Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

— Обещаю: как только задумаю что-нибудь опасное, позову сразу тебя, — я улыбнулась, пытаясь сгладить момент. Видно было, насколько непросто Халу далось это решение. Но и мне во дворец отправиться было непросто, так что потерпит.

— Спасибо за обещание, — с серьезной миной ответил он.

— Пожалуйста.

Хал улыбнулся, уловив иронию, и продолжил:

— Сегодня я должен ехать в Аллигом на переговоры, вернусь либо сильно ночью, либо вообще завтра. У тебя будет время, чтобы… обжиться. И завтра во дворце вечеринка в честь основания Новых Земель, поэтому…

— Прием, — не удержалась я. — Или у тебя и тут девицы в игристом вине плавают?

— …поэтому тебе есть, чем заняться. Выйдем вместе, и никаких двусмысленностей, раз они тебя так беспокоят.

Судя по всему, его величество Алласан не слишком вдавался в подробности дворцового этикета, или рядом не оказалось человека, способного Хала поправить. Или он не слушал… или здесь свои порядки, а я что-то не поняла, ведь такой выход вместе будет выглядеть как раз двусмысленнее некуда.

Ладно, подумаю об этом завтра.

— Если ты предлагаешь сутки напролет подбирать платье к оттенку твоих глаз, то я плохо различаю оттенки, надену серое. И в целом я бы предпочла посетить с тобой Аллигом, — я попыталась улыбнуться с намеком на застенчивость, но глядя на эту картину, Хал застыл с чашкой в руках.

А я поспешила подкрепить все аргументами:

— Конечно, я не напрашиваюсь на официальное сопровождение, понимаю, зачем тебе в Аллигом — очередные переговоры с северянами. У меня там свой интерес, я не стану мешаться под ногами или лезть в твои переговоры.

— Что за интерес?

— Мертвые. Знаю, они все сейчас там, на границе. И знаю, что там же большинство сивилл, они оживляют тех, кто умер на мертвой земле и способен восстать и слушаться. Янис рассказывал.

Хал промолчал, размышляя.

— Хочу проверить, есть ли связь, — тихо сказала я.

— Я понял, Ида.

— Лучше сразу это выяснить.

— И это я тоже понял… мертвые есть и у стены, просто дальше от Тенета, но если хочешь в Аллигом — поехали, ты же все равно туда доберешься. Только в этот раз прошу использовать одежды Храма и маску. Аллигом теперь пограничная территория, там много всякого сброда и совсем не безопасно. Но Храм пугает всех даже больше, чем сивиллы и мертвые.

— Всегда удивлялась, как это у Храма получается… хорошо, если тебе будет спокойнее, я надену балахон и маску. Но напоминаю: никто не должен следить за моими передвижениями. Не потому, что я задумала тайное злодеяние, Хал, а просто потому, что мы так договорились.

Он кивнул и сообщил, что выезжаем сразу после завтрака.

ГЛАВА 17. Границы дозволенного

Не думаю, что некоторые вещи так уж необходимо постичь, изучить и разгадать их загадку. Никто не знает, чем обернется новое знание, быть может, человек просто не способен понять сути Посмертья. Быть может, новое знание убьет его.

Из личных дневников альтьеры Летисии, скельты Великого Храма.

Дорога выдалась нервной и неприятной.

Мы с Халом ехали вместе, но не разговаривали, он думал о своем и явно готовился к неприятностям. Столь внезапная отмена свадьбы не могла обойтись без последствий, и Хал встретит их в Аллигоме. Не явиться туда — значит, не проявить уважение вновь, что потянет на начало очередной войны, коих и без того было немало. Даже с мертвой наукой жить в таких условиях и дальше невозможно, в какой-то момент все обернется против самого Мертвоземья, которое и без того ранено и корчится в муках.

Мы заранее условились, что свое путешествие по Аллигому я начну у Храма, там мы и остановились. Хал был все так же задумчив, и я решила было уйти тихо, не прощаясь, но он остановил меня за руку:

— Не торопись с выводами, хорошо? — тихо попросил он, посмотрев в глаза.

— Хорошо, — осторожно ответила я, не зная, что думать. Надо полагать, узнаю совсем скоро, Аллигом уже за окном, пахло солью, морем и холодом. А еще гнилостью и перележавшей сырой травой. И почему-то дымом и копотью.

Хал отпустил мою руку и кивнул.

Я вышла на улицу, экипаж помчался дальше и вскоре скрылся за поворотом. А я так и не сдвинулась с места, все смотрела на этот поворот, ожидая неизвестно чего. Его возвращения? Другого, более объемного прощания? Другого взгляда, хотя бы? Потому что после всего я чувствовала себя странно, а первый шаг по Аллигому казался началом конца. Парой слов Хал смог запугать меня так, что я почти не хотела ничего видеть, ничего знать. Отвернуться, забыть, довериться… согласиться на охрану за спиной. Жить счастливо и никогда не видеть у него такого болезненного взгляда.

Первый шаг дался мне нелегко, но я все же шагнула.

Видимо, я из тех, кто неведению и счастью предпочтет начало конца. Неведение и счастье уже присутствовали в моей жизни, и как хорошо это ощущалось! Александр, я, много людей вокруг, близкие друзья, любовь на всю жизнь, безоблачное будущее. Но когда на смену неведению пришла ясность, падение было слишком жестким, чтобы захотеть его повторить.

Так что слабость я себе позволила только мысленно.

У Храма, как и в Тенете, никого не было. Он выглядел ослепительно-белой глыбой на фоне уже не серого, а скорее черного окружения. Морской берег еще далеко, но под ногами лежал черный камень, сквозь дома проглядывались кусочки бесконечно-длинного берега, льдины блестели на солнце… но самое интересное, то, ради чего я вообще приехала, дальше.

За пределами Аллигома уже много лет раскинуты лагеря, в них сивиллы и мертвые, в них происходило всякое. Пока у меня только догадки, основанные на коротких оговорках или сухих фактах, но все же… ученый Хакон Армфантен, люди с мертвой кровью, эксперименты и война вокруг. Взгляд Хала, такой пугающий и… походящий на прощание. Один раз он меня уже отпустил — он сам так сказал, и как будто бы готовился это повторить. Он словно понимал, что ничего не выйдет, все развалится, стоит мне узнать правду. И это… пугало. Нельзя выписывать приговор раньше, чем это сделают Судьи, говорят, примета плохая.

Старик Луциан часто говорил, что неспокойные времена двигают прогресс опасно-широкими шагами. Никогда не знаешь, к чему можно прийти и что сломать по дороге. А здесь, в Аллигоме, многое было сломано.

Я обошла Храм и выбралась на одну из городских улиц. Мертвые и сивиллы — это, конечно,