"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

Тут проблемка — сразу трудно понять, что враг действительно сильный, потому к каждому подходил со всей серьёзностью. Прежде всего, я никогда не ходил один, страховал напарников. Правда, напарники могли об этом лишь догадываться, да тотемные рыси чувствовали меня в трансе…

Похоже, под землёй я часто и подолгу хожу в трансе. Наверное, это вредно, но об этом я подумаю потом. Так вот с Петей или Стёпой было легче. Они чётко понимали, что просто так я в тотемное состояние не впадаю, значит, чувствую врага.

Рыси подавали напарникам тревожный знак, и они действовали осознанно, а другие ребята просто продолжали поход. Я сначала наблюдал, убеждался, что противник «ведёт» парней. Это уже говорило за то, что враг, минимум, среднего уровня.

Вторым шагом я делал противнику «подмену». Незаметно подходил к своему магу и неожиданно включался. Я забиваю врагу чувства, средний маг продолжает ощущать присутствие одного колдуна.

Мой боец, внезапно меня обнаружив, отлично понимает свой маневр — все мои маги хорошо решают такие задачи. Я веду противника к минам. Если же он их успешно преодолевает, временный мой напарник чётко представляет, на какой развилке я атакую врага, и внезапно ко мне подключается.

Я могу свернуть в канализацию, вылезти на поверхность, обойти врага сотней других способов и внезапно напасть, оказаться очень близко. Выстрелы давят на уши, бойцы паникуют и не знают, куда стрелять. Главную работу делаем ножами, вражеский маг обычно дохнет последним. Иные чудаки в панике пытаются бежать! От меня! В подземелье!

Но враг иногда реально силён. Он прекрасно видит, что нас стало двое, и один из нас пытается его дурить. Маг противника всё ясно понимает, однако у него просто нет хороших решений. Мы лучше ориентируемся в лабиринте, он не знает, где и как мы устроим западню.

Он пытается отходить, и это мне уже сигнал, что враг попался непростой. Я могу поставить на его пути мины, стрелять из укрытия вслед отходящим или встретить их огнём.

Враг резко снижает скорость, чтобы повысить внимание, я даже могу сходить за подмогой, благо, всегда в курсе, где мои бойцы. Правда, это только враг так думает, мы и сами справляемся.

Вражеские бойцы гибнут, или маг приказывает им бежать — он всё равно остаётся один. Некоторые что-то кричат во тьму тоннелей по-французски, пару раз меня материли на понятном немецком. Часто они молча меня ждут…

А напарник добивает бегущий отряд и страхует мои действия. Просто так положено на поединках. Парень в случае чего станет вторым или поможет мне раненому дойти до своих. Но пока что он просто уходит дальше по своим делам.

Такие встречи не всегда заканчиваются для отряда хорошо. В столкновениях два мага погибли, троих лично тащил к своим, а семерых проводил, ребята могли идти сами. Я всегда чувствую их состояние. Но это же война, и только серьёзные враги позволяют держаться. В счастливом будущем мне будет их не хватать, похоже, что придётся ехать к ним домой.

А пока всё хорошее заканчивается, и возвращается рутина. Уныло светит мой одинокий фонарь во мраке подземелья. В печали минирую трупы, чтобы потом без восторга увидеть на стенах и потолке ошмётья вражеских внутренностей. Мрачной тенью иду по тоннелям, тоскливо хрипят европейцы, и грустно режет мой нож.

Убиваю я новых бедняг и уже точно знаю, что это ни на что не влияет. Дураки в Европе не закончатся. И Гардарика не придёт, сколько бы я их не убил. Наверное, давят всё-таки на психику своды.

Но и на поверхности нет никакой радости. На второй день прихожу к своим, а на объекте уже чужие. Ну, кто-то же так безалаберно заминировал подход французскими минами. Хорошо, хоть на дверь не поставили растяжку. Аккуратно перенёс я мины внутрь и пошёл дальше. А это время моего отдыха, между прочим!

Выхожу на родной объект, представляюсь незнакомому управдому…

Вот как тут не думать о грустном! С каждым днём всё меньше вижу знакомых лиц. И спрашивать не хочу, где мои танкисты, парни особого отряда или девушки из гостиницы.

По рации, в общем, рассказывает капитан. Старые изолированные гарнизоны эвакуировали, но из-за вражеского наступления образовываются новые. Враг бьёт грамотно, действует на окружение.

Если из дома есть выход в подземелье, люди уходят, а если нет выхода…

Наносить врагу внезапные контрудары некому. В особом отряде осталось от силы человек тридцать, всего защищают дома около трехсот партизан и солдат, остальные девчата и старики. Каждый на своём месте должен до конца выполнить присягу.

На четвёртый день он сказал, что у нас осталось десять танков. Экипажи подбитых машин малой частью ещё помогают отбиваться. Можно считать, что нет у меня больше батальона.

Дымов очень доволен отрядом магов. Говорит, только из-за наших действий в подземелье враг ещё не придушил сопротивление. Двое убиты, десять человек раненых. Трое лежачие, магически поддерживают защитников, ходячие вдобавок потихоньку сопровождают не-магов под землёй.

Пока я общаюсь с Алёшей, бойцы на полу сооружают мне постель. Тащат в кучу, штаны, рубашки, бельё, шапки, пальто, полушубки…

Скажете, редкая забота о маге? Ага-ага. От меня, как от сильной тотемной рыси, дохнут бельевые вши. Никто, конечно, при мне ничего не говорит, но такие слухи разлетаются быстро. Особенно когда вши реально стали заедать.

На куче тряпок в грусти съедаю банку тушёнки с галетами и запиваю кипятком. Когда проснусь, я снова пойду убивать европейцев. Без смысла, без надежды. Гардарика не придёт никогда, это просто мой долг. Облизав ложку и допив кипяток, вздыхаю грустно и засыпаю…

Глава 3

Я понимал, что результат от наших действий больше психологический. Европейцам страшно спускаться в подземелье? Так обычного человека туда и не загонишь, лезут только маги и военные.

Они подрываются на наших минах? Мы их режем или расстреливаем? А сколько всего на войне гибнет европейцев