Бастард с нейросетью: Протокол «Вторжение». Том 2 - Виктор Корд

помнит, как пуля пробила легкое. Но показатели в норме. Модуль синтезировал отличные заплатки для сосудов. Макс… я проанализировала данные с того дрона. Азиатского.

— И?

— У них есть фора. Они используют суборбитальные прыжки. Они уже на Урале. Они разворачивают базу в секторе Златоуст-7. Это прямо над предполагаемой шахтой Лифта.

— Значит, нам придется их выбивать. Штурм укрепленного района?

— Хуже. Они не просто окапываются. Они бурят. Они ищут вход. Если они вскроют шлюзы Лифта раньше нас…

— …то они получат контроль над орбитальной обороной планеты, — закончил я. — Я понял.

Я встал и прошелся по тесному отсеку. Поезд мерно покачивался.

— У нас есть преимущество, Инга. У нас есть Ключ. И у нас есть память моего отца и предков Волковых. Мы знаем коды, а они только подбирают пароли брутфорсом.

— Надеюсь, этого хватит.

В дверь постучали. Вошла Рысь. Девчонка переоделась в нормальную одежду — тактический комбинезон нашего производства, который висел на ней мешком, но был чистым. В руках она держала поднос с дымящимися кружками.

— Кофе, — буркнула она, ставя поднос на стол. — Настоящий. Из запасов того графа. Синтезатор делает помои, а это… пахнет жизнью.

— Спасибо, Рысь, — я взял кружку.

Девчонка замялась.

— Макс… а мы правда едем туда? В Аномалию?

— Правда. Боишься?

— Диггеры говорят, что на Урале живут Железные Духи. Машины, которые сошли с ума и охотятся на людей. И что время там идет кругами.

— Мы едем не охотиться на духов, — я сделал глоток. Кофе был божественным. — Мы едем, чтобы стать хозяевами этих машин.

Я вышел из медотсека и направился в голову состава.

Клин спал в кубрике, его храп сотрясал переборки. Катя дежурила в рубке.

Я встал рядом с ней, глядя на рельсы, убегающие в темноту.

— Ты чувствуешь это? — спросила она тихо, не открывая глаз.

— Что?

— Взгляд. С востока. Кто-то очень сильный смотрит на нас. Это не азиаты. Это что-то древнее. Оно проснулось, когда ты активировал Ключ в особняке.

— «Голос из Пустоты»?

— Нет. Это не Бездна. Это… Холодный Разум. Искусственный. Он оценивает нас. Взвешивает.

— Пусть взвешивает, — я погладил рукоять «Медведя». — Главное, чтобы не нашел легкими.

Поезд мчался сквозь ночь.

Мы покинули зону комфорта. Мы стали изгоями, пиратами, призраками.

Но впервые за долгое время я чувствовал себя на своем месте.

Впереди была цель. Ясная, четкая цель.

И у меня было достаточно патронов, чтобы до неё дойти.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

Глава 6. Прошивка реальности

ЧИТАТЬ ПЕРВЫЙ ТОМ БЕСПЛАТНО ЗДЕСЬ: https://author.today/work/514429

Тайга за окнами «Левиафана» была не просто лесом. Это был зеленый океан, мутировавший, агрессивный и бесконечный.

Деревья здесь, в трехстах километрах к востоку от Волги, достигали высоты двадцатиэтажного дома. Их кроны смыкались где-то в стратосфере, создавая вечный полумрак внизу. Стволы были перевиты лианами толщиной с анаконду, которые пульсировали в такт невидимому ритму земли.

Мы шли в автономном режиме. Реактор «Ритм-200М» урчал сытым зверем, выдавая гигаватты энергии. Колеса, обутые в композитные бандажи, гасили стук стыков, превращая движение поезда в плавное скольжение.

Прошло двое суток с момента прорыва. Двое суток тишины, нарушаемой только треском счетчика Гейгера (фон здесь скакал, как кардиограмма сердечника) и гулом наших собственных станков.

