Черный Маг Императора 28 - Александр Герда

— Интересно было бы послушать, — кивнул он.

— Мне не обязательно забирать книгу в общагу, чтобы поработать с ней, — сказал я. — Если вас беспокоит, что она может удрать или пропасть, то можно просто убрать такую возможность.

— Каким образом? — уточнил наставник и вопросительно приподнял бровь своего единственного глаза. — Прикуем ее к тебе магической цепью?

— Нет, — усмехнулся я. — Просто посадим меня в комнату с магическим барьером. Я буду работать с книгой внутри. Разумеется, со всеми мерами предосторожности с моей стороны. Я надену магическую броню, активирую защитные ауры и все такое. Например, вы бы могли контролировать выход из комнаты, пока я с ней работаю, а я сижу внутри и читаю. Мне-то и нужно всего пару часов, не больше.

Я ненадолго замолчал, давая Громову время, чтобы он обдумал мои слова, и не услышав мгновенного возражения с его стороны, продолжил снова:

— Вы сами выберете комнату, сами поставите магический барьер… Если считаете, что двух часов много, то дайте мне побыть с ней наедине хотя бы час, — сказал я. — Думаю, этого времени мне хватит, чтобы понять — смогу я с ней дальше работать или в этом нет никакого смысла. Вы же сами понимаете, что в книге может быть информация по призыву, почему бы мне не попробовать ее вытащить из гримуара?

Мастер темных классов смотрел на меня долго. Очень долго. Пристальный взгляд, который я выдержал. Было видно, что он не просто выжидал время, чтобы ответить мне отказом, а размышлял, взвешивая все за и против положительного решения. Во всяком случае, я надеялся, что это именно так.

— Конечно взвешивает, а как же еще? — подбодрил меня Дориан. — Ему ведь тоже хочется, чтобы вы выиграли.

— Почему ты так думаешь? — спросил я, желая услышать аргументы Мора на этот счет.

— Как-никак именно он отвечает за вашу подготовку и победу на турнире, — ответил мой друг. — Представляешь, сколько бонусов он для себя заработает, окажись вы победителями? Ладно бы только перед Орловым, но еще и перед Романовым. Турнир-то международный. Все-таки честь Империи на кону.

Я не был уверен, что Роман Артемович в данный момент думает именно таким образом. Дориан всегда был склонен думать, что люди во всем руководствуются лишь собственными выгодами. Однако, все могло быть и так. Покопаться в голове у Громова я не мог, а привлекать к этому делу Красночереп необходимости нет. Скажет же наставник что-то в конце концов.

— Ты думаешь, что в этом есть какой-то смысл? — наконец спросил он.

— Думаю, — уверенно ответил я. — Во всяком случае, попробовать стоит.

— А если нет? — в его голосе появилась нотка заинтересованности. — Ты понимаешь, что работа с этим гримуаром — это не то же самое, что читать обычную книгу.

— Само собой, Роман Артемович, — кивнул я. — Так-то вообще я с разными книгами сталкивался в своей жизни. Даже с этой. Правда в туалете… Ну а если ничего не получится, то будем считать, что я потратил пару часов своей жизни впустую. Вы нас сами учили, что отрицательный результат — это тоже результат.

Громов встал из-за стола, подошел к окну и сложил руки за спиной. Точь в точь как иногда это делал Александр Николаевич Романов, когда о чем-то думал. Постоял немного и сказал:

— Хорошо, Темников, я подумаю. Гримуар — не игрушка, и я не могу принять решение за пять минут.

Что же, это уже что-то! То, что он не отказал сразу, дает надежду на положительный результат. Иначе стал бы он так долго над этим думать.

— Я дам тебе ответ в понедельник, — добавил он. — У меня будет время все обдумать. Если я решу, что ты готов и в этом есть смысл, я подумаю, как организовать все это дело. Если нет… Значит — нет. Понятно?

— Угу, — кивнул я и закинул рюкзак за плечо. — Спасибо, что выслушали меня, Роман Артемович. Я буду с нетерпением ждать вашего решения.

— Темников, — окликнул меня наставник, когда я уже взялся за ручку двери. — Ты действительно не боишься?

Я обернулся и увидел, что в его глазах кроме тревоги было еще и любопытство.

— Не боятся же только дураки, — честно ответил я и улыбнулся. — А вы сказали, что я не дурак… Но не боюсь, это точно. Скорее просто немного опасаюсь. Честно говоря, не хочется драться с гримуаром еще раз. Хотя думаю, что если потребуется, то я снова отлуплю его.

Громов усмехнулся и на этот раз улыбка была по-настоящему доброй, отчего я почувствовал себя увереннее.

— Иди, Максим, мы с тобой уже половину урока разговариваем. Думаю, на этот раз тебе от Бирюковой точно влетит. Надеюсь, этот наш разговор не скажется на твоей тренировке сегодня.

— Конечно нет, буду стараться на полную катушку, — ответил я и вышел в коридор.

Как только за моей спиной закрылась дверь, я прислонился к стене и немного перевел дух. Сердце в груди прыгало как мячик, а по спине текли капли пота от напряжения. Вот это разговорчик, черт его возьми!

Однако, я был очень доволен. Дело было даже не в том, что его итог можно считать положительным и предложенный мной вариант рассматривается. Нет, это какое-то новое чувство… Я открыто говорил с учителем по темной магии на очень сложную тему, и он не только слушал меня, но и видел в этом смысл. Разве это не успех?

— Согласен, неплохо, Макс, — уверенно сказал Дориан. — То, что он тебе сразу не дал от ворот поворот, в таких переговорах уже можно считать половиной успеха.

Я оттолкнулся от стены и потопал по коридору на урок предсказания, который сегодня был сдвоенный. Это означало, что еще почти два часа мне придется слушать Еву Денисовну, что само по себе было сложно. Хуже будет только если сегодня мне выпадет честь пронзать будущее… Снова придется фантазировать на ровном месте…

— С чем-чем, а с фантазией у тебя всегда было все хорошо, — сказал Дориан. — Придумаешь что-нибудь. Например, скажешь, что видишь мутную жижу, в волнах которой предвидишь, как демоны тьмы сходятся в смертельном поединке с демонами засухи. По-моему, очень сильно звучит.

— Еще бы, — усмехнулся я. — Тянет на досрочную сдачу экзамена, как минимум. Или даже на титул «Оракул года».

Выбрав самый длинный путь из всех возможных, я еще целых десять минут скитался по коридорам корпуса, прежде чем оказался в кабинете Бабы-Яги. Мне повезло. В тот момент, когда я открыл дверь, весь наш класс усиленно занимался медитацией, поэтому Бирюкова не стала меня отчитывать и жестом показала, чтобы я отправлялся