Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

Мы с Финбарром переглянулись. Кузен указал мне на несколько сосудов.

— Лапа оборотня, голова ведьмы, и даже фейри с Ирландии нашлись, — сказал Финбарр. — А там несколько черепов гномов и троллей. Как тебе такое «коллекционирование», Харди?

— И чешуя золотого дракона, — я указал на квадрат на стене из черного дерева, на который было наклеено несколько чешуек. — Того дракона с Райнерсберга.

Я присел рядом с Ноткером, вычертил над ним заклинание. Кобольд, открыв глаза, посмотрел на меня.

— Спасибо, Ваша Светлость. Можно я ненадолго отлучусь?

— Отнеси заодно книги о роде Хоэцоллернов в мою комнату, — сказал я и кобольд пропал.

— Я тоже прошу прощения, Ваша Светлость, — к нам подошел Йенс, прикрыв рот платком и стараясь не смотреть по сторонам.

— Мне все-таки интересно, как Прегиль проглядел эту кунсткамеру?

— Не знаю. Это всё — отвратительно!

Я посмотрел на Финбарра.

— Что-нибудь еще нашел, Барри?

— Нет.

— Тогда пойдемте к Прегилю.

Мы вышли из покоев короля: я закрыл дверь ключом от «Бронко» и Йенс повел нас дальше.

Комнаты Прегиля находились неподалеку от королевских покоев: они располагались в одной из угловых башен замка и также были защищены магией. Но я открыл замок так же легко, как и в королевских покоях.

Обстановка в комнатах Базилиуса оказалась неожиданно аскетичной. Пока Финбарр изучал запахи, я снова стал разглядывать книги в кабинете Главы прусской Гильдии. Но на этот раз меня ничего не заинтересовало.

— Честно говоря, не ожидал, что жилье Базилиуса будет таким скромным, — заметил я. — С его-то амбициозными планами.

— Ему еще принадлежит дом в Альтштадте, — сказал Йенс. — Но там примерно такая же обстановка. Господин Прегиль давно овдовел и новую семью не завел. Его супруга была обычной женщиной, не имела магических способностей.

— Понятно, — сказал я и позвал: — Что там, Барри?

В кабинет вернулся Финбарр.

— Тут вполне обычные запахи, немного тревожные, но скорее связанные с общей озабоченностью о состоянии монарха. Прегиль тут ночевал два дня назад. С тех пор он тут не появлялся. Такой же старый след сохранился на входе в замок.

— И какой максимально давно оставленный запах и след вы можете отследить? — невольно восхитился Йенс.

— Зависит от вида запаха и его обладателя, конечно. Я могу распознать след после непрекращающегося дождя в течении трех дней. В сухую погоду результат гораздо лучше.

Я прошел комнаты, скользнув внимательным взглядом по всем вещам, но ничего, что привлекло бы мое внимание, не нашел.

— Что ж, теперь, пора посетить ваш Гильдию, господин Беппе. Возможно там Финбарр найдет более свежие следы.

— Харди, я могу проследить от входа в замок тот след двухдневной давности. Может, он ведет вовсе не в Гильдию.

— Что ж, давай проверим.

Мы вышли во двор замка и я позвал Ноткера, чтобы он принес нам пальто. Светило холодное солнце, но ветер, дующий с моря, гнал над городом низкие облака, которые все сгущались, предвещая скорую перемену погоды.

— Тут он сел в свою машину, — сказал Финбарр, остановившись неподалеку от «Бронко». — Можем медленно ехать, но придется открыть окно.

Я уселся за руль, рядом пристроился Финбарр, а Беппе с Ноткером заняли заднее сиденье. Внедорожник неспешно поехал вперед. Но след действительно привел нас в Гильдию.

Мы высадились у здания в барочном стиле. На колокольне мелодичный колокол начал отбивать три часа дня. Маги-охранники на входе поприветствовали нас и мы уже собираясь зайти внутрь, как Финбарр вдруг замер.

— Погодите. А вот тут уже интересно. Господина Прегиля усадили в другую машину вместе с его шофером, а в его машину сел кто-то другой. И оба автомобиля тут же уехали.

— То есть, я правильно понимаю, что Базилиус с тех пор больше не входил в Гильдию? — уточнил я.

— Да, Харди.

Я задумался.

— Что ж, тогда едем дальше по следу.

— Ваша Светлость, нужно оповестить остальных магов, — встревожился Беппе. — Это может оказаться ловушкой. Подождите несколько минут, я предупрежу магов…

— Позвоним им, когда что-то немного прояснится, — остановил я его. — Садитесь в машину.

Йенс неодобрительно глянул на меня, но подчинился, и мы поехали дальше.

«Бронко» сделал круг по Кнайпхофу, пересек мост, возвращаясь к королевскому замку и, проехав мимо, устремился на север, поскольку след уводил именно туда.

— Куда ведет это шоссе? — спросил я.

— Это дорога в Кранц, морской курорт, — отозвался Йенс.

— И зачем драконоборцам понадобился курорт? — поинтересовался Финбарр, наполовину высунув лицо в приоткрытое окно и ловя запахи.

Даже я уже чувствовал соленый запах с моря. Ветер становился крепче, холодало, а солнце неизбежно катилось к закату. Но через полчаса мы уже въехали в небольшой курортный городок. След вел сквозь него и, достигнув моря, уводил по дороге дальше на северо-восток. Проехав еще полчаса по абсолютно пустынной дороге, я нахмурился и поглядел на Беппе.

— Если не ошибаюсь, в той стороне находится граница?

— Да, — Йенс заметно занервничал. — А вдруг господина Прегиля увезли в чужое государство?

— Тогда Совету будет чем заняться, налаживая связи с иностранными магами.

— А вы не думаете, что всё может оказаться гораздо хуже? — с опасением заметил Беппе. — И что в тамошней магической Гильдии могут оказаться одни драконоборцы?

— Думаю. Но пока на это не похоже…

— Харди, направо! — прервал наш разговор Фибарр.

Я резко крутанул руль и «Бронко» зарычав, успел свернуть на грунтовую дорогу, уводящую куда-то в лес.

— Хм, — задумчиво произнес Йенс.

— Знаете тут местность? — спросил я.

— Не очень. Но тут за лесом большие дюны, а дальше широкий залив. Жилья немного. В основном коттеджи, которые сдают на лето приезжим. Сейчас, не в сезон, тут вообще безлюдно.

Дорога нырнула под сень кривых сосен, скрыв лучи заходящего солнца. Вокруг сразу стало темно и мрачно. Я добавил магии — и фары «Бронко» стали светить ярче. Метров через триста дорога запетляла, взбираясь на холм. Деревья резко разошлись и внедорожник оказался на вершине холма. Я остановился, чтобы оглядеться, и вышел из машины. За мной выбрались остальные.

Внизу за склоном, поросшим молодыми соснами и кустарником, на ветках которого трепетали последние не облетевшие листья, начиналась огромная дюна. Желтоватый песок,