"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

— На стрельбище.

— Раз Ваше Величие предлагает…

— Предлагает, — кивнул я. — Можем прямо сейчас и отправиться.

Мы вышли и вскоре оказались на лужайке, по которой бегала Олимпиада под неусыпным надзором множества нянек.

— Ника Петровна, — обратился я к метрессе, стоявшей неподалёку. — Мы с принцем отправляемся на стрельбу из ружей посмотреть и сами пострелять. Не желаете ли присоединиться?

Девушка чуть вздрогнула от неожиданности, и я заметил, как её голова уже приготовилась к отрицательному жесту, но…

— Раз Ваше Величие приглашает, то не могу отказать.

Вот как! Я знал, что тебе будет трудно остаться.

— Мы будем ожидать вас около кареты через полчаса, — ответил я и, чтобы девушка не разглядела сдерживаемую улыбку, подозвал лакея для передачи необходимых распоряжений.

Гвардейское стрельбище находилось в овраге, что в нескольких километрах от дворца. Таким образом, и звуки по окрестности почти не расходились, и исключалась возможность подстрелить проходящих мимо людей. С нами, помимо моей постоянной охраны, прибыло четверо лейб-гвардейцев. Я бы мог их вообще не брать, но не хотел раскрывать перед принцем мастерство владения охранниками пистолетами и ружьями.

Вместо больших мишеней были поставленные очищенные от коры деревянные чурбаны, дабы не было нужды удостовериваться в меткости стрельбы. Пуля попадёт — чурбан упадёт. И поскольку я знал, что выбранные солдаты одни из лучших, то наклонных чурбанов поставили немало. А затем началась потеха: грохот, дым от сгоревшего пороха и радость от попаданий.

Поначалу принц Теодорих довольно скептически относился к поражению мишеней, но с каждым убавшим чурбаном интерес возрастал. Ника тоже не стояла безучастная и даже вскрикивала то ли от грохота выстрелов, то ли из-за попаданий.

Наконец, лейб-гвардейцы отстрелялись, получили аплодисменты от метрессы и, поднявшись наверх, по пять рублей от меня. Даже принц не удержался и пожал всем руки, чего от него никто не ожидал. Мы остались втроём.

— Ну, как… Желаете попробовать? — спросил я, прищурившись.

— Конечно! — неожиданно Ника опередила Теодориха и бодро зашагала в овраг…

— Тебе будет тяжело, но можно воспользоваться подставкой, — заботливо сказал я и указал на сошку. — Вот, ружьё кладётся сюда и можно стрелять, только не забывай рот открывать, а то можно оглохнуть. — и подал заряженный огнестрел, оставшись рядом на всякий случай.

Метресса, выслушав мои дальнейшие разъяснения, прицелилась в заранее установленную большую мишень и нажала на спусковой крючок.

Бах!

Ожидаемо, что грохот вблизи оказался намного сильнее, и девушка чуть не выпустила ружьё из рук. Однако взглянув на меня ошарашенными глазами, сказала:

— Ещё!

Нет, не сказала, а почти приказала. Хм… Интересно.

Отстрелявшись пять раз, оглохшая Ника нехотя уступила очередь Теодориху. Ну, а потом показал класс и я. Затем всё повторилось…

Через час мои спутники устали, и, усевшись в карету, мы двинулись в обратный путь во время которого никто не проронил ни слова, так как порядком вымотались и оглохли, а кричать в ухо все почитали ниже своего достоинства. И если Ника пребывала в состоянии чуть ли не эйфории, то принц выглядел скорее растерянным.

— И как из такой аркебузы могут стрелять всадники? — наконец задал он вопрос. — Она же неудобная, раз без опоры толком не прицелиться.

— Вы сами ответили на свой вопрос, Теодорих. У всадников ружья короче. Точнее, короче ствол, а всё остальное одинаково, чтобы мог пользоваться и пехотинец в случае надобности и наоборот. Ещё у всадников пистолеты.

— А как же копья и мечи?!

— Конечно, есть и мечи, — кивнул я. — Оружие можно иметь почти любое. Хотя я не сторонник универсальности. Всадников с копьями и мечами полно в любом государстве, в том числе и у нас. И таковые будут ещё долгое время.

— И как вы называете тех, что с аркебузами?

— Рейтарами. В принципе, можно и кирасирами, так как нет особой необходимости в полном латном доспехе, но название не так важно.

— Почему? — Теодорих уже почти отошёл от заложенности ушей и чувствовал себя довольно хорошо, чего не скажешь о Нике, пребывающей в состоянии лёгкого обалдевания.

— Более важно понять тактику сражения. Я вижу два варианта: рейтары будут всегда находиться в седле, или после приближения к противнику станут спешиваться и вести бой как пехотинцы. Иными словами, рейтары — полноценная кавалерия или просто стрелки, прибывающие на место сражения на конях.

— Да, от ответа на этот вопрос зависит многое, — согласился Теодорих. — В том числе и требование к выбору лошадей. Кстати, Ваше Величие, что вы скажете о недавно завоевавшем популярность строе под названием кастильское каре? Оно появилось примерно пару десятилетий назад и, по заверениям генералов, является идеальным построением.

— Вы о так называемой терции? Да, она идеальна, если говорить о битве с применением холодного оружия. Но обученные рейтары сведут этот идеал на нет путём банального расстрела первых линий из пистолетов и карабинов. И противодействовать такому будет сложно. Да и рейтары будут не нужны. Достаточно подкатить пушки и прямой наводкой раскатать всех в тонкий кровавый блин.

При последних словах Ника дёрнулась, но ничего не сказала.

— Тонкий кровавый блин? — переспросил принц.

— Это я образно выразился. В любом случае общеизвестная боевая тактика после массового внедрения огнестрельного оружия должна измениться.

— Вы настолько уверены в аркебузах?

— В аркебузах? Нет, в них я не уверен, а вот в своих ружьях — да. Да вы и сами видели, что при должной выучке это страшная сила.

— Извините, Ваше Величие, но время перезарядки аркебуз и ружей очень длительное, даже больше, чем у арбалетиков.

— Этот недостаток решается довольно просто. Да и наличие арбалетов на вооружении войск почти всех европейских стран доказывает, что время — не самый важный вопрос. Каждое оружие имеет свои преимущества и недостатки, и любой тактик это должен учитывать. К тому же я не вижу смысла перевооружать всю российскую армию. Во-первых, это дорого. Во-вторых, долго. В-третьих, представляется более важным развивать артиллерию, позволяющую минимальным количеством задействованных солдат решать грандиозные задачи, сберегая тем самым жизнь своих воинов.

— А как же воинская доблесть? Как тогда добывать славу, если тупо перемалывать неприятеля в фарш? — удивился Теодорих. — Это идёт вразрез с многовековыми традициями.

— Нет никакой славы в том, чтобы бросать солдат на убой, когда можно быстрее и эффективнее использовать новое оружие. Вы же, принц, не кинетесь с мечом в руке