"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

на нормальный генофонд ребёнка. Хотя тот факт что в империи подобное подобные союзы являлись нормой всё же немного напрягал. Благодаря тому что некогда ранее, перед тем как связать свою жизнь с церковью Августа приняла обед безбрачия, ей, как инквизитору, предстояло склонив передо мной голову, просить об оставлении своего поста или, иным выходом было детоубийство, чего я той точно не позволю. Силами Гвиния, или всего моего войска я заставлю Августу отказаться от своего титула, стать обычной женщиной, пользуясь её беременностью, я оставлю ту в Восточном Мэдэсе вместе с Гвинием и пока та вынашивает дитя, уничтожу Иоана. Ну а далее, кем мне будет первенец, грозным наследником или любимой принцессой, уже покажет время.

— Я хочу избавиться от ди…

— Нет. — Перебив сестру, коротко обрезал я. — Не делай из меня своего врага Августа, я запрещаю тебе даже думать о подобном.

На лице сестры всплыла улыбка, а на глаза накатили слёзы. Держа меня за ладонь, похотливая и пошлая в постели, а так же непобедимая и жестокая в бою, она таяла подобно первому снегу.

— Ты чего? — Смахнув пальцем слезу с её щеки, тихонько спросил я.

— Прости, прости меня Карл. — Я ведь знаю тебя, и то как долго обычно ты обдумываешь каждое своё решение, а сейчас… Прошу подумай, ведь вместе с беременностью придёт и моя слабость, а так же время когда я не смогу тебя защищать. А я не могу такого себе позволить. Не могу вновь оставить тебя на попечение этих гиен видящих в тебе лишь предмет достижения своих скрытых целей. Да и к тому же, даже если на свет родится мальчик, я никогда не выйду за тебя…

— Почему, ты одна из сильнейших, а так же благороднейших…

— Потому что мой статус ничем не лучше статуса рабыни. — Обхватив своими ладонями моё лицо, решительно произнесла Августа. — Сейчас у тебя и так много врагов, а если ты возьмёшь в жёны ещё и сестру клятвопреступницу, их станет ещё больше. Твоя решимость, желание сохранить дитя показали мне, я тебе не безразлична, и именно по этому я так рада, и именно по этому не дам тебе совершить столь опасную ошибку. Тебе нужна достойная партия, а империи достойный и сильный союзник. Брак с Крон Элкантрой или её матриархом сделает нас сильнее, брак с одной из Силистинских принцесс сделает нас сильнее. Да даже свадьба с кем-то из зорфских землевладытчиц или местных аристократок, укрепит твою статус и сделает тебя и твой род сильнее… Но я, никогда не смогу дать стране то что ей по настоящему нужно. Мой любимый господин, я выношу и рожу для тебя дитя, но и ты будешь обязан найти мне замену, и жениться на достойной своему статусу паре. Хочешь делай меня наложницей и я буду с тобой, хочешь, собирай гарем из рабынь и трахай их столько сколько душе угодно, я всё стерплю. Но запомни одно, место коим я сегодня жертвую должна занять достойная тебя, сильнее женщина, что сделает своим статусом и положением нас, а вместе с тем, и всю империю сильнее. А иначе, клянусь своей кровью и кровью моего не родившегося дитя, я убью сначала безродную, после твоего первенца, а затем и себя…

Голосу Августы опять вернулся былой ужасающий и предупреждающий холод. Точно такой же, с коим она некогда приветствовала меня у моей же резиденции. Инквизитор не шутила, более того, сейчас, напрягая всё своё тело и магическую силу она пыталась понять попытаюсь ли я той соврать или нет.

— Я клянусь тебе Августа в том, что именно ты выберешь мне мою первую супругу. Пусть даже та будет толстой, страшной или вообще бородатой гномихой…

— Что? Нет-нет-нет… — Пырснув смехом выдала сестра. — О боги не говори о таких гадостях в столь прекрасную для меня ночь, я не собираюсь выдавать тебя за страхолюдину чьё лицо я буду вынуждена лицезреть каждое утро и вечер. — Рассмеявшись с моей решительной клятвы, замахала рукой сестра. — Любимый, обещаю, я не дам тебя попасть в плохие руки, и даже если твоя суженная окажется стервой, ты всегда можешь заделать наследника, ну а она после этого, скоропостижно скончаться…

От слов сестры у меня по спине холодок пробежал.

— Августа, ты ведь пошутила, да? — С лица сестры всё так же не сходила довольная улыбка. Обняв и прижавшись к моей груди, она радостно, словно ребёнок барабанила ножками по нашей кровати, попутно перечисляя женские имена которые той нравятся. Не забывая при этом задавать вопросы о том какие мужские имена нравятся мне. Ведь согласно традиции империи, парня называл отец, а дочери давала имя мать.

До восхода мы с Августой разговаривали о всяком житейском, смеялись, вместе мечтали, вместе радовались о скором пополнении, и вместе грустили о ещё более скором расставании. Весь тот груз ответственности за мою жизнь, а так же тяжесть решения касавшаяся ребёнка, повисшая на плечах Августы, словно оборвавшаяся цепь угнетавшего ту якоря, освободила сестру от всех её забот. Впервые за долгие месяцы, я, проснувшись в кровати с Августой, смог встать, умыться, одеться и покинуть комнату даже не разбудив «горе защитницу». Глядя на мирный сон и тихие посапывания которой, я действительно чувствовал себя счастливым.

Выгнав жестами попытавшуюся вломиться в комнату прислугу, тихонька, на носочках, словно вор покинул собственную комнату, а затем, показывая слугам что и сам уже оделся велел тем свалить от греха по дальше. Переглянувшись между собой, женщины служанки раскрасневшись захихикали, а затем, стараясь не топать своими ножками, по заичии, тихонько разбежались каждая по своим делам. То как они смотрели на меня, и то как вели со себя со мной в корне отличалось от того, какими я запомнил прислугу «родного» для меня дворца. Где каждая придворная блядь, подсунувшая свой зад под одного из моих братьев, смела глядеть на меня как на самое вонючее дерьмо. Хотя, и винить в этом я их не мог. Тот Карл чьё тело я присвоил себе, был тем ещё гандоном.

— Господин! — Воскликнув полушёпотом, выдернула меня из размышлений о великом, притаившаяся за спиной Крон Элкантра.

Ещё не успев увидеть ту, мне захотелось с ног до головы обругать привычку дроу подкрадываться сзади. Но как только я обернулся, все, даже малейшие желания по поводу конфликта с той в миг развеялись. Смуглакожая дроу, зачем-то нацепила на себя