"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

уже начал перебирать в голове варианты побега, как вдруг пол качнулся, и вибрация прекратилась. Вертолёт сел. Я замер, прислушиваясь. Где-то совсем рядом прогромыхало с десяток ног, послышались обрывки команд, и всё стихло.

Похоже, это был шанс. Если люди Грибова понадеялись только на верёвки, связав меня, и не заперли дверь снаружи, можно было рискнуть выбраться из вертолёта.

Не теряя времени, я нащупал в темноте шершавый край переборки и принялся перетирать шнур, впившийся мне в запястья. Работа была в самом разгаре, когда по полу снова загрохотали чьи-то ботинки, и дверь моей темницы отворилась с лёгким стоном. Под потолком вспыхнула лампа. Я заморгал от яркого света, пытаясь разглядеть тех, кто стоял за дверью. Их было трое — лжемайор и два жлоба из его команды.

— Очнулись, господин Карельцев? — участливо поинтересовался Грибов, — вот и славно. Тут кое-кто желает побеседовать с вами. Мои ребята вас проводят, — он кивнул в сторону своих бойскаутов.

Те схватили меня и поволокли к люку с тем же уровнем деликатности, как если бы перетаскивали мешок картошки. Когда меня на руках выгружали из вертолёта, я успел оглядеться. Сомнений не было — мы приземлились на той самой стройплощадке, которую я так старательно изучал с обрыва.

Мне развязали ноги и подняли. Кто-то из моих конвоиров двинул меня по больной спине, и я застонал.

— Иди, иди, — услышал я сзади.

Я с трудом преодолел соблазн заехать этой скотине с разворота коленом в пах. Но сейчас ни к чему было обострять ситуацию, и я покорно побрёл к тому самому зданию с «тарелкой» на крыше.

За входной дверью оказался предбанник, ещё несколько дверей и лестница на второй этаж.

Сзади меня схватили за воротник и развернули в сторону лестницы. Пришлось подчиниться и на этот раз. Поднявшись на второй этаж, я оказался перед серой невзрачной дверью без надписей и табличек. Один из моих охранников толкнул её и впихнул меня внутрь хорошо освещённого помещения.

Увидев тех, кто, по словам майора, хотел со мной побеседовать, я понял, что моя песня спета. На большом кожаном диване, потягивая кофе из перламутровых чашечек, сидели Джил и её респектабельный патрон, мистер Смит. К ним тотчас присоединился и майор.

Какое-то время мы молча смотрели друг на друга. Первым нарушил молчание Смит. Говорил он с сильным акцентом и потому тщательно выговаривал каждое слово:

— Господин Карельцев, я занятой человек, и мне будет искренне жаль, если мы не найдём общего языка. Мне нужна карта. Отдайте её мне, и я забуду тот нелепый инцидент с перестрелкой. Кроме того, я умею быть щедрым, господин Карельцев.

«Ах, вот оно что. Карта! Ну конечно. Они думают, что у меня карта лабиринта. Что ж, придётся им подыграть. Скажи я сейчас, что карты нет, они вывернут меня наизнанку, а потом бросят где-нибудь в отвалах с пулей в затылке».

— А если я вам её не отдам? — спросил я с вызовом.

— Тогда, — Смит вздохнул, — мои люди вынуждены будут прибегнуть к нецивилизованным методам. В конце концов, вы тоже ранили одного из моих помощников.

— Я вижу, вы не оставляете мне выбора, — как можно более сокрушённо проговорил я, — но у меня нет сейчас карты. Я очень сожалею.

— Где же она? — розовая перламутровая чашечка в руке Смита замерла на полдороги.

— Ваша юная сотрудница, — я кивнул на Джил, — вела себя не слишком профессионально. Я почувствовал за собой слежку и незадолго до того, как она попыталась меня убить, спрятал карту.

— Ах ты, свинья! — в одно мгновение Джил очутилась рядом, охваченная яростью, и, если бы майор не перехватил её руку в дюйме от моего лица, физиономия моя оказалась бы сильно попорченной.

Мистер Смит укоризненно посмотрел на Джил.

— Успокойся, девочка, и постарайся больше не мешать мне беседовать с молодым человеком, — произнёс он и снова обратился ко мне:

— Надеюсь, вы говорите правду. Впрочем, очень скоро мы это проверим. Сейчас я и мои люди займёмся вашим приятелем, господином Шалугиным, а когда найдём его, отправимся вместе с вами за картой. А пока отдыхайте, — он кивнул майору, и тот кликнул своих горилл, дежуривших за дверью.

Обратный путь я проделал с тем же комфортом. Правда, под место заточения мне определили на этот раз строительный вагончик с решёткой на единственном окне. Что ж, всё лучше, чем тёмный стальной склеп, в котором я находился раньше. Меня впихнули внутрь и закрыли дверь.

Я оглядел свою новую тюрьму. В углу койка с матрацем, тумбочка. Рядом с окошком откидной столик. На нём пусто, если не считать пары окурков и хлебных крошек. Для человека, приговорённого к смерти, апартаменты даже роскошные.

«Кап!» — донёсся до меня звук, который ни с чем нельзя спутать. Я судорожно сглотнул. Неужели вода?

«Кап!» — я оглянулся на звук. В дальнем углу вагончика над белой пластиковой раковиной висел допотопный дюралевый рукомойник, и с его носика подкапывала вода. Я рванулся к этому сокровищу.

Раньше мне не доводилось пить из рукомойника да ещё со связанными за спиной руками. Это оказалось непросто. Пришлось встать на колени и, вывернув голову, языком толкать вверх тяжелый металлический стержень. На меня обрушивался целый водопад, и я жадно хватал ртом то, что удавалось поймать, пока, вконец измученный, но довольный, не отвалился от рукомойника.

Теперь пора было заняться верёвкой и подумать о побеге. Я осторожно подошёл к окну и глянул наружу. На подножке вагончика сидел один из охранников и курил, другого не было видно.

Скорее всего, мистер Смит забрал его на охоту за Шалугиным. Ладно, уже легче. С одним мы как-нибудь разберёмся.

Где-то неподалеку засвистели вертолётные лопасти: охотники отправились за добычей. Шум винтов стал удаляться куда-то к югу и через минуту затих. Пока всё складывалось как нельзя лучше. Я отступил от окна, и тут что-то хрустнуло под ногой. Я замер. Тихо. Охранник никак не отреагировал. Тогда я наклонился и посмотрел на пол. Так и есть — стекло! До того, как я насту-

пил на него, это был приличный осколок размером с носовой платок. Теперь он превратился в мелкое крошево. Я отругал себя за неуклюжесть, но делать было нечего. Выбрав осколок с острым краем, я носком ботинка отсортировал его от общей массы и, проделав нехитрый акробатический финт, завладел им. Оставалось придумать, как им воспользоваться. Самый простой способ — закрепить осколок в какой-нибудь подходящей щели в стене.

Я обшарил окружающее пространство. Щелей в стенах оказалось предостаточно, но вот вставить туда кусочек стекла, да ещё так,