"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

* * *

Изобразить мину в виде артефакта? Я попробовал.

Не то пальто. Осколки не полетят. Всё элементарно — физика. Придать им такое же ускорение магией, как от взрывчатки, можно, но…

Мне проще и дешевле по энергетическим затратам создать пять мин на Молниях. Эффект будет примерно тот же, а то и больше. Однако все эти варианты в разы дороже и более трудоёмки, чем обычный бартер с армейцами. Я, про предложенный мной вариант куратору. Он же всех устраивает! Я им — Пояса, они мне — мины.

Мне всего-то нужно зайти в Пробой и заранее обезопасить тот плацдарм, который я займу. Потом я и без мин разберусь, но первый натиск — он зачастую бывает непредсказуем.

Впрочем, Бога гневить я не стал. Мне нужно приспосабливаться, и не только к этому миру, но и к его Пробоям.

Под такие мысли я взял в Гильдии задание на закрытие Пробоя второго уровня сложности.

Сто с лишним километров от города, но судя по картам, дорога вполне себе.

С утра организовал массовый выезд мотоциклов, сам выехав третьим, и с удовольствием убедился, что за мной никто не следит.

Доехал меньше, чем за полтора часа, а затем, убрав мотоцикл в пространственный карман, зашёл в Пробой.

Воздух здесь был другим — сухим, наэлектризованным, со вкусом озона и чего-то металлического на языке. Ландшафт представлял собой выжженную каменистую равнину, усеянную странными кристаллическими образованиями, которые росли из земли, как зубы. Пробой второго уровня. Зона «Осколки Пустоты». Согласно отчётам, главная опасность — спонтанные пространственные разрывы, которые «выплёвывали» короткоживущие, но агрессивные элементали камня и света, а также стаи летающих кристаллоидов — острых, как бритва существ, похожих на ожившие осколки стекла.

В одиночку здесь не ходят. Или ходят только сумасшедшие или очень уверенные в себе одиночки. Я отнёс себя ко второй категории, но без ложной бравады. Моя цель была не в том, чтобы геройски пройти Пробой насквозь, а в том, чтобы протестировать свои новые возможности в реальных условиях. И доказать себе, что я могу.

Первые пятьсот метров прошли тихо. Я двигался медленно, с включённым магическим зрением, видя пространство как натянутую искажённую ткань. Разрывы светились на ней яркими, рваными швами. Я обходил их за десяток метров, чувствуя, как кожа на руках покрывается мурашками от близкой нестабильности.

Потом они появились. Сначала один — существо, похожее на кусок неровного горного хрусталя, парящее в воздухе. Оно зависло, «посмотрев» на меня вслепую, а потом резко рванулось в мою сторону с шипящим звуком, похожим на скрежет стекла. За ним — ещё три. Кристаллоиды.

Инстинктивно я поднял руку со щитком, но остановился. Нет. Щит — это защита. Мне нужно было «нападение». Быстрое, эффективное, с минимальными затратами.

Я сконцентрировался на «Зыби» на запястье. Но не на полную мощность. Я направил её не на существ, а на пространство передо мной, создав тонкую, невидимую «стенку» хаотичных пространственных флуктуаций. Первый кристаллоид влетел в неё и… рассыпался. Не взорвался, а буквально распался на сотни мелких, тусклых осколков, которые посыпались на камни. Второй и третий, летевшие следом, повторили его судьбу. Четвёртый, сзади, успел сманеврировать, но я лёгким движением воли «сдвинул» зону «Зыби», и он тоже разлетелся на куски.

Эффективно. Но энергозатратно. Я почувствовал, как «Слеза» в основе артефакта отдала ощутимый импульс силы. С такими темпами я с десятком стай не справлюсь. Остановился, заряжаясь.

Дальше пошло интереснее. Из самого крупного разрыва впереди выползло нечто массивное — элементаль камня, гуманоидная фигура метра три высотой, сложенная из булыжников и кристаллов. Оно двинулось ко мне, с грохотом отрывая от земли «ступни» и снова опуская их. Это уже была задача посерьёзнее. «Зыбь» против такой массы сработала бы, но она съест половину заряда.

Я применил другой подход. Пока элементаль приближался, я быстро, почти на автомате, выстроил в воздухе перед собой не сложный портал, а пространственный клин. Узкую, острую аномалию, направленную вперёд. Когда чудовище было в пятнадцати метрах, я «выстрелил» этим клином. Эффект был сродни удару невидимого гигантского лезвия. Элементаль не разрушился, но его «тело» было рассечено по диагонали от плеча до бедра. Верхняя часть медленно сползла, обрушившись на землю с оглушительным грохотом. Нижняя часть замерла, потеряв связь с управляющим ядром, и рассыпалась в обычную груду камней.

Хорошо. Но снова — затратно. Я уже чувствовал усталость, лёгкую дрожь в пальцах от постоянной концентрации. Это был не мой мир, где резервы казались бездонными. Здесь каждый серьёзный акт магии отзывался в теле.

Именно тогда я понял свою главную ошибку. Я пытался решать все проблемы «в лоб», магией высокого порядка. Как мастер, привыкший к сложным заклинаниям. Но у меня не было прежнего ресурса. Нужно было думать иначе. Экономнее. Хитрить.

Следующую стаю кристаллоидов, числом около двадцати, я встретил по-другому. Я не стал использовать «Зыбь» или «Клин». Я просто создал перед собой серию крошечных, точечных пространственных искажений — «пузырьков» нестабильности размером с горошину. Сотни их. И направил этот «град» на летящую стаю. Кристаллоиды, врезаясь в эти невидимые ловушки, не рассыпались, а получали фатальные сколы, теряли устойчивость и падали, разбиваясь о камни. Энергозатраты были в десятки раз меньше.

Это было откровение. «Не сила, а точность». Не мощный удар, а множество маленьких помех, ломающих систему. Так должен действовать не маг с арсеналом, а ремесленник, знающий слабые места материала.

Дальше я экспериментировал, подбираясь к эпицентру Пробоя — пульсирующему сгустку искажённой реальности, висящему в метре над землёй. Вокруг него кишели десятки существ. Прямая атака была самоубийством. Но я заметил закономерность — все они «питались» энергией из эпицентра, их существование было привязано к нему тонкими нитями магии.

Мне не нужно было уничтожать их всех. Мне нужно было «отключить их от розетки».

Я сел на камень в сотне метров от эпицентра, игнорируя редких кристаллоидов, которых сбивал теми же «пузырьками». Я сосредоточился на эпицентре. Не на том, чтобы его разорвать — это потребовало бы титанических усилий. Я начал делать то, что умел лучше всего как артефактор — «стабилизировать».

Моё сознание, подкреплённое знанием из другого мира, стало «вплетать» в разрывы пространства вокруг эпицентра тончайшие, почти невесомые нити стабилизирующих полей. Я не зашивал дыру. Я создавал вокруг неё «каркас», который постепенно гасил колебания, «успокаивал» реальность. Это была ювелирная, изнурительная работа. Пот лил с меня градом, в висках гудело.

По мере того как каркас набирал силу, связь существ с эпицентром начала рваться. Они не