отставить чайник, — сказал я, вставая. Почти пустую кружку всучил Сяолуну. — Пора узнать, с какой тварью столкнулись пацаны на развалинах.

Учитывая, что мы обнаружили человеческие следы, ведущие на участок Лобановых, меня это крайне интересовало.

Глава 19

Не то, чтобы я возлагал прямо большие надежды на показания мальчика. Вполне вероятно, что он вообще ничего не видел. А если даже и видел — чем поможет мне подтверждение, что на развалинах бродит Исчадие? Это и так понятно.

Тем не менее, монстр был странным. Во-первых, оставлял странную слизь. Чего прежде за чудищами Излома не водилось. По крайней мере, никаких свидетельств подобного обнаружить мне за эти дни в Интернете не удалось. Во-вторых, его сопровождала свита. Что тоже обычным делом не назовёшь. Плюс следы эти человеческие. Так что немалое любопытство, поспешая в лазарет, я всё-таки испытывал.

Марфа встретила меня на крыльце. Выглядела кухарка взволнованной и счастливой.

— Спокойно, — строго сказал я ей, видя, что женщина готовится излить на меня очередную порцию навязчивой благодарности. — Рад за вас, поздравляю и всё такое, но мне нужно поговорить с Кириллом.

— Да-да, конечно, ваше благородие! — закивала она. — Ему и самому не терпится вас поблагодарить за чудесное спасение!

В этом я сильно сомневался.

— Ждите здесь, — сказал я ей. — Обсудите с Сяолуном меню на будущее или что-нибудь в этом роде.

И немедленно вошёл в дом, оставив Марфу в лёгкой растерянности.

Внутри из взрослых была только Протасова.

Парень выглядел куда лучше прежнего. Круги под глазами, осунувшееся лицо с заострившимися чертами, но на умирающего уже точно не походил.

Полулежал на паре тощих подушек, укрытый до груди одеялом. При виде меня испуганно вздрогнул и замигал глазёнками.

— Рад видеть, что тебе лучше, — сказал я, кивнув докторше. — Мне сказали, ты уже можешь говорить.

Парень кивнул, не сводя с меня глаз.

— Пациент ещё очень слаб, — проговорила Протасова. — Я бы не рекомендовала утомлять его.

— Я должен задать пару вопросов.

— Понимаю. Оставить вас?

— Не нужно.

Парню будет спокойней в обществе врача, а что бы он мне ни поведал, сохранить в тайне всё равно не удастся. Что-нибудь ляпнет матери, та — ещё кому-нибудь. Слухи имеют неприятное свойство распространяться, словно семена по ветру. Да и зачем разводить секреты? Это только