Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

«Почему рыба? Откуда рыба? Она что, тоже мечтает меня сожрать? — подумала я. — Не выйдет. Уж если слонобегемоту я оказалась не по зубам, то какому-то дурацкому окуню и подавно… Вали-ка ты отсюда с миром. По добру по здорову, так сказать. А то сейчас как пожелаю…»

Окунь, что называется, даже плавником не повел.

Странно. На сей раз прогнать незваную гостью отчего-то не получилось.

Зависшая в пространстве гигантская рыба вдруг быстро-быстро зашевелила губами. Раздался слабый звук, словно где-то далеко лопнула струна, и я тут же отчетливо услышала обращенные ко мне фразы. Почему-то я даже не удивилась, что какой-то безмозглой рыбе вдруг вздумалось со мной поговорить.

«Хочешь что-то сказать, — пожалуйста, а мы с удовольствием послушаем. Надеюсь, рычать на меня ты не станешь.»

Ожидания оправдались. Голос у окуня оказался чрезвычайно противным, к тому же не вполне человеческим. И уж наверняка совершенно не похожим на рев слона с бегемотом. Вот только жаль, что ни единого слова разобрать так и не удалось. Сплошное бульканье, перемежающееся подхрипами и подвздохами.

«Впрочем, не так уж это и удивительно, — подумала я. — Было бы куда более странно, если бы рыба вдруг заговорила со мной по-русски. Хотя, в сказках и не такое бывает… А я сейчас где? В сказке? Как-то не очень похоже… Слишком тоскливая сказка получается.»

Окунь, видимо, осознав бесплодность попыток достучаться до моего сознания, умолк, а затем прямо на глазах начал превращаться вообще во что-то невообразимое. Несколько абсолютно бесформенных трансформаций, а затем… Черная оскаленная пасть, пара горящих красных глаз и чуть загнутые вперед рога… Чертовщина какая-то.

«Где-то я такое уже видела. Вспомнить бы только, где… Почему-то сейчас это кажется особенно важным. Важнее всего, что случилось со мной в этой дурацкой дрожащей студнем вселенной.

Но как же все-таки осточертел этот театр одного зрителя! Идиотские декорации с не менее идиотскими персонажами! Никакой фантазии у устроителей всего этого балагана! Ни единого балла по любой оценочной шкале. Сказали бы прямо, что им всем от меня понадобилось! Так нет же… слишком просто выходит. Не хотят или не могут… У-у-у! Видеть больше не желаю эти на редкость жалкие попытки то ли напугать, то ли свести с ума… а еще глупые рыбьи шарады и унылую череду дурных бессмысленных метаморфоз…»

Слово показалось знакомым. Даже не столько знакомым, сколько значимым… именно здесь, именно сейчас… Растворившийся в небытие окунь своим превращением в черное рогатое чудовище явно хотел что-то сказать. Понять бы еще, что. Откуда-то пришла уверенность в том, что черная демоновидная тварь — не просто тварь, а некий символ… знак, который должен все объяснить. И кто я такая… и почему вдруг зависла без движения в этой дрожащей студнеобразной вселенной… И чья злая воля держит меня здесь в заточении, не позволяя вырваться на свободу…

Я без особого страха взирала на рогатое и клыкастое послание, изо всех сил пытаясь разгадать его смысл. Не вызвало никакого особенного удивления даже исчезновение из поля зрения желеобразной полупрозрачной амебы, что бы это ни означало для меня самой… Только разрыв в ткани пространства и неведомая тварь внутри.

В свою очередь ужасающая демоническая морда посреди вселенной тоже застыла в полной неподвижности, не предпринимая вообще никаких действий, явно в ожидании ответной реакции с моей стороны. Словно и в самом деле послание…

«Метаморфозы, метаморфозы… — пульсировало в сознании необычное слово. — Мета… мета-морфы… — где-то в глубине моего естества словно провернулись невидимые шестеренки и неожиданно встали на положенное им место. — Метаморфы! Вот! Кажется, я поняла… Тварь напротив меня — никакая не тварь. Как ни дико подобное предположение, но это я, Екатерина Павловна Решетникова, собственной персоной. Именно так я выгляжу на самом деле. Не бесформенная амеба, даже не человек… но и не совсем чтобы монстр. Метаморф…»

Словно бомба разорвалась в мозгу. Вспомнилось все: и белоснежный пляж, и жаркое искусственное солнце, и море… и добровольные помощники, под руки вытаскивающие меня из воды. И довольно болезненный укол в правое плечо.

«Ну, я вам… — со злостью подумала я. — Как говорится, не буди лихо… А теперь держитесь, сами напросились.»

Я абсолютно точно знала, что следует сделать, чтобы вырваться, наконец, из невидимых пут, затуманивших сознание. Окружавшая субстанция внезапно дрогнула, качнулась из стороны в сторону густым киселем и со все возрастающей скоростью принялась втягиваться в сияющий розовым огнем провал, не оставляя за собой ничего, кроме пустоты. Черная морда, сверкнув на прощание огненными глазами, стремительно канула в пропасть.

Коллапс. Так, и только так. И никак иначе.

Небольшое мысленное усилие, треск разрываемой в клочья одежды и, наконец, окончательная ясность в мыслях.

Я осторожно пошевелилась и открыла глаза.

Низкий металлический свод над головой, жесткое ложе внизу с обрывками удерживающих ремней и приглушенный свет, льющийся из полуоткрытого овального люка у меня в ногах. И негромкий голос, произносящий короткие отрывистые фразы:

— Порт Асари, здесь борт SH-12. Запрашиваю разрешение на взлет.

«Вот оно что. Порт Асари… взлет… Это что же получается? Судя по всему, я на борту космического аппарата, который вот-вот унесет меня неведомо куда. Сначала обкололи какой-то дрянью, а теперь… Ну уж нет! Второй раз у вас этот номер не пройдет! Ни на какие полеты я согласия не давала! Нужно остановить это безобразие…»

Металлический безликий голос из динамика:

— Борт SH-12, ждите.

— Принято, — ответил первый голос, после чего послышались какие-то непонятные щелчки. Те самые, только приглушенные в несколько раз удары ковбойского бича.

«Переключает что-то на пульте. Что ж, скорее всего, мы еще на стартовом столе, а значит, время у меня есть. Было бы куда хуже, если бы корабль уже вышел на орбиту. Пришлось бы что-то выдумывать, чтобы вернуться обратно, тем более что я не пилот. А так… будем считать, мне повезло.»

В разговор внезапно вклинился кто-то другой, с досадой заявив:

— Черт! Ну сколько же можно ждать! Торчим здесь без движения… А у нас груз, можно сказать, скоропортящийся! Представляешь, что будет, если она очнется?

— Не очнется. Я ей столько вколол… динозавра свалит.

— Оптимист… Вспомни инструктаж. Что нам о ней говорили? Уже забыл?

— Ничего я не забыл! Но и паниковать попусту не намерен. Полученной дозы ей хватит как минимум дня на три, если не больше. Обычный человек вообще давно сыграл бы в ящик… Но, если до тебя еще не дошло, она вообще не человек. Как сам понимаешь, лучше перестраховаться, потому что рисковать здоровьем я совершенно никакого желания не испытываю. И тебе того же желаю.

— Ты что, совсем не соображаешь?.. Был же приказ, — обязательно живую. А если она… ну, того… окочурится у нас на руках? Представляешь, что с нами сделают? В лучшем