Геном хищника 9 - Евгений Александрович Гарцевич

— Шевелитесь, бездельники! — зарычал Купер, всматриваясь в проход на «двенадцать» часов. — Жопой чую, сейчас навалятся! Я это затишье перед выносом мозгов ни с чем не перепутаю! Сумрак, твою мать, ты чего завис-то?

Чего? Чего? Я оттащил несколько камней и добрался поближе к поломанному памятнику-манекену. И теперь разглядывал маску, искусно вырезанную на лице «Древнего». И саму маску, и тонкие щели по контуру, подсказывающие, что при всей монолитности конструкции, казалось, что можно эту маску снять.

Так! Прячем пока губозакаточную машинку и…

Шаловливые ручки сами потянулись к голове с остатками корпуса. Я скинул лишние осколки и развернул маску на себя. Овальная, с небольшим расширением в районе скул и узким подбородком. Глаза, сделанные из чёрного непрозрачного стекла, похожего на обсидиан, были миндалевидной формы и расположены под углом. Словно это какое-то насекомое, да и форма явно была вдохновлена кем-то из мира братьев наших меньших. Клыков, жвал или ещё каких-то кусачих атрибутов не было, но на месте предполагаемого рта шла линия-улыбка, похожая на фильтрующую решётку для забора воздуха.

Чем больше я разглядывал все силуэты и линии, выбитые или склёпанные на маске, тем больше думал о насекомых. Типа усики, над типа носом, типа рожки или даже крылышки, двумя симметричными полосами из ломаных линий, идущих от глаз до края маски, будто это залысины какие-то.

В общем и целом маска выглядела агрессивно. И даже эффект улыбки получался какой-то зловещий. Будь это элемент костюма какого-нибудь из героев «Марвел» — думаю, это был бы злодей, а не герой.

Я протянул руку и дотронулся до прохладного металла. И тут же её одёрнул, потому что по линиям на маске пробежали светящихся линии. Мигнули, разбежавшись, и затухли. Током не ударило, шипов с ядом в пальцы не воткнулось, поэтому я попробовал ещё раз. Обхватил голову манекена рукой, зажав под мышкой, и второй пятернёй стиснул лицо «Древнего». Прилип пальцами к вискам и потянул на себя. Сквозь пальцы пробилось свечение и раздалось несколько тихих, едва слышных, скорее, ощущаемых через микровибрацию, щелчков.

Но маска так и осталась на голове. Я потянул в сторону, потом в другую, подцепил за выступы на подбородке и, когда артефакт поддался, начал расшатывать и тянуть. Где-то там скрытое крепление, которое проще сломать, чем догадаться, где там правильно подцепить. В общем, я и сломал. Раздался треск, голова выскользнула на пол, а из маски, оставшейся у меня в руке, высыпалось несколько сломанных крючков.

Хм.

Я посмотрел на голову, надеясь, что хоть теперь увижу лицо представителя древней цивилизации. Но нет. Совершенно безликая форма без носа, рта и глаз. Намёки на некоторые неровности, конечно, были, но они лишь подтверждали версию про манекен. И были остатки сломанных креплений.

Хм!

Теперь я принялся за маску. Как держал в руке, так и поднёс поближе к глазам, разглядывая внутреннюю сторону. Металл «Древних», фактура с таким же типом орнамента, как у браслетов и остальных артефактов. Минимальное углубление под нос и никаких отверстий для дыхания (в том числе и там, где с другой стороны шла улыбка-фильтр), на месте глаз встроена полоса из того же чёрного стекла — одна на всю ширину маски. По краям что-то типа кантика, за который держались скрытые крепления, но отверстий под дужки или резинку нет.

— Сумрак, ты это брось, — напряжённо пропыхтел Купер. — Даже не думай… Да чтоб тебя!

Наверное, я правда не думал в тот момент. Уровень доверия к гаджетам «Древних» у меня сформировался довольно высокий, так что рука сама потянулась вверх, и через мгновение металл начал холодить скулы, лоб, подбородок и прикрытые глаза. Я приложил маску к лицу и чуть подвигал. Как влитая она не села, прошлый носитель явно мог грецкие орехи челюстью колоть, причём вдоль, а не поперёк.

Прикосновение было приятным, какого-то особенного запаха не чувствовалось. Наоборот, будто бы свежее вокруг стало — сушёные инкубаторы, пыль и потные напарники с гадкими мозгоедами отошли на второй план.

Я уже собрался открыть глаза, как маска дёрнулась у меня в руке и сжала мне виски, прилипая к голове. И следом что-то кольнуло над левой бровью. Уровень боли — низкий, будто кровь взяли для анализа. Уровень неожиданности — высокий, я вздрогнул и инстинктивно попытался сорвать с себя маску. Но не смог. Пальцы соскользнули, будто маслом намазанные, не ощутив вообще никакого сцепления.

— Да чтоб тебя, Дэдпул недоделанный, — уже даже не вздохнул, а взмолился Купер под удивлённый шёпот остальных. — Харе скалиться, я слышу мозгоедов. До контакта считаные секунды…

Я лишь рукой махнул на голос Купера, понимая, что происходит что-то странное, и я не понимаю, что именно. После укола маска будто ожила. Я так и не открыл глаза, но даже через прикрытые веки почувствовал, что там появился свет. Я почувствовал лёгкие прикосновения к лицу, будто маска, как слепая ощупывает меня пальцами.

Ощупала. Видимо, измерила и стала подстраиваться. Послышался характерный звук, как издают браслеты в момент развёртывания. Боли не было, только щекотка и поглаживания, будто я не голую сталь на себя напялил, а нечто с бархатной подкладкой. Веки залило ярким светом, что-то мигнуло, и маска зафиксировалась, идеально расположившись на моём лице. Нос не сплющило, челюсть не свернуло, а перед глазами так даже место осталось, по крайней мере, ресницы ни за что не зацепились, когда я, наконец, решил открыть глаза.

Картинка была слегка смазана, будто я смотрел через пыльные солнцезащитные очки. Что, в принципе, логично. Передо мной стоял Чейк, в руках у него была голова манекена, с которого я стащил маску. Парень явно продолжал строить баррикады, но сейчас залип, разглядывая меня, как какую-то диковинку.

Я моргнул. Маска отреагировала и включилась. Общая картинка посветлела, подстроилась резкость, а Чейк по контуру окрасился в красный цвет, который практически сразу сменился на зелёный. Хотя обычные для человека убойные зоны всё равно подсветились отдельно. И возле них, то ли как проекция, то ли как дополненная реальность появились символы «Древних». Такие, как я уже иногда видел, но понимать их не понимал.

— М-да, — прошептал я и повернулся в сторону Купера.

Но до него не докрутился, завис на уровне выхода из пещеры. Во-первых, он тоже был подсвечен по контуру, во-вторых, сбоку на стене появилось несколько линий с набором символов. Я крутанулся на триста шестьдесят градусов. Мимо мелькнула вся наша команда, четыре прохода