Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

всего. Поскольку отношусь к тебе хорошо, промолчать не могла: хорошие друзья отличаются от плохих тем, что говорят правду всегда, а не только тогда, когда им за это ничего не будет.

Хонока стремительно поднялась из-за стола, заложила руки за спину и нервно заходила по кабинету:

— Да! Демоны дери, да! У меня тоже на душе скребут кошки и я тоже понимаю, что поступила некрасиво! Но смотри! Предложение той стороны действительно в течение ограниченного периода. Если не согласиться сейчас, поезд уйдёт. Обсуждать и выторговывать условия — банально нет времени. Хафу — да, он умный, более глубокий чем должен быть, фонтанирует идеями, даже эту сформулировал влёт… Что я должна была ответить гайдзинам⁈ Что в финансируемый ими бизнес прошу ввести стажёра логистики? Или что отказываюсь — потому что эта мысль прозвучала от него?

— А решение уже принято? И именно в таком формате? — спокойно уточнила айтишница. — Я не весь ваш разговор до конца слушала, что бы ты себе ни думала.

— Да.

— Тебя не смущает, что со стороны очень похоже на обычный развод дешёвых аферистов? Времени мало, деньги большие, срочно-срочно! А то опоздаете!

— Была такая мысль, точнее, мелькала, — не стала отрицать Хаяси. — Я б так и подумала, если бы они перед этим абсолютно безо всяких условий не закрыли кредит деда. Извини, там даже не десятки миллионов, значительно больше.

— Нечем крыть, — признала Уэки. — Эти выданные авансом миллионы действительно на корню рубят любые подозрения… А как вышло, что Такидзиро-куна они больше не считают твоим женихом? И что уговаривать тебя продолжили через Юсэя?

— Там смешно получилось, — Хонока немного смутилась. — Отправив нам деньги, они уже задним числом принялись наводить справки. То ли в соцсетях, то ли через знакомых раскопали мои старые фото, где мы с Юсэем ещё встречаемся. Кажется, какое-то семейное торжество их фамилии.

— Потом?

— Вышли на него, стали задавать вопросы по поводу Решетникова.

— А Юсэй ни сном, ни духом, — развеселилась айтишница. — Что, с другой стороны, ничего не доказывает — бывшие на то и бывшие.

— М-м-м, да. Вскоре от меня прошли подтверждения по деньгам и они успокоились — на сайте Комиссии их сумма засветилась, можно было не переживать. Но с Юсэем, пока болтали обо мне полдня, они нашли какие-то общие точки.

— Ну-у, Отсу — тоже фамилия не из последних, — принялась размышлять Ута.

Родственники нового-старого кавалера Хоноки очень неплохо себя чувствовали среди производителей аппаратной части. Да, к софту они не относились никаким местом, но на токийской бирже в отрасли их компания, даже две, были весьма узнаваемыми.

— Когда я начала зондировать эти идеи по поводу киберстрахования, оказалось, что тема в их разговорах с Юсэем уже звучала. Дальше ясно.

Ута выбила ногтями сложный ритм по столу и не стала комментировать, хотя ей картина виделась шире.

То, что гайдзины ДО ЭТОГО обсуждали тему с кем-то из Отсо (пусть даже с младшим, пусть даже в рамках случившейся уникальной оказии), говорило о том, что заокеанским воротилам нужен полигон. Для доводки то ли бизнес-схем, то ли окончательных решений перед запуском продукта на собственный рынок.

Решетников в очередной раз предугадал причудливый виток бизнес-эволюции, но за океаном к тому же выводу пришли раньше. И действовать начали тоже раньше.

Пояснять вслух всего этого айтишница не стала. Во-первых, для не-инженера тёмный лес — вагон времени уйдёт. Во-вторых, Хонока для себя всё решила, а пытаться кого-либо переубедить в таком состоянии — напрасная трата времени.

— Ты откровенно собралась замуж, — констатировала Уэки, поднимаясь из-за стола. — За Отсо Юсэя. По второму кругу.

— Да! — с вызовом ответила подруга. — Имеешь что-то против⁈

— С чего? Кто я такая? — чуть более картинно, чем следовало бы, удивилась Ута. — Не одобряю — да, но возражать или порицать… давай хоть друг с другом не будем ссориться, — она притянула Хоноку к себе и на мгновение коснулась щекой щеки.

Иногда очень сложные хитросплетения имеют ну очень простую, прямо-таки примитивную природу, констатировала айтишница про себя.

— Стой! Ты сейчас правда в бассейн? — Хаяси окликнула подругу, когда та уже была у двери.

— Ну да. Пошли вместе? — для очистки совести предложила Уэки ещё раз. — Хьюга-младшая обещала нормальные купальники дать, не эти её сиськами нараспашку. Заодно на изощрённый секретный массаж поглазеем? И даже попробуем? — айтишница оживилась. — Пошли! Заодно все эти моменты с Такидзиро-куном в глаза проговоришь, а?

— Нет. — Черты лица Хоноки затвердели. — Иди сама.

* * *

— Привет всем. Хину-тян, сюда меня пустили по первому слову, спасибо, что предупредила сотрудников. — Ута огляделась по сторонам. — Свои двести метров проплыла, купальник от тебя дали, спасибо ещё раз.

В закрытый даже для большинства посетителей Атлетики сектор её проводили без пререканий и слава богу: в этой части клуба, на дополнительном этаже, в запутанных коридорах можно было и заблудиться.

— О, привет. — Лежащая на очень низком топчане, абсолютно раздетая хозяйка на мгновение подняла физиономию из специального овала для лица и двинула вверх-вниз кистью правой руки. — Раздевайся, ложись. — Хьюга указала взглядом на свободный массажный стол, третий из четырёх.

Ещё одна, последняя, поверхность пустовала, а на второй расположился Решетников, тоже, к-хм, не совсем одетый. Правда, Такидзиро-кун щеголял нешироким полотенцем, слегка закрывавшим его ниже спины и выше колена.

Над двумя фанатами спорта колдовали четыре тёлки — почему-то при виде ЭТИХ массажисток другого слова на ум не пришло. Понятное дело, на девицах одежды тоже не было.

— Даже стесняюсь спросить, что у вас тут происходит, — откровенно заявила Ута, прикидывая, как сейчас лучше поступить.

С одной стороны интересно, а вот с другой…

— Ляжешь — узнаешь, — бесстрастно пообещала Хьюга.

— Я на трезвую голову подобные авантюры воспринимаю без энтузиазма! — поддалась неожиданному порыву айтишница.

— Сказать, чтобы тебе из бара принесли? Что будешь? Просто мы не пьём, поэтому здесь только чай. — Теперь левая кисть пловчихи махнула в направлении невысокого столика, на котором дымились сразу три заварника.

Одна из девиц оторвалась от спины спортсменки, вышла и буквально через несколько секунд материализовалась уже не с пустыми руками — она толкала перед собой двойной барный столик на колёсиках.

Обе поверхности были уставлены разнообразными бутылками, причём ни один напиток не повторялся