Эльф из Скайрима - Герр Штайн

Пространство-время исказилось, вплетая в себя потоки энергий, вырывающиеся из проводника-меча.

В ровно тот же момент, ни на единую миллисекунду позднее… Лезвие опустилось вниз.

Резко, стремительно, мгновенно.

Ослабшая во время ещё не закончившегося Прорыва Дракона Река Времени была чрезвычайно податлива к воздействиям на себя. Так что за этот прикол можно будет не ожидать отката.

Ну а следом… А следом наступил…

Рассвет Времён.

Аури-Эль не подвёл, щедро перенаправив силы через Фламментейн, дабы в очередной раз руками собственного Рыцаря дать болезненный поджопник воплощению давнего врага. Открыто вмешиваться в моё собственное тело, как в битве с Исграмором, он не стал, ибо не то время было, но вот через меч, которого у меня тогда не было, более чем поучаствовал в отпинывании шезаррина.

Увы, навсегда это его не убьёт. Вернётся, и будет возвращаться, покуда Сердце Обманщика будет живо и цело. Но, судя по всему, ненадолго. Вряд-ли Акатош стал бы включать в пророчество обо мне утрату Сердца Лорханом. Ну а какой ещё кроме него мертвец может утратить сердце? Cтрочка как бы намекает, что мертвец этот не совсем мёртв.

…Вспышка, накрывшая дедка была то что надо.

А учитывая, что следом в неё влетела полномощная атака Неревара, выжить после которой у шезаррина точно бы не получилось.

Ху-у-у…

Наконец-то.

Резко выпав из благословление Аури-Эля, я чуть не покатился по склону горы, но кое-как сбалансировав и удержавшись, я развернулся к супруге и Неревару.

— Теперь можно и поговорить. — кивнул я последнему. — Феатор Каслана, Первый Меч Аури-Эля. — слегка кивнул я, показываю, что готов считать Индорила за равного.

Да, это был очень известный игровой персонаж… Но я уже по меркам Тамриэля ещё более известный типус, известный на равне с Пелиналом и Исграмором. Да, пока что особых книжек обо мне нет, не так много столетий прошло… Но потом, когда ситуация в мире устаканится, про меня будут сочинять такое, что ого-го.

— Неревар Индорил. Король Кимеров и Ресдайна. — тоже весьма коротко и по существу представился золотокожий. — Могу ли я сразу поинтересоваться, что занесло на Красную Гору самого Очищающего? Или вам по нраву более Синее Пламя, или как также поговаривают в Даэдрических Планах, Белый Палач?

— Без разницы, можно просто по имени. — легкомысленно пожал я плечами. — Учитывая сложившуюся ситуацию, проясню один факт. Я за то, чтобы двемеры, и вообще кто-либо не использовал Сердце Обманщика.

— Верно. — слегка расслабленно кивнул Кимер. — Я хоть и не верую в предков, ибо принципы Пророка Велота мне более важны и милы сердцу, а госпожу свою я не предам также, как вы… Как ты, Феатор, не предашь Аури-Эля.

— Азура вызывает больше всего доверия среди Принцев. — прикрыл на несколько секунд я глаза, собираясь с мыслями. — Хоть я и не могу доверять тем, даэдра. Полагаю, вы, Азура, прекрасно знаете, по какой причине. — более чем уверен, сейчас Неревар подрабатывать глазами и ушами сей сущности. — Дальнейшие разговоры отложим на потом.

— Но почему вы позволили Кагренаку дальше работать со своей машиной? — вновь подобрался кимер с ирокезом, явно припомнив один момент, противоречащий моим словам о Сердце. В глазах его замелькали отчетливые подозрения.

— Я успел её испортить. — слегка покривил душой я, решив именно под неисправность подогнать своё предположение о том, что двемеров скорее распылит, нежели они станут богами. — И… Оу…

Договорить я, естественно, не успел.

Потому что буквально весь Нирн накрыло какой-то удушающей силой, заставляя замереть на месте и пытаться узнать, откуда идёт угроза…

Ох.

Твою ж мать…

А Кагренак наверное, до последнего надеялся, что он именно вознесёт расу.

Но даже надежда умирает. Хоть умирает и последней.

Ведь… Вряд-ли вот это назвать возвышением в богов.

Гигантская армия двемеров, всё ещё сражающаяся в гигантской битве у подножья вулкана, принялась… Рассыпаться в прах.

Словно один Безумный Титан щёлкнул пальцами в пижонской цыганской перчатке.

По крайней мере испарение двемеров вместе со всем своим снаряжением было очень похожим на тот легендарный щелчок.

Только в реальности всё было без долгих слёзных разговоров.

Р-р-раз, и все-все двемеры превратились… Даже в не прах.

В ничто.

В пустоту.

И, кажется, я даже понимал, что именно произошло. Используя силу Сердца Лорхана, Кагренак попытался насильно вознести каждого представителя своего народа, за секунду пройти весь тот энергетический эволюционный процесс, который я прохожу вот уже около девяти сотен лет… Или даже больше.

Тела не выдержали такого надругательства над собой. Не бывает даже в фэнтезийной реальности всё так просто, по щелчку пальцев. Здесь нужен долгий, планомерный процесс, который сложно пройти даже при всесторонней поддержке сильнейшего из божеств, духовного потомка одной из первоснов.

— Хм-м… Похоже, нас ждёт ещё более длительный разговор. — озвучил я вслух то, что у нас с Нереваром сейчас крутилось в головах.

Более длительный… И более занимательный.

Глава № 44. Заслуженное возмездие?.

Прим. автора: Прода, как всегда, в полночь, да.

699 год Первой Эры.

За 3731 год до рождения Последнего Довакина.

Пару мгновений спустя.

Ресдайн. Красная Гора.

Феатор Каслана.

Десяток секунд мы ещё пялились на место, где только что была огромная армия двемеров, а сейчас находились лишь дезорганизованные остатки автоматонов, нордов и орков.

Первые без приказов своих хозяев были абсолютно тупыми, и хотя вполне себе были неплохи для засад в подземных городах двемеров, ведь те они знали гораздо лучше потенциальных вторженцев и всяких иных авантюрных личностей, то вот на земле, против целой армии…

В общем, шансов у них не было никаких. Да и норды с орками были абсолютно дезорганизованы смертью короля. Вряд-ли эту гибель видели, слишком высоко мы были на горе, и слишком сильной были наши с Нереваром вспышки атак, чтобы на их фоне заметить остатки тела Исмира — тот каким-то боком умудрился сохранить более-менее целой треть тела.

Ну, до того момента когда Вайси заморозила остатки, а я от души их покрошил под вопросительным взглядом короля кимеров.

— Он же бессмертный, по слухам. Мало ли какие есть способы возвращения к жизни? — хмыкнул я ему тогда в ответ, сжигая остатки Вульфхарта уже обычным оранжевым пламенем.

Со смертью все защитные заклинания с его тела пропали, и тут справлялся даже обычный магический огонь. Вследствие чего в итоге остались лишь остатки его драконьего снаряжения, включая огарок меча, которому не повезло попасть под столь серьёзную атаку.

Рассвет Времён всё ещё оставался моей сильнейшей атакой, так как аэдрическая силушка, даже заполучив дополнение из даэдрической, чтобы уж точно быть божественной по всем канонам,