В поисках потерянной любви - Амалия Мо

– Аксель – лучший воин королевства, капитан армии, – Килиан кивнула в сторону мужчины, стоящего неподалёку от нас.

– Ого, – карие глаза мамы скользнули по фигуре воина. – Приятно слышать, что Рейнград тоже не зациклен на чистоте крови между брачующимися… – грустно улыбнувшись вдруг сказала она.

Губы Килиан дрогнули в едва заметной ухмылке, но этого хватило, чтобы я заметила.

– А ваши дочери… Есть кто-то на примете? Всё-таки принцессы прекрасны, уверена за их сердце готовы соперничать многие достойнейшие мужи.

Я сделала вид, что этот разговор меня не интересует, а Катерина вжала голову в плечи.

– Всё так, но Дарий и я придерживаемся мнения, что принцессы сами сделают выбор и никак иначе. Рождение Фьори благословила сама Амария, думаю, что богиня подскажет ей верный путь…

Подскажет, как же! Нельзя было смотреть на чужого жениха, но я снова не сдержалась. На губах нахала скользнула улыбка, будто он читал мои мысли.

– Уверена, для ваших девочек уготована самая лучшая история.

– Я в этом не сомневаюсь! – мама с любовью и гордостью посмотрела сначала на Катю, а после на меня.

Килиан поблагодарила за компанию, сослалась на дела и оставила нас. Со звоном отставив чашку, Катерина нахмурилась.

– Что она здесь забыла? – спросила сестра, обращаясь к маме.

– Какие-то государственные дела.

– Не нравится она мне, напоминает змею. Изворотливая и склизкая…

– Кати! – брови матери взлетели вверх от возмущения. – Следи за языком, Килиан – королева! И наша гостья в данный момент. Мы не обращаемся к гостям в подобном роде.

Сестра совершенно бесцеремонно закатила глаза, а я хихикнула от очередного выражения лица у мамы.

Что бы ни говорила Катерина, я опасений в лице королевы чужеземного государства не видела. Мне даже стало немного жаль женщину, что была вынуждена покинуть родные земли и выйти замуж по расчету. Вряд ли союз с королем был по любви и уж тем более ни о какой божественной связи Амарии речи не могло быть. Земли за морем не ведают о наших богах, также как мы – не знаем о том, во что они верят.

Время шло, и я уже забыла о том, что в нашем дворце гостит королева Рейнграда. Она редко появлялась на светских сборах и приёмах. Её странного стража я тоже не видела… Однажды я не выдержала и вновь произнесла его имя в своей кровати, но он не появился.

Разумнее было забыть о нём раз и навсегда, но глупое сердце отказывалось это делать.

Возвращаясь по коридору дворца с прогулки, я услышала приглушённые голоса в приоткрытой гостевой спальне, и замерла. Подслушивать не пристало принцессе, но любопытство взяло вверх, когда до ушей донёсся голос отца.

Шагнув ближе к створке и заглянув, я закрыла рот рукой, чтобы не возмутиться в голос. Королева Килиан стояла слишком близко к отцу и… держала его за руку.

– Умоляю, Дарий, не отталкивай меня снова! Я вдова… Никто не узнает, если ты не прогонишь меня! Я могу остаться здесь, буду придворной дамой…

– Прекрати, – резко прервал король и убрал руку женщины. – Я говорил однажды и повторю вновь, тебе не место при моём дворе. Моё сердце принадлежит Мирелле и даже боги одобрили наш союз.

– Она беспородная собака, Дарий! – зло выкрикнула женщина, а я подавила порыв, чтобы не броситься на неё.

Моя мать не была рождена в знатной семье, но это не помешало настоящим чувствам победить предрассудки. На языке расплывалась горечь. В Храме Амарии эта женщина делилась со мной болью, а я верила ей, сопереживала…

– Убирайся отсюда, Килиан, и никогда не смей переступать порог моего дома. Видят боги, я не стану повторять дважды…

– Ты пожалеешь!

Я отвернулась и поспешила покинуть место преступления. Завернула за угол и едва не свалилась с ног, но чьи-то руки удержали от падения.

– Спа… – слово оборвалось, когда я поняла, кто стал «спасителем».

Аксель смотрел на меня сквозь маску ледяного равнодушия. Лицо мужчины, приехавшего из далёкого края, не выходило из моей головы. И теперь он не просто наваждение воспалённой фантазии. Он – страж королевы, что посмела явиться в наш мир, чтобы пошатнуть его. Нельзя быть защитой для Килиан и надеждой для меня… Это неправильно.

Как может сердце выбирать врага? Как может тянуться к тому, кто служит чужому королевству, кто стоит рядом с женщиной, что только что оскорбила мою мать?

Его руки держали меня, и я ощущала жар, исходящий от его кожи сквозь ткань. Голубые глаза, холодные, как вода глубокого моря, смотрели прямо в мои, и в них не было ничего – ни сожаления, ни сочувствия. Только сталь.

Я попыталась отстраниться, но он не сразу отпустил. Только спустя миг ладони скользнули с плеч, оставив на коже обжигающий след. Аксель шагнул ближе, слишком близко, заставив меня качнуться назад, прижаться к стене. Я не могла оторваться от его лица. От этой резкой, непривычной красоты, которую невозможно было забыть.

– Запри дверь, – едва слышно произнёс он. – И не выходи из комнаты до утра. Ни при каких обстоятельствах.

Я не успела спросить ни зачем, ни почему. Он уже развернулся и ушёл, растворившись в тени коридора, будто и не было его вовсе. А боль в груди осталась. И расползалась глубже, по рёбрам. Я злилась на себя, на него, на этот мир, в котором чужой во всех смыслах мужчина сумел стать таким желанным.

Перелом

Избегание супруги у Арслана получалось лучше всего. В Храме Знаний для королевской четы выделили покои с большой кроватью, но даже в ней Алексис ощущала дикий холод. Король покидал кровать ещё до рассвета и приходил ложиться, когда девушка уже давно спала. А ещё он предпочитал не говорить с женой, ограничиваясь кивками и лишь изредка односложными ответами.

Как бы больно ни было, Алексис понимала, что супруг переживает тяжёлые времена. Все переживают, каждый по-своему.

Пальцы девушки скользнули по округлившемуся животу. Местный лекарь сказал, что беременность протекает благоприятно и через пару месяцев можно ждать долгожданной встречи. Да что говорить, Алексис и сама ощущала, что до родов осталось не так много. Вот только этого времени не хватит, чтобы спастись…

Одинокая слеза скатилась по щеке, но Алексис не смахнула её. Пусть останется. Хоть она одна прикоснётся к лицу в эту ночь.

Она знала, что сейчас Арслан не просто муж – он король, брат, боец, мужчина, поставленный на край