Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

— Это было потрясающе, — довольно замурчала сестра, явно находясь навеселе после трёх бокалов шампанского.

— Ну, значит, и я доволен, — подвел я итог.

Жаль, конечно, что на встрече оказалось мало знакомых людей. Из тех, кого я знал, присутствовал только Уваров. Граф находился в довольно плохом настроении и не особо горел желанием разговаривать, когда я к нему подошёл. Но кое-что он все-таки предложил. Встретиться на днях. Сказал, что у него есть ко мне какое-то предложение, которое он хотел бы обсудить. На предложение это я согласился. А чего нет? Обсудить можно всегда.

Единственное, о чём я жалел, — Распутиных не было. Никого из них. Смородин рассказал мне, что приглашал обоих, но Виктор сейчас был занят своими врачебными-лекарскими делами по самую голову, а Елена просто отказалась. И именно последнее зародило у меня опасения. Виктор всё ещё не договорился с ней о встрече, чтобы мы могли нормально поговорить. Он вообще признался мне, что у него создалось впечатление, что Елена попросту избегала его, не желая встречаться.

— Саша?

— М-м-м? — отозвался, погружённый в собственные мысли и одновременно следя за дорогой.

— Возьмёшь меня с собой на следующий приём? — спросила Ксюша и я ощутил её нетерпение. Явно возможность покрасоваться ей понравилась. Впрочем вряд ли какой девушке такое не понравилось бы.

— Возьму если позовут, — ответил я. — Другое дело, что в ближайшее время вряд ли подвернется такая возможность и…

— Какая возможность, Александр?

Я удивлённо моргнул, поняв, что стою прямо посреди бескрайнего и мертвенно-спокойного океана, чья водная гладь растянулась под сводом из мрачных, тёмно-багровых туч.

А моё собственное отражение в зеркальной маске моргнуло мне в ответ.

Уважаемые читатели. Возможно, по причине обстоятельств непреодолимой силы, завтрашняя глава может задержаться на сутки, но я постараюсь, этой задержки избежать. Так же у меня к вам просьба — если вам не трудно и считаете, что книга этого заслуживает, то поставьте ей свой царский лайк. Да, со стороны это может показаться не таким уж значительным и важным, но для нас это действительно имеет очень большое значение и поддержку. Спасибо вам, что вы с нами.

Глава 7

— ТЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛ⁈ — рявкнул я, чувствуя, как сердце панически сжимается от ужаса. — ЖИВО ВЕРНИ МЕНЯ ОБРАТНО!

— Успокойся, Александр, — спокойно ответил Зеркальный. — Или ты забыл, где находишься?

С этими словами он поднял руку, и на его ладони появились небольшие песочные часы.

— Это мои владения. И здесь всё подчиняется моим законам и моей воле. Если я захочу, то здесь пройдут годы, пока в реальности секундная стрелка едва ли сделает всего один шаг. Поэтому у тебя нет причин волноваться. Сейчас ты в полной безопасности.

У, разумеется, меня имелись собственные мысли на этот счёт, но говорить я их не стал. Смысла не было.

— Что тебе от меня надо?

— Поговорить.

— Как лаконично. Ну, давай, говори. Я слушаю…

— Не стоит мне дерзить, мальчик, — Зеркальный чуть наклонил голову в сторону. — Или ты забыл, в каком положении сейчас находишься?

— Шантаж, значит?

— Шантаж? О нет, Александр. Нисколько. Да и зачем? Я всего лишь демонстрирую тебе всю шаткость и слабость твоего текущего положения.

И опять-таки, у меня имелось, что на это сказать. Да только что толку? Тут он прав. Если он не солгал, и в моём текущем восприятии время действительно идёт быстрее, то я нахожусь в полной безопасности. Проблема заключается в том, что безопасность эта иллюзорна настолько же, насколько иллюзорен порождённый маревом пустыни мираж.

Короче, хочу я того или нет, но я сейчас нахожусь в полной зависимости от его прихотей и желаний. Бесит.

Значит, что?

— Что тебе нужно? — повторил я свой вопрос, но уже несколько спокойнее.

— Как я уже сказал, мне нужно совсем немного. Всего лишь разговор, — ответил он.

Я огляделся по сторонам.

— Что-то не припомню, чтобы находился при смерти.

Из-под зеркальной маски раздался негромкий смешок.

— А тебе и не нужно. Коли у меня есть такое желание — я сам могу доставить тебя сюда. Да, это не просто, но…

— Но ты это уже делал, — напомнил я. — Когда не дал мне прибить Андрея в прошлый раз.

— Да, — не стал он отнекиваться. — Именно. Как я уже сказал, это требует от меня… определённую цену, скажем так. А потому, если позволишь, Александр, я не хотел бы тратить время на пустую болтовню.

— Что возвращает нас к причине по которой я тут. Что тебе от меня нужно?

— Всё очень просто, Александр. Ты помнишь нашу первую встречу?

— Когда я чуть не умер от пули? — уточнил я, и он кивнул. — Ну, помню. И что?

— А то, что тогда я сказал тебе абсолютную правду, Александр. Вспомни тот наш разговор.

И я вспомнил. Как впервые попал сюда. После нападения людей Уварова. После того, как я лежал без сознания на операционном столе с дыркой в груди. Потому что в тот момент я умирал. И единственное, что меня спасло — взыгравшая совесть и сомнения Распутина.

По крайней мере, мне хотелось в это верить.

— Ты сказал, что именно ты достался Разумовским в качестве источника Реликвий, — припомнил я. — А ещё ты упомянул, что тебя совсем не радует этот факт.

— Верно, — кивнул он. — Не сами Разумовские, нет. Сам факт того, что моё существование продолжается столетие за столетием в качестве источника вашей силы.

— То есть, ты устал? — едва не рассмеялся я от абсурдности. — В этом всё дело?

Из-под маски послышался тихий вздох.

— Да, Александр. Я устал. И я хочу покоя. Разве это так много? Думаю, что это весьма понятное желание.

— А от меня ты что хочешь? — развёл я руками. — Чтобы я тебе путёвку в тёплые края выписал? Тебе вообще не кажется, что ты несколько не того человека просишь о помощи?

— Нет, Александр. Я прошу о помощи именно того, кого нужно, — возразил Зеркальный. — Единственного, кто вообще способен мне помочь. Того, кто обладает дарованной мною силой.

Эти слова породили вполне логичный вопрос.

— Ну, тогда зачем мне это делать? — спросил я. — Если твой уход лишит меня дара, то разве подобное в моих интересах? Не лучше ли мне оставить тебя сидеть в моей черепушке, чтобы…

— Нет, — раздражённо, почти зло ответил он. — Не лучше. И я не рекомендую тебе пытаться ставить мне условия. Положение и возможности у тебя не те. Или ты забыл, что пока мы