"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

— Те существа, облака, которые кружили вокруг храма прошлой ночью, прошептал монах так тихо, что Риан едва расслышал его за шумом ветра.

И загадочные существа двигались к тому зданию, где находились Риан и его спутники.

— Ложитесь! — скомандовал Риан.

Растим взвизгнул и упал плашмя, закрыв голову руками. Риан и монах скорчились за низкими перилами. Ветер донес странный звук — низкий вой. Он постепенно становился громче, и Риан и монах обменялись тревожными взглядами: существа летели прямо к ним.

Риан рискнул выглянуть из-за перил.

— Маскелль, ты их видишь? Они снова нападают. — Туманные сгустки по мере приближения становились все больше. Риан снова распластался у низкой стенки.

— Она их видит, конечно, она их видит! — с надеждой пробормотал Растим. Он нервно облизнул губы и оглянулся, словно ожидал, что перед ним вдруг вырастет желанное убежище. — Что нам делать?

— Не двигайтесь! — лихорадочно прошептал монах.

Тонкий вой, знакомый защитникам храма по прошлой ночи, стал невыносимо громким, но существа пронеслись высоко над зданиями — в сторону Марай. Вой стал тише и постепенно смолк.

— Маскелль, ты видела? — снова спросил Риан.

«Видела, — раздался ее голос у него в голове. — Теперь мне придется помогать другим. Я оставляю вас на некоторое время».

— Хорошо. — Риан поднялся на ноги и вытер пыльные руки о еще более пыльные штаны.

— Она тебя услышала? — тревожно прошептал Растим, все еще прячась за перилами.

— Да. Она сказала, что сейчас не сможет следить за нами — ей нужно отразить нападение. А ты разве ее не слышал? — Растиму иногда удавалось слышать голос духа Маскелль, иногда — нет. Такая форма общения явно пугала ариаденца, и он, возможно, непроизвольно отгораживался от Маскелль.

— На этот раз не слышал. — Растим поднялся на ноги и боязливо посмотрел в сторону Марай. — Барьер выдержит, да?

— Выдержит, — решительно ответил монах.

— А если все-таки не выдержит? — Растим все еще уныло смотрел в сторону храма.

— Растим! — Риан раздраженно махнул рукой. — Если барьер не выдержит, мы все — покойники. Ты это хотел услышать?

— Прости. — Растим встряхнулся и вскинул на плечо свой мешок. — Я все драматизирую — по привычке. Пошли.

Спуск оказался труднее подъема — камни под ногами качались и падали вниз. Добравшись до дожидавшихся их воинов, Риан вкратце рассказал им о том, что они видели.

— Что будем делать? — спросил он, закончив рассказ. — Можем вернуться и рассказать остальным, а можем сначала сами осмотреть то здание. Мы забрались так далеко, что, если сейчас вернемся в храм, не сможем снова попасть сюда до темноты.

— И тогда нам придется провести здесь еще один день, — пробормотал кто-то из гвардейцев. Риан испытывал те же чувства.

— Значит, вперед?

Все согласно закивали; никто не проявил страха или нерешительности, хотя Риан подозревал, что остальные боятся не меньше, чем он сам.

— Что такого ужасного может с нами случиться? — задумчиво протянул Растим, направляясь к двери. — Разве что они превратят нас в тех тварей из мусора и камней, которых мы видели прошлой ночью.

— Те существа не больше походили на людей, чем на обезьян, — возразил Риан. — Мы такими не станем. — Игра, в которую они играли в этот день, была гораздо опаснее. Риан, считавший себя чемпионом по дурным предчувствиям, так и сказал, но Растим принялся расписывать ожидающую их участь в таких ярких красках, что легко заткнул его за пояс.

— Хорошо, хорошо, сдаюсь, — махнул рукой Риан, искренне надеясь, что его поражение не подорвет дух отряда. — Рассказал бы ты нам лучше какую-нибудь пьесу.

Растим охотно принялся за пересказ запутанного сюжета о борьбе двух знатных семейств. Риан обнаружил, что радуется обществу Растима: иначе было бы очень легко сойти с ума, думая только о том, чем кончатся для них неудачные поиски вражеского Колеса.

«Может быть, именно так и случилось с теми, кто выстроил этот город». Они возвели дворцы, разорив ради них свой мир, а потом обезумели от одиночества и превратились в демонов. Догадка была хороша, но она не объясняла существования Марады или того, как им удалось создать второе Колесо.

— Проклятие! — прошептала Маскелль. Только отвлечения ей сейчас и не хватало!

— Маскелль! — вторгся в ее транс голос Киллии. — Мы его нашли!

Маскелль открыла глаза, встала и расправила мантию. Ариаденцы и Каруда стояли снаружи, за занавесью.

— Летучие вихри возвращаются, — сказала Маскелль. — Нам нужно спешить. — Она посылала Киллию и остальных актеров найти Каруду, который руководил поисками Гизара и размещением защитников храма.

— Новое нападение? — переспросил офицер, пристально глядя на Маскелль.

— Я не буду мешать тебе в организации обороны. Мне только нужно, чтобы ты сообщил мне одну вещь. — Она подошла к нему вплотную, одновременно распорядившись: — Киллия, сообщи управителю храма, что враги снова приближаются.

Женщина поспешно удалилась, а Маскелль в сопровождении Каруды двинулась через двор к центральной башне. На лице офицера было написано недоумение.

— Так ты вызвала меня не из-за нападения?

— Нет. Я должна тебя кое о чем расспросить. — Маскелль прошла под аркой, ведущей в башню, и Каруда, внезапно поняв, что она ведет его в зал, где находится Колесо, резко остановился.

Маскелль нетерпеливо оглянулась на него. Офицер показал на стенную резьбу:

— Разве можно?..

— Пошли, — резко бросила Маскелль.

Сразу у входа их ждал Вигар. Остальные Голоса сидели вокруг Колеса, погруженные в медитацию. Их тихое песнопение создавало второй защитный барьер — вокруг Колеса. Исправление причиненного песчаному узору вреда было закончено накануне поздно вечером, и теперь оставалось только уничтожить вражеское Колесо, чтобы можно было завершить Обряд.

Вигар с сомнением посмотрел на Маскелль, когда та ввела в зал Каруду. У нее раньше было всего несколько мгновений для того, чтобы изложить жрецу свою теорию: Маскелль спешила как можно скорее вернуться к Риану и Растиму. Вигар счел, что она ошибается.

«И не в первый раз», — подумала Маскелль.

Каруда снова остановился: Колесо производило огромное впечатление даже на тех, кто был тесно связан с Бесконечностью. Маскелль пристально смотрела на Каруду, и то, что она прочла на его лице, заставило ее сердце сжаться. Колесо Бесконечности не прятали намеренно от посетителей храма, но сама его хрупкость приводила к тому, что немногие, кроме Голосов и жрецов высших рангов, его видели.

На ярко освещенном многочисленными горевшими в зале свечами лице офицера было написано скорее изумление, чем благоговение.

Удостоверившись в своей правоте, Маскелль взяла Каруду за руку и потащила его вперед — почти к самому невидимому барьеру, созданному пением Голосов. Она вспомнила слова