Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

«Мертвые не кровоточат» — вдруг в голову пришла мысль.

Хорошо, если это правда.

Вспоминая опасливые взгляды, обращенные ко мне… возможно любое развитие событий. Если кровь на моем плече доказывает, что я человек, это уже неплохо. Хотя живые из Посмертья как будто не возвращаются.

Бывает ли что-то среднее?

Отодвинув в сторону ненужные мысли, я направилась к дому. На улице темнело… так быстро! Ведь только недавно наступило утро, и вот уже новая ночь. Долгая, раз день был таким коротким. Возможно, в этот раз спать на камнях не придется: окна дома тонули в темноте, намекая на отсутствие обитателей, да и в целом от территории и самого дома веяло необитаемостью.

Я присела у входной двери и в очередной раз блестяще справилась с замком. Дверь открылась с тихим скрипом, впереди зиял черный провал. Возможно, за этой чернотой найдутся ответы… или нет. Или мое желание сюда забраться продиктовано сиюминутным ничего не значащим порывом. Но я потратила время, я здесь, глупо бояться, когда решение уже принято. Оглянувшись на полутемную улицу, я шагнула вперед и прикрыла за собой дверь.

— Я ждал тебя раньше, — из темноты раздался тихий мужской голос.

Ладно, может, бояться зайти и не было глупостью. Я резко шагнула в сторону, хватаясь за ручку двери, и почувствовала движение рядом — мужчина прижал дверь, чтобы я не смогла ее открыть. Он был за моей спиной… толком не понимая, что делаю, я резко откинула назад голову, зная, что попасть должна в нос. И попала, судя по отборным ругательствам, сотрясавшим темноту.

Я завозилась, пытаясь выбраться на волю, но мужчина схватил меня за волосы и рявкнул уже смутно знакомым голосом:

— Да успокойся ты, чокнутая!

— Дарлан?!

Поняв, что узнан, он разжал хватку и я отшатнулась в сторону. Волосы разметались по плечам, налипли на лицо, я кое-как пригладила их назад, чтобы не мешались. Пусть я и узнала человека из темноты, но опасаться от этого меньше не стала, мало ли, что у него на уме. Сомневаюсь, что он банально хочет вернуть меня во дворец, зачем тогда караулить в одиночестве? Что-то здесь не так, как и всегда с этим Дарланом.

— Я принес поесть, — сказал он уже спокойнее, — наверняка ты голодная. Не успела же кого-нибудь ограбить по дороге? Идем в гостиную, там поболтаем, меня напрягает сопение из темноты.

Он ушел первым, оставив мне право выбора.

Входная дверь за моей спиной, можно убежать… но любопытство пересилило, я осторожно зашагала следом. Дарлан успел присесть на диван и прижимал к носу окровавленную салфетку — мой удар оказался каким-то слишком сильным и точным. Впрочем, мы квиты, он меня за волосы тоже отнюдь не с нежностью хватал. Может, это было не больно, но точно обидно.

Большие окна гостиной пропускали много света с улицы, его хватало, чтобы разглядеть обстановку. Ничего особенного, никаких новых фантазий в голове. Мебель вся в чехлах, кроме дивана, и с первого взгляда видно, что людей тут давно не было. На столе рядом с диваном лежали свертки с едой, графин с водой и даже пыльная бутылка вина. Открытая, между прочим. Рядом стоял бокал, стало быть, Дарлан пьянствовал в одиночестве, поджидая меня.

Присаживаться я не торопилась, осталась возле выхода.

— Что все это значит? — в голову пришел только этот вопрос.

Несколько раздраженно Дарлан откинул салфетку и вытер остатки крови рукавом:

— Вот обязательно было сразу лупить? — возмутился он. — Что за идиотская привычка? Меня Луциан такому не учил.

— Ты напал в темноте, я испугалась.

— Я не напал, а вышел поздороваться. И не хотел, чтобы ты сбежала раньше, чем мы поговорим, поэтому заблокировал дверь… — он покачал головой и отмахнулся: — Ладно, получилось, как получилось.

— Ты и хотел меня напугать, — вдруг поняла я. — Глупо думать, что человек спокойно отреагирует на голос из темноты, при этом вломившись в чужой дом. Ты хотел, чтобы я напугалась.

Дарлан помолчал немного и кивнул:

— Тебе полезна встряска. Но получить по носу я не рассчитывал.

— А как насчет получить по носу два раза?

— Не наглей, — оскалился он. — Второй раз ничего не выйдет.

— Справедливо, — я все же подошла к столу, взяла кусок хлеба и сыра и с наслаждением откусила, поняв, что голодала дико. Не обращая внимания на изучающий взгляд Дарлана, взяла еще еды и отошла с этим добром в сторону. Есть стоя было неудобно, но я все еще была настороже, поэтому неудобство терпела.

— Не уверен, это мило или противно, — прокомментировал Дарлан. Ему наконец удалось остановить кровь, но теперь нос распух и раскраснелся, став вполне себе яркой приметой до того момента непримечательного лица.

Он налил воды в стакан и протянул мне:

— Запей хотя бы. Или желаешь вина? — в голосе прозвучала насмешка.

— Оно отравлено или что?

В ответ Дарлан засмеялся, да так, что я даже жевать перестала. Во дворце ни разу не видела, как он смеется. Ехидничает, усмехается — этого было сколько угодно, а вот смех… нет, точно нет.

Закончив веселиться, Дарлан указал на кресло:

— Сядь, хватит топтаться в углу. Я вряд ли для тебя опасен, учитывая, что здесь ты оказалась с моей помощью, — увидев, как я застыла, он усмехнулся: — Удивлена? Брось, ты не настолько хороша, чтобы покинуть дворец, даже в нем не ориентируясь. Ты бы наткнулась на стражу уже за первым поворотом, не позаботься я о пустоте коридоров. На что-то еще способен, как видишь.

Услышанное требовало уточнения:

— Ты хотел, чтобы я сбежала?!

— Устал ждать, долго решалась.

— Что за ерунда! — разозлилась я, потому что окончательно перестала что-либо понимать. А это, мать его, достижение, учитывая, как мало я понимала в принципе. — Ты же какой-то там важный человек во дворце, не мог просто меня отпустить? Или намекнуть, чтобы я ушла?

— Намеки ненадежны, откуда мне знать, как ты их в башке своей интерпретируешь. Опыт подсказывал, что совсем не так нормальный человек в твоей ситуации. Поэтому я выбрал иной путь, чуть более предсказуемый. И я точно знал, что рано или поздно ты добредешь до старого дома. Пришлось постараться, чтобы убрать отсюда лишних людей. Днем тебя заметили в Пустоши, ты направлялась в сторону бывшего Тенета. К стене.

— Днем я была в городе.

Дарлан тяжело вздохнул и покачал головой:

— Знала бы ты, как сложно сейчас воспринимать тебя всерьез. Тебя видели там, где мне этого захотелось, так понятнее?