Я находился в Вагоне № 3 — грузовой платформе, которую мы переоборудовали в тренировочный полигон и мастерскую тяжелой техники.

— Готов? — прохрипел Клин.

Сержант стоял в центре расчищенной площадки. На нем был не боевой экзоскелет, а тренировочный спарринг-костюм с датчиками удара. В руках — тяжелая армированная палка, имитирующая двуручный меч или лом.

— Всегда, — ответил я, вставая в стойку.

На мне была обновленная версия «Тени». Инга и Модуль поработали на славу. Теперь это был не просто бронежилет с сервоприводами. Это был сплав технологий Предтеч и трофейных азиатских разработок.

Вместо тяжелых керамических плит — гибкая нано-структура, имитирующая «Чешую Дракона», которую мы сняли с мертвого кибер-ниндзя. Она была легче, прочнее и, главное, умела рассеивать тепло. Плазменный удар теперь не прожжет меня насквозь, а «размажется» по поверхности костюма.

— Начали! — рявкнул Клин и бросился в атаку.

Он был быстр для своих габаритов. Удар шеста был нацелен мне в голову. Сила удара — полтонны.

[Анализ траектории…]

[Уклонение: 0.2 сек.]

Я не стал уходить в сторону. Я шагнул навстречу.

Моя левая рука, усиленная новым приводом, перехватила шест.

Удар погас.

— Медленно, Борис, — сказал я. — Твои мышцы забиты. Ты не использовал стимулятор перед боем.

— Я тренируюсь на сухую! — рыкнул он, пытаясь вырвать оружие. — Чтобы не зависеть от химии!

Он отпустил шест и ударил ногой в колено. Грязно, эффективно. Уличная школа.

Я принял удар на бедренную пластину. Броня затвердела в момент контакта (свойство неньютоновской жидкости с добавлением маны). Клин взвыл, словно пнул бетонную стену.

Я использовал инерцию, перекрутился и оказался у него за спиной.

Захват шеи.

Микро-разряд шокера из перчатки.

Клин дернулся и обмяк, повиснув на мне.

— Стоп, — я отпустил его. — Ты мертв. Трижды.

Сержант стянул шлем, вытирая потное лицо.

— Эта твоя новая броня… это читерство, Макс. Она реагирует быстрее, чем я успеваю подумать. Как будто она живая.

— Она и есть живая. Частично.

Я посмотрел на свою руку. Черный матовый материал костюма слегка пульсировал. Мы интегрировали в него органические волокна, выращенные Модулем. Костюм подключался к моей нервной системе не через разъемы, а через кожу, считывая импульсы напрямую. Нулевая задержка.

— Инга, что по телеметрии? — спросил я в воздух.

— Синхронизация 98 %, — голос Инги звучал из динамиков под потолком. — Температура ядра в норме. Макс, зайди в лабораторию. У меня есть кое-что интересное по поводу того грави-оружия.

Я хлопнул Клина по плечу.

— Отдыхай. И поешь нормально. Синтезатор сделал партию стейков. Вкус как у подошвы, зато белка много.

Лабораторный вагон встретил меня прохладой и стерильной чистотой.

Инга сидела за микроскопом. Рядом, на стапеле, лежал разобранный дрон-треугольник азиатов — тот самый, который мы сбили ЭМИ-ударом и захватили.

— Смотри, — она указала кибер-пальцем на экран монитора. — Это сердцевина их пушки. Гравитационный излучатель.

На экране вращалась 3D-модель сложного кристалла, оплетенного золотой проволокой.

— Знаешь, что это?

— Похоже на мана-накопитель, только вывернутый наизнанку.

— Почти. Это «Линза Искажения». Они используют не магию гравитации (которая требует огромных затрат маны), а физический эффект. Они создают микроскопическую черную дыру, которая живет одну миллисекунду.

Я присвистнул.

— Карманная сингулярность? И они запихнули это в дрон?

— Да. Но самое интересное — топливо.

Она достала пинцетом