Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Не сам. Это она меня пригласила! — но глаза забегали.

— И она мать твоего, — глаза хайрени хитро сверкнули, — племянника.

Юный хайрен замер. Затем медленно, по-совиному повернул голову и пристально уставился на мать.

— Моего? — повторил он.

— Твоего, — госпожа Лийриша ехидно улыбнулась.

— Ай, хватит! — Зиш зло тряхнул головой и обиженно поджал губы.

— А не надо изводить свою беременную мать! Лирка, — хайрени с внезапным озарением уставилась на магичку, — мне тут Иер рассказывал про твой богатейший внутренний мир.

«Так она про нас знает?» — изумился Иррес.

— Может, он потолкует с внутренним миром моего грубого сына, а?

— Я не думаю…

Но Иррес думал быстрее.

Из груди Лирки высунулась лопоухая башка, и подселенец широко оскалился госпоже Лийрише, пытаясь изобразить любезную улыбку.

— О, прекраснейшая из очаровательнейших женщин, — мёдом растёкся дух, — я с огромным удовольствием оттаскаю ради вас кое-кого за ширку. — И уже не столь любезно побелевшему Зишу: — Да, шкет?

*["1] Отсылка к повестям «Корыстная» и «Обманщик».

Глава 31

Химера духа

Мальчишка так вытаращил синие глазища, что Лирка сразу сообразила: он про её внутренний мир ничего не слышал. Испуганным не выглядел, скорее ошеломлённым. Потом на лице мелькнуло какое-то просветление, хайрен прищурил глаза и приоткрыл рот с видом «Теперь я понял!». Госпожа Лийриша явно представляла внутренний мир даны Лиркаа не столь впечатляющим. На её лице мелькнула тревога, но произнести что-то хайрени не успела.

— Я его несильно, — пообещал Иррес.

— Прекрати, — устало велела Лирка и уже хайрени: — Не переживайте. Он довольно безобидный.

— Ну что, хамло, потолкуем? — вкрадчиво пророкотал подселенец, неторопливо подступая к мальчишке.

Тот попятился.

— Взрослым себя почувствовал? Матери указывать хочешь?

— Ты кто такой? — лицо Зиша исказило раздражение. Казалось, у него даже волосы встопорщились.

— Я, — звёздчатые глаза Ирреса расширились, и выражение морды стало радостно-безумным, — твой кошмар и ужас! Буду пугать тебя ночами, кусать за задницу и всячески стращать, если о воспитании ещё раз забудешь.

— Ты… ты… — глаза мальчишки возмущённо распахнулись, и он посмотрел на Лирку так, словно она совершила что-то неприличное. — Он мужчина⁈

Повисло оторопевшее молчание. Даже Лийриша, уже пожалевшая о своей просьбе, уставилась на сына с непониманием. Иррес же был в таком изумлении, что пасть его устрашающе распахнулась, демонстрируя набор крепких и совершенно здоровых зубов.

Лирка раздражённо поморщилась.

— Вы хотите меня в чём-то обвинить, хайрен? — с затаённой угрозой спросила магичка.

Мигом покраснев, мальчишка стушевался.

— Я… Нет! Просто… очень удивился. Он же… ну, он… того… — Зиш никак не мог сообразить, как поделикатнее высказать свои мысли. Тактичностью-то он пользовался редко.

— Ты о чём подумал, мелкий мерзавец⁈ — наконец отмер Иррес и решительно подступил к попятившемуся парню. — Да она мне как сестра, дочь… Да я о её чести забочусь больше, чем она сама!!!

— Иррес! — попробовала осадить духа Лирка.

— А чего Иррес⁈ — обернулся на неё раздраконенный дух. — Кто вчера почти напал на хайнеса⁈

— Ах! — госпожа Лийриша вздрогнула и в невероятном волнении уставилась на порозовевшую гостью.

Та обиженно и зло посмотрела на болтуна.

— Язык бы тебе… — она не договорила, но красноречиво поджала губы. — Уверена, что даже хайнес хвастаться не стал, а ты всё растрепал!

— У-у-у, — хайрени возбуждённо захлопала в ладоши. — Тебе всё-таки нравится наш Риш?

— Ещё как! — рявкнул оскорблённый Иррес.

— Неправда! — рассердилась уязвлённая Лирка, поднимаясь с кресла. — Это был миг слабости!

— Я с тобой второе последствие мига слабости рожать не буду!

Раздражённо сморщенная морда на пару секунд разгладилась, и подселенец заговорил укоряющим тоном:

— Иррес, что на тебя нашло? Хватит, перестань.

— А ты не слышал⁈ — морда опять пошла складками. — Этот охламон посмел сказать…

— Он не сказал! — перебил его господин Наэш.

— Но он подумал! — Иррес нисколько не сомневался в своей способности если не читать чужие мысли, то прекрасно их воображать.

— А что, это правильно, что мужчина живёт внутри женщины? — осмелел Зиш.

— Ах ты… брат хвыбы!

Мальчишка нагло оскалился и зарычал.

В ответ на него зарычали сразу трое: Иррес, мать и Лирка. А то надо же, совсем стыд потерял! На оборотней старше него смеет пасть разевать.

— Хватит меня позорить невоспитанностью! — рассердилась хайрени на сына.

— Я его сейчас за жопу-то укушу! — рычал Иррес. — Благо у него она есть.

Лирка досадливо морщилась, сожалея, что вообще вспылила.

— Только аккуратнее, — Лийриша строго посмотрела на подселенца. — А то кому он нужен будет с таким поганым характером и подпорченной задницей.

Иррес скакнул к Зишу, тот сиганул через диван и швырнул в зверя диванную подушку. Лирка тяжело вздохнула, увидев, как подселенец в запале тоже скакнул к дивану, повалил его и теперь стоял на поверженной мебели, яростно размахивая длиннющим хвостом.

— Господин Наэш, — устало позвала Лирка, — помогите.

— Ха! — ликующе отозвался Иррес. — Он тоже недоволен воспитанием потомка!

— Вот видишь! — страдающе застонала Лийриша. — Теперь все будут думать, что я ужасная мать, которая не смогла должным образом тебя воспитать.

— Пусть себя воспитывают! — огрызнулся сын.

— Попался! — возликовал подселенец, прижимая мальчишку передними лапами к полу.

Тот начал яростно извиваться, раздался хруст.

— Иррес! — испугалась Лирка за мальчишку.

— Осторожно! — испугалась Лийриша.

Как выяснилось спустя секунду, испугалась хайрени не за сына.

Тело хайрена изломилось в обороте. Но он только начал перекидываться в сову, а химера, живущая внутри него, тут же выскочила и с рычанием бросилась на Ирреса. Размером раза в два меньше Лиркиного подселенца, формой тела он весьма походил на своего более крупного собрата, но выглядел несколько грубее, плотнее и не светился голубым. Он сомкнул зубы на лапе Ирреса, и тому пришлось отскочить прочь от перекидывающегося мальчишки. Пока тот оборачивался совой, химера скалилась на Ирреса, прикрывая птицу собой.

Лирка невольно сделала пару шагов вперёд, жадно всматриваясь в химеру. Последний раз она видела этого зверя, когда тот был ещё мелким, детёнышем, если творения Дешия можно так назвать. Сейчас это был крепкий поджарый зверь, формой одновременно напоминавший лису и