Дети Хтони - Дмитрий Чайка

На ветке сидит белка-костегрыз. Я привычно сыпанул ей орешков, оставшихся в карманах, но она ко мне не пошла. Малютка оскалила смертоносные клыки и не двинулась с места. Она осталась неподвижной и не сводила взгляда с моей руки, сжимающий мусорный пакет.

— Так! — взвесил я на ладони цветочный горшочек. — Проведем небольшой натурный эксперимент. Ставлю сто денег, что кому быть повешенным, тот не утонет. Н-на!

Я швырнул цветок прямо в ствол сосны, и он брызнул во все стороны глиняными осколками. Цветок упал на траву, замерцал возмущенными красками, а потом его корни потянулись к земле, уцепились за нее и с видимой натугой подняли куст в вертикальное положение. Цветок встряхнул ветвями, словно отгоняя мух, а потом медленно и печально пополз в сторонку. Там, видимо, солнышка было побольше. Он все так же в магическом диапазоне напоминал светящийся клубок нитей, только вот теперь они не уходили никуда, образуя плотный, переливающийся всеми цветами радуги шар.

— Послать бы их всех куда подальше, — вздохнул я, понимая, что спор выиграл, но денег мне за это никто не заплатит. — Хозяев, магов, жандармов и прочую сволочь. Только вот в свете надвигающихся проблем стоит ли мне ссориться с великими сущностями? Нет, не стоит. Значит, мы не будем ждать, когда изменчивый мир прогнется под нас. Мы прогнемся первыми. Просто сделаем вид, что ничего не было. А потом, как говорил мой дед, будем посмотреть.

— Стой! — услышал я негромкий голос той, кого раньше знал как Лилит.

— Хозяйка? — поклонился я. — Наша встреча очень кстати. Хотел спросить про Наташу, дочь охотника. Девочка прошла первую инициацию. Она теперь маг-природник. Это ваших рук дело?

— Пусть это дитя придет ко мне, — ответила Хозяйка. — Если ей не помочь, то совсем скоро она не сможет контролировать свою силу. Тогда и ей, и ее близким грозит большая беда.

— Значит, это все-таки вы, — поморщился я. — Я передам новость ее отцу. Вот он обрадуется.

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты большая проблема? — спросила она, пристально разглядывая выброшенный мной цветок.

— Мне постоянно это говорят, — усмехнулся я. — Я не люблю, когда со мной играют в темную, Хозяйка. Вы едва не убили невинного.

— Ты не понимаешь даже малой доли того, во что пытаешься вмешиваться, — в негромком, монотонном голосе Хозяйки я почувствовал плохо скрытую ярость. — Жизнь одного черного урука не имеет значения, множество их гибнет в бессмысленных драках. Ты меняешь предначертанное, рождая новые вероятности. Ты думаешь, это можно делать так просто? Тебе придется платить за это.

— Делай что должен, и будь что будет, — пожал я плечами. — Я всегда так жил.

— Пустая бравада, — усмехнулась вдруг она. — Цитаты давно умерших философов тебе не помогут. На тебе стоит метка Хтони. Это не только привилегия, но и великий долг. Равновесие, Вольт! У всего есть две стороны. Твоя судьба теперь неразрывно связана с этим лесом. И судьба твоей жены тоже, и судьба будущих детей. Они непременно родятся с измененным тонким телом. Они будут не только твоими детьми, но и детьми Хтони тоже. Ты никогда не думал об этом? Так подумай, пока у тебя еще есть время. Хотя… у тебя его уже нет. Порожденная сегодняшней выходкой новая вероятность уже изменила твою судьбу. Иди домой, Вольт. Тебя вскоре ждет радостная новость. Нити судьбы уже сплели новый узор, и даже мы пока не понимаем, что он породит в будущем.

Глава 7

Сюрприз, обещанный Хозяйкой, настиг нас недели через три. И он оказался полнейшей неожиданностью, в одно мгновение перевернувшей всю нашу жизнь.

— Таблетки — очень ненадежная штука, Карин, — терпеливо повторил я, глядя, как растерянная жена отправляет в мусорку третий тест на беременность подряд.

— Этого не может быть, — растерянно шептала она. — Не может быть. Я же не пропускала ни одного дня. Это хороший препарат. И срок годности не вышел. Да что же это происходит, Вольт?

Сказать ей правду? Пожалуй, не стану. Пусть живет в счастливом неведении. Очередной круговорот из дерьма в этот раз затянул в себя и мою жену тоже. Великие сущности что-то задумали и теперь выстраивают многоэтажную комбинацию, в которой играют людьми как пешками. Вместо вороха горькой правды, которую пришлось бы вывалить на растерянную Карину, я присел рядом и обнял жену за плечи.

— Нам просто придется пересмотреть наши планы, любовь моя.

— Я не готова к детям, — из глаз Карины брызнули слезы. — Не сейчас!

— Все! — оборвал я ее. — Что случилось, то случилось. Ты свыкнешься с этой мыслью. Для чего замуж выходила? Ты же хотела родить мне кучу спиногрызов. Так рожай.

— Куда я теперь денусь, — хлюпнула она носом. — Рожу. Штук шесть сразу. А потом еще два раза по шесть. И будет у нас с тобой целая куча детей. Я стану толстая и некрасивая. А потом ты от меня сбежишь, а я превращусь в разведенку с восемнадцатью прицепами. И будут меня мужики за версту обходить. Дети с гарантией любой тестостерон убивают. Тут, пожалуй, даже зелье из женьшеня не поможет.

— Да не брошу я тебя, — промямлил я, но почему-то вышло это до того жалко и неубедительно, что Карина просто заревела мне в плечо.

— Пошли гулять, — сказала она, вытерев слезы. — Я уже почти свыклась со своей нелегкой судьбой. Желаю тирамису с аджикой и шашлык в клубничном соусе.

— Дорогая, — меня даже передернуло от омерзения. — Ты всего десять минут, как беременная, а у тебя уже такие изменения вкуса.

— Да нет, это все и правда дерьмово звучит, — вздохнула она. — Не хочу я пока такую гадость есть. Пошли, муж любимый. Надо прогуляться. А спать я теперь буду исключительно на животе. Потому что скоро уже не смогу.

С прогулкой нам тоже не повезло. Ревела сирена, в ворота двора забегали припозднившиеся соседи, а на крышах уже постреливают. Инцидент начинается. Зря мы к нему готовились, что ли. Самое долгожданное событие сезона.

— Может, домой вернемся? — осторожно спросил я.

— А смысл? — поморщилась Карина. — Зверье нас не тронет, а гулять я все равно хочу. И вообще, следующие девять месяцев я буду