Консультант - Александра Торн

Сидя в карете, Натан расправил на папке записку Редферна. По сравнению с прошлыми она была очень длинной – аж четыре фразы: «Мисс Шеридан спрятана в надежном месте. Не волнуйтесь о ее чести, здоровье и добром имени. Не пытайтесь ее найти. Будьте осторожны с той женщиной». Бреннон раздраженно фыркнул. И это ему пишет человек, похищающий невинных девиц практически с улицы! Где он, черт побери, спрятал Пегги, если так уверен, что маньяк ее не отыщет? В полом холме?!

Однако записка снова вернула комиссара к запавшим в память словам пиромана. Ведь, в самом деле, как можно удержать в тюрьме такого человека, как эта женщина? Как ее судить, если ей достаточно пожелать, и судья сделает все, что она ему велит? Разве что Лонгсдейл придумает какой-нибудь фокус.

Бреннон сунул записку в карман и открыл папку. От чтения отчета он получил истинное удовольствие. Бирн, как всегда, подошел к делу методично, и отчет содержал описание каждого дюйма квартиры и каждого клочка пыли под кроватью. Хоть что-то в этом полоумном мире по-прежнему нормально!

Джен впустила комиссара в дом; вид у нее был хмурый и озадаченный.

– Как они? – спросил Натан.

– Относительно неплохо, – ответила ведьма. – Он ждет вас, чтобы поговорить.

– А я-то как жду…

В гостиной было жарко натоплено – камин пылал, как жерло вулкана. Пес лежал рядом, погрузив лапы в огонь; Лонгсдейл гладил собаку по голове. Увидев комиссара, Рыжий приветственно замахал хвостом.

– Ну как вы? – спросил Бреннон, опустившись в кресло.

– Все функционирует, – отозвался консультант, – хотя ей удалось нанести некоторый ущерб, который мы сейчас и ликвидируем.

На вид консультант был все еще бледноват, но вполне бодр, свеж и чисто выбрит. Даже полосы на руках от наручников уже исчезли. Натан ему позавидовал.

Пес со сладостным урчанием зарылся лапами поглубже в камин. Джен поставила на столик поднос с кофейником, сливочником, чашками и закусками.

– Рад за вас, – несколько смущенно пробормотал Натан, покосившись на блаженствующее животное. – Взгляните. Это отчет по обыску квартиры, которую она снимала под именем Марка Стилтона.

Лонгсдейл с интересом погрузился в чтение, а Бреннон воздал должное имбирному прянику и кофе.

– Что скажете? – поинтересовался он через некоторое время.

– Довольно типичный набор для некроманта. – Лонгсдейл положил отчет на колени и задумчиво нахмурился. – Сложность, насколько я понимаю, в том, что ее нельзя ни допросить, ни посадить в тюрьму.

– Именно. Есть ли у вас какие-нибудь идеи по этому поводу?

Консультант потер пальцами лоб и со вздохом признал:

– Пока никаких. Ей удалось одолеть даже меня, пусть и не напрямую.

– Как это? – удивился Натан.

– Она атаковала пса, – сказал Лонгсдейл. – Она попыталась захватить меня, но почему-то сразу перескочила на него. Она не смогла его подчинить, только лишить сознания, а вместе с ним – и меня.

– И что, по-вашему, это значит?

Консультант молчал, опустив взгляд на собаку.

– Мы тесно связаны, – наконец пробормотал он, – и не можем находиться порознь. Когда это случается, тело начинает умирать.

– Как это – умирать? – выдавил комиссар. – Разлагаться, что ли?!

– Нет, не так… скорее, погружаться в кому.

– Куда?!

– Кома – этот состояние между жизнью и смертью, – пояснила Джен, – когда нет сознания, реакции на внешние раздражители, рефлексов, когда нарушены дыхание, пульс, температура. Живой труп, проще говоря.

– Но вы же смогли защитить Пегги! – посмотрел на консультанта Бреннон.

– Ну это же не мгновенно происходит. Процесс отключения функций идет постепенно, ускоряясь по мере своего развития, – продолжила объяснения Джен.

– Но… то есть… если кому-то удастся убить собаку…

Пес скептически фыркнул.

– Это не собака, неужели вы до сих пор не поняли? – раздраженно спросила Джен. – Это такой же дух, как и кельпи! Я думала, это даже вам очевидно!

Бреннон сжал подлокотники. Так вот оно что! Конечно, зачем делать полубессмертное существо и тут же ставить его жизнь в зависимость от какого-нибудь хрупкого создания. Куда разумнее и надежнее привязать его к неубиваемой твари!

«Но почему? – подумал комиссар; эта непробиваемая стена доводила его до умоисступления. – Зачем кому-то это делать? Для чего и как, ради бога, это вообще удалось сделать?!»

– В любом случае, – как ни в чем не бывало продолжал Лонгсдейл, – повредить псу практически невозможно. За все эти годы ни одна нечисть или нежить так и не смогла…

«Ну да, конечно, – с горечью осознал Бреннон и поразился собственному идиотизму. – Охотник на нечисть и нежить должен быть неуязвим для них. А с таким псом уж куда неуязвимее…»

Это же каким надо быть кретином, чтобы не видеть лежащего на поверхности!

«Но кем Лонгсдейл был до этого? – подумал Бреннон, глядя на консультанта. – Почему выбор пал именно на него? Или это случайность? Нет, вряд ли. – Комиссар сжал зубы. – Вряд ли отбор людей, которых превращают в монстров для охоты на других монстров, случаен. Уж наверняка подойдет не всякий!»

А ведь Лонгсдейл говорил ему! Говорил, что таких консультантов не один и не два! Что кто-то, как на фабрике, штампует таких охотников – без памяти, без друзей, без семьи, зато неуязвимых, сильных, не знающих страха – тех, кого нельзя убить.

– Сэр? – Ведьма склонилась к нему и притронулась к плечу. – Вы в порядке?

– На два слова, – процедил комиссар, встал и стремительно зашагал к двери.

Лонгсдейл проводил его удивленным взглядом. Пес опустил морду на лапы и прикрыл глаза.

28 февраля

Маргарет проснулась, с усилием приподняла голову над подушкой, сонно сощурилась на утренний (или полуденный…) свет и упала обратно. Она чувствовала себя уставшей до последней косточки; даже думать было тяжело, и девушка с головой укрылась пуховым одеялом. Которое ей, кстати, оказалось незнакомо. Полежав под ним и накопив сил, Маргарет высунула нос из теплых мягких складок и окинула взглядом окружающий мир. Это была какая-то спальня – не обычная комната и не та, где Маргарет жила у ван Алленов.

Белоснежные простыни и наволочки на мягких подушках украшало меерзандское кружево, над головой нависал темно-зеленый балдахин, а кровать была такой необъятной, что Маргарет затерялась в этих просторах. Волосы мисс Шеридан, чисто вымытые и пахнущие чем-то травяным, оказались заплетены в мягкую косу. Девушка смущенно поерзала и ощупала теплую фланелевую сорочку, в которую ее кто-то переодел (хоть бы не лично Энджел, о господи!).

Но эта мысль настолько взбодрила Маргарет, что она села в кровати, прижимая к груди одеяло. Ведь должна же здесь быть горничная, или какая-то служанка, или хотя бы