Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

— А Агентство Моделей — это кто? — глаза старшего Хаяси вспыхнули несвойственным его возрасту энтузиазмом.

— Мы трое, — проворчала Хину. — Прозвище Такидзиро-куна. Я, ваша внучка и Уэки Ута.

— А-ха-ха-ха-ха! Великолепно! — старик наконец исхитрился сесть и сейчас жизнерадостно хлопал ладонями по одеялу.

До чего неподдельная эмоция, отстранённо удивилась Хьюга. Особенно в исполнении конкретного человека. Запомнить, потом расспросить Решетникова, как ему это удаётся: люди статуса учредителей Йокогамы так себя обычно не ведут даже при родных детях.

— Хаяси-сама, пожалуйста, ответьте на мой вопрос. — Такидзиро в очередной раз, образно, протоптался обутыми ногами по этикету. — Как я вам смогу доказать то, что сложно обосновывать с рациональной позиции?

— Самый лёгкий пункт, — пренебрежительно отмахнулся старик. — Признайся, ты же видишь, когда тебе врут? И отличаешь от моментов, когда говорят правду или полуправду?

— Да.

Занятно.

— Вот и я тоже, — заявил патриарх. — Верю, что могу ошибиться, но последние лет пятнадцать подобного не случалось.

Такидзиро молча поклонился, прощаясь.

— Замечу ещё, в твой адрес у меня даже мыслей нет, что ты можешь слукавить или обмануть, — помахал рукой Хаяси. — Такие как ты или молчат, или говорят правду.

— А вот это уже точно манипуляция, — недовольно проворчал светловолосый, открывая двери палаты. — Хотя и с претензией на объективность.

— У каждого свои, как ты говоришь, инструменты управления и контроля, Такидзиро-кун, — продолжил веселиться учредитель. — Спасибо большое, что проведал. Верю, что всё будет хорошо.

* * *

— Хорошая машина, — замечаю на автомате, опуская спинку до сибаритского угла и врубая индивидуальный климат-контроль.

Последний здесь у каждого места свой.

— Положение обязывает. Если бы я начала ездить на чём-то ну о-очень простом, коллеги по работе деликатно заметили бы, что бросаю тень на компанию, — поясняет Хину, трогаясь с места и пропуская вперёд немолодую недорогую мазду.

В отличие от Моэко, она водит гораздо аккуратнее.

— Мне показалось или ты патриарху чего-то недосказал? — ровно интересуется пловчиха через пару улиц и два светофора. — Что-нибудь на тему личной жизни?

— Какие все проницательные стали, просто жуть, — бормочу. — Да. В полном соответствии с правилами приличия кое-чего я не сказал, чтобы никто не испытывал неловкости. Но мы друг друга поняли, мне кажется, без слов.

— Он раздумывал, кроме прочего, как Хонока относится к тебе на самом деле?

— Да. Ты умная. Уже говорил.

— Скорее, наблюдательная: видела, какими глазами она на тебя смотрит.

— И какими же? — конечно, у меня есть своё мнение, но послушать кого-то со стороны тоже интересно.

Должны же в жизни быть какие-то развлечения.

— Оценивающими, — припечатывает хозяйка бассейна. — А ещё каждый раз, глядя на тебя во время нашего последнего разговора, она старательно давила в себе раздражение.

Несмотря на позднее время, звонит мой телефон. Причём это не с работы и не кто-то из близких знакомых — рингтон другой.

— Хозяин квартиры, которую я снимаю, — удивляюсь, глянув на дисплей. — Слушаю?

— Решетников-сан, вы очень редко появляетесь в последнее время дома и я третьи сутки не могу вас застать.

— Звучит как претензия, Гонда-сан. За аренду плачу на квартал вперёд авансом и ещё ни разу не задержал ни одного платежа. Счета за коммуналку тоже оплачиваю с запасом, а о вынесенных дверях добросовестно сообщил не только вам, а и в полицию: за действия хулиганов отвечать не могу. Извините. Что-то случилось?

— Да. Прошу вас поскорее приехать, чтобы забрать свои вещи. В противном случае я вынужден буду их оставить в коридоре, поскольку сидеть и караулить ещё неделю, пока вы соизволите заявиться, не планирую.

Разговариваю по громкой связи, поэтому беседа отлично слышна спутнице.

— Адрес? — одними губами обозначает Хину, решительно сворачивая с магистральной трассы. — Скажи ему, сейчас приедем.

— Сейчас приеду, — разрываю соединение и диктую адрес.

Погорячился. Оказывается, не только Моэко может ездить, не обращая внимания на количество и размеры штрафов автоматизированных систем видеонаблюдения на улицах.

* * *

— Ваши вещи, Решетников-сан. — Арендодатель добросовестно перетряхнул десятиметровую каморку и аккуратно упаковал мои невеликие пожитки в пластиковые мешки. — Пожалуйста, проверьте, всё ли на месте.

— Нет необходимости. — Не объяснять же, что я и так вижу его искренность в данном вопросе. — Гонда-сан, я могу поинтересоваться, что случилось? Почему вы меня выставляете на улицу среди ночи и без оговоренного в контракте предупреждения за месяц?

— Это моя квартира и я не обязан ничего объяснять. Так нужно. Те деньги, которые вы переплатили, я честно вернул на ваш банковский счёт вместе с неустойкой: в полном соответствии с нашим контрактом получилось, что последние полтора месяца вы у меня жили бесплатно.

— Изящно, — честно отмечаю изобретательность тех, кто за всем этим стоит. — Деньги он на счёт действительно вернул, в этом даже не сомневаюсь. Как и в размерах неустойки. Проблема в другом: мои счета заблокированы со вчерашнего дня, разбираться — требуется время, а на улице я окажусь прямо сейчас. — Поясняю, разумеется, для Хину.

— В чём их расчёт? На что сделана ставка? — серьёзно интересуется она, подхватывая сразу три полиэтиленовых мешка для мусора, нагруженных моими вещами. — Остальные несёшь ты. Погнали вниз: в багажник всё влезет за один раз, возвращаться нет надобности.

— Стандартное давление на фигуранта, раскачка на эмоциях. Из-за банка временно без денег, в самый неудобный момент — без жилья; планируется, что стресс должен нарастать. С нарастанием стресса падает личная сопротивляемость и — главное — каскадно снижается интеллект. Чистая физиология, работает вне зависимости от персоналий. — Поясняю без купюр.

Одновременно делаю, как спутница сказала — подбираю остатки шмоток.

В последнюю секунду яркой лампочкой вспыхивает интуиция. Ставлю всё на пол, лезу в последний пакет, наполненный бумагами.

Порывшись несколько секунд, для экономии времени вытряхиваю содержимое на пол и разбираю тщательнее.

Не найдя нужного предмета, поднимаю глаза:

— Гонда-сан, я благодарен вам, что вы так прилежно собрали мои вещи, но вместе со всеми бумажками в тумбочке лежала фотография моих родителей. Её здесь нет. Где она?

— Не было. Не докажете. — Заметно и без ментала, что такая позиция даётся собеседнику с трудом. — Вон отсюда! Ещё секунда —