Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Внутри все колотило. Я никогда так резво не бегал, только если в далеком, словно в прошлых веках, детстве. Злить гусей с друзьями, а потом с криками удирать от них было крайне забавно. А что забавного, скажите, сейчас? Я снова выглянул, Франсин уже ушла, переходила дорогу, а мужчина возвращался в клуб. И тут… Он прислонил руку к уху, вероятно к портативной гарнитуре.

- Что, Сега? В переулке? Проверить? Хорошо, сейчас, – повернулся он и потопал в мою сторону.

Гул с дороги заполнил мою голову, еще чуть и в этом шуме утонут все остальные мысли. Думай, Марк, думай! Взгляд метался по переулку. Повернувшись, я заметил несколько мусорных бачков. В мгновение я подскочил к ним. Господи, запашок был похлеще, наверное, чем из моего холодильника. Рядом валялись картонки и снятая широкая крышка от бачка. Авось сработает?! Я быстро присел парадными штанами на землю, прислонившись к стенке своей чистейшей белой рубашкой, в пространстве между двумя бачками, подтянул ноги к себе и прикрылся крышкой. Несколько резких вздохов и я перешел, чувствуя жар в горле, на плавное дыхание.

Послышались приближающиеся шаги, через маленькую дырочку в крышке я разглядел очертания мужчины. Он быстро водил фонариком по переулку. Видно, не особо рад был, что пришлось зайти сюда... Давай, вали уже! Ничего здесь нет и никого! И тут... Господь, если ты есть - ты тот еще негодник! Я случайно задел локтем стоящую рядом стеклянную бутылку. Последняя гнусно упала, издав такой взрывоподобный звук, что я, наверное, оглох. На самом-то деле мне это так показалось. Мужчина же услышал легкий стук стекла об асфальт. Повернувшись, он навел фонарик прямо на меня. Я задержал дыхание, но по телу предательски разлилась дрожь. И зачем я вообще все это задумал?! Полный идиотизм!

Мужчина тем временем подошел ко мне ближе. Не знаю, заметил он что-то, но вдруг послышалось спокойное для него и душераздирающие для меня:

- Сега, тут кто-то есть. Бродяга, наверное, но сейчас проверю.

Мое сердце, кажется, остановилось. Я уже думал, как буду оправдываться с тупым телячьим лицом перед охранником... Скорее всего, это будет последнее, что я скажу перед смертью. Хотя, под армию мурашек на спине, мне казалось, что не последнее. Вдруг они будут пытать меня?! Мужчина тем временем подошел почти вплотную. Думаю, сейчас лучшая защита – это нападение! Словно укол адреналина эта мысль дала мне резкий прилив энергии. Что терять-то?!

Мощным рывком я бросился на мужчину. Конечно, он не ожидал такого выпада. Словно рыцарь в бою, держа перед собой мой верный щит, я почувствовал только мягкую преграду перед собой. Еще толчок и охранник, матерясь, повалился на землю. Со всего размаху я кинул крышку прямо на него. Секунда - и я метнулся из переулка. Взгляд назад: поверженный враг только поднимал крышку с себя. Меня не увидел, а значит все великолепно!

Воодушевлённый, я выбежал на улицу, пробежал немного, а затем заскочил в другой переулок, чтобы чуть отдышаться. Сердце бешено колотилось, руки дрожали. Но я смог! Осмотрев улицу, убедившись, что все в порядке и погони нет, я отправился домой.

Финанс встречал меня радостными неугомонными прыжками. Я налил ему воды, а вместо газет, бросил зверьку какой-то журнал, даже не рассмотрев его. Сам я упал в свое большое, мягкое, недавно купленное кресло посреди комнаты. Чувствовал я себя измученным, словно неделю не спал... Посматривая на белоснежную прожорливую радость, я сразу вспоминал все ранее услышанное в клубе. Узнал я действительно слишком много! Похоже, что я уже безвылазно угодил в болото! Криминальная трясина засасывала меня вместе с остальными.

«Гав-гав-гав!» - послышалось неожиданно за моей спиной. Я резко вскочил из кресла, оглянулся. Мне стало не по себе. Даже усталость испарилась!

- Откуда у меня дома собака? – спросил я пустоту перед собой.

В ответ пронизанное признанием гавканье повторилось. И тут из-за кресла на меня выполз Финанс. Чуть подпрыгнув на месте, он снова загавкал. Мое веко нервно задергалось. Я замер, не двигаясь.

- Что за бред? – еле пробормотал я. – Это ты, дружок?!

Финанс бросился ко мне и потерся о мои ноги. Я еле заставил себя не отшатнуться от него, пока мой зверек жалобно, чуть приглушенно скулил. Я взял его на руки, осмотрел: ничего не изменилось внешне. Но как? Как он вообще лаял? Никаких выходных отверстий я не наблюдал. Либо у меня едет крыша, либо уже давно поехала. Лучше не думать об этом!

«Гав-гав-гав!» - раздалось снова.

- Тише, - прошептал я ему почти вплотную. – Хозяйка этой съёмной квартиры запретила мне заводить домашних животных.

Широкая улыбка возникла на лице. А радость вернулась в мое сознание. Чувствуя, как все же сонливость побеждает, я повалился на кровать. Тем временем Финанс стал наяривать круги вокруг меня, словно хотел создать суперщит и защитить от всех бед на свете. Эх, как бы хотелось в это верить!

- Сколько же из-за тебя случилось всего?! - гладил я Финанса, чувствуя, как он с удовольствием извивается под моей рукой.

Думаю, скоро вообще ничему на свете удивляться не буду! Финанс урчал, как кошка. Урчал почти без звука, как маленький моторчик. «Лает, как пес; урчит, как кошка!» - представляю себе этого зверка. Наверное, обычная картинка, нарисованная пациентом-шизофреником! Я уже не хотел вдумываться в это. Я просто хотел наслаждаться компанией этого необычного, существа, которое тоже нашло во мне родственную душу.

Продолжая размышлять, я задумался о Франсин. Провокационные ее разговорчики, общение с тем мужчиной в деловом костюме, странные намеки. Нужно будет самому последить за ней. Чувствовал себя в подвешенном состоянии. Что делать, что предпринимать? Я не знал. Остается пока сидеть в общей лодке со всеми, защищая от яростного шторма себя и Финанса. И не делать глупостей, хотя с каждым днем грань между глупостью и нормой начинала стремительно стираться.

Зверек, взобравшись мне на грудь, кажется, заснул. Я продолжал его поглаживать. Теплота, маленький огонек посреди разъедающей все тьмы соединялся с моим сердцем. Ну как бы я мог его отдать кому-то?! Я всегда теперь буду любить! В таком благостном состоянии, я вскоре сам слился с миром сновидений.

Темнота словно бы окутала меня так, что я чувствовал ее мягкое, но холодное прикосновение. Не знаю, двигал ли я ногами или руками, но казалось, что мое тело вместе с сознанием растворилось подобно краске к воде. Я плыл, существовал,