Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

– «Пытаются» – это ещё не значит, что уже расформировали! Да и мы сами на подобное не согласны. Но ведь нам тоже заявляют, чуть ли не ежечасно, что никто из народа воевать не желает, все хотят мира. Мы вон даже специально для этого в город подались, чтобы с молодёжью поговорить, выяснить ваше правдивое мнение обо всем происходящем. Но сразу попали в парк и, честно говоря, до сих пор в некотором ужасе от увиденного там действа. Теперь вот сюда перебрались…

Жираф опять с пылом бросился доказывать, что таких, как в парке, меньшинство. Надо было сразу в их Академию прибыть, уж там бы они показали, сколько студентов нормальных и как они относятся к нынешним событиям.

Но его, пусть и довольно деликатно, лапищей не так сместил в сторону, как заставил умолкнуть несравненно больший товарищ. И судя по его вопросу, именно у него оказалось аналитически развитое мышление, благодаря которому можно делать весьма и весьма важные выводы:

– Ты сказал «перебрались»? И я это понял как «использовали телепорт». Правильно?

Мелькнула у Дмитрия мысль ответить отрицательно, а потом и с помощью ускорителя зависнуть над землёй. Но тут же подумал:

«А чего это я теперь опасаюсь? Пусть общество и несколько разделено противоречиями, но не настолько здесь опасно такому Торговцу, как я. Всегда могу убраться в случае опасности за тридевять земель. Да и ребята вроде адекватные, умные. Как раз с такими и поговорить можно…»

И продолжил беседу с новыми знакомыми.

Глава 6

Зажравшиеся слуги народа

Начал с того, что поинтересовался о своём приятеле:

– А где сейчас Осстиял, Доставивший Дары Второй Жизни? И вообще, что вы о нём знаете?

– О-о-о! – затянули оба в один голос. А потом, перебивая друг друга, заявили, что стыдно не знать о таком герое, истинном фронтейро, как называли дальних исследователей иных вселенных. Это величайший учёный исследователь и путешественник, доставивший цивилизации необычайные молодильные каштаны, за что и получил самое уникальное звание, не достававшееся никому уже многие тысячи лет. Его заслуги просто вынуждены были признать, потому что Осстиял не сразу заявил о себе в первый день прибытия, а некоторое время летал над городом, собирал старую гвардию, поднимал общественные организации и даже привлёк на свою сторону некоторых высокопоставленных военных. Только благодаря этому нынешние правители и высшие чиновники не смогли реквизировать чудодейственные каштаны у возвращенца с дальнего форпоста. И все они до единого были высажены в специальных оранжереях, где сейчас взрастают, набирают силы молодые деревца.

Как заявлял с возмущением сам Осстиял, чиновники намеревались немедля реквизировать у него каштаны и тут же употребить на омоложение нескольких наиболее дряхлых правителей. А он не отдал трофеи. За это те его страшно невзлюбили и сейчас делают всё возможное, чтобы замарать имя героя, нивелировать его величайшее деяние, а то и оболгать с кончика хвоста до самого гребня на макушке. Самые главные нападки пошли за нарушение закона о полётах. Прославленный фронтейро летал сам и продолжает летать, подбил на это дело стариков и ведёт страстную пропаганду по отмене закона о полётах. Ну а нападки на себя отвергает заявлением, что закон принимался не во время его пребывания на материнской планете и юридической силы к нему не имеет.

Сейчас Осстиял находится в столице, где ведёт настоящее сражение с сонмом правоведов и со столичными бюрократами. Вокруг него сформировалось мощное ядро сторонников и последователей, но все их усилия пока не принесли ощутимых результатов.

Во время повисшей паузы, пока Торговец раздумывал над следующими вопросами, заговорила Мариам Денса:

– Растолкуйте мне, пожалуйста, главные постулаты закона, запрещающего летать.

Дракон уже давно сидел на земле, а теперь и жираф присел, как собака. До них начало доходить, что беседуют они с не совсем простыми военными. Но ответ устами Жередайла всё-таки последовал:

– Суть – в справедливости и умственной неполноценности. Коль остальные виды не умеют летать, значит, и драконам на этом фоне нельзя выделяться. Ну и учёные доказали, что чрезмерные усилия при полёте защемляют общую нервную деятельность и негативно влияют на развитие мозга. Особенно у молодых особей нашего вида. Те, кто постарше, просто умирают преждевременно от неизлечимых болезней, вызываемых холодным встречным ветром и резкими перепадами давления во время смены высоты.

После чего сделал короткую паузу и выделил:

– Это я вам ответил на ваш вопрос о законе. Теперь и мне ответьте: кто вы на самом деле?

Не то чтобы Дмитрий решил поиздеваться, но просто не смог удержаться от мелочной язвительности:

– Эх! Такой важный вопрос обнулил!.. Но всё равно отвечу честно и откровенно: на самом деле мы… люди.

– Ладно, не будем заниматься софистикой, – нисколько не смутился будущий инженер промышленного станкостроения. – Ты прекрасно понял, о чём я спрашиваю, так что будь добр ответить по существу.

– Могу и я ответить, – предложила хаерса. И получив кивок командира, перешла к подробностям: – Моё звание генерал, основная специальность – навигатор-корректор. Представительница цивилизации хаерсов, предки которых пятнадцать тысяч лет назад уже воевали с умбонами и разбили их наголову. Сюда доставлена для соотношения координат, по которым наш флот может прибыть в вашу вселенную и ударить по тылам нашего общего врага. А…

Она собралась рассказать о Дмитрии, но тут случилось нечто трогательное и непредвиденное. Жираф вскочил на ноги, подошёл к увешанной оружием женщине и демонстративно, если не сказать что жарко, обнял её со словами:

– Добро пожаловать в наш мир! – потом то же самое сделал и с мужчиной и с чувством выполненного долга уселся на прежнее место.

– …Спасибо! – выдавила из себя Мариам. Видно было, что её тронуло такое отношение. Но тут же взяла себя в руки, прокашлялась и продолжила: – А ведущим в нашей паре человек, о котором и у вас наверняка известно. Он личный приятель самого Осстияла, и его у вас называют Принесшим Дары Второй Молодости. Помимо этого он – Торговец, имеющий в своём арсенале врождённые умения телепортироваться на любые расстояния без всякой вспомогательной техники.

Студенты застыли в восторженной прострации. Именно в восторженной, это хорошо было заметно по их аурам. Тогда как Светозаров пытался разобраться в своих действиях и поступках:

«Наверное, зря мы тут распинаемся перед умной, но всё-таки бесправной молодёжью. И время теряем. Узнали самое главное – можем смело прыгать прямо к фронтейро, и уже среди его окружения решать самые животрепещущие проблемы. Да и сами ребята могут пострадать, если вдруг прямо с этого места бросятся бунтовать против властей и звать в небо умеющих летать. Мало того, само разглашение факта нашего прибытия может спровоцировать умбонов на скорую атаку. Надо их предупредить…»

Потому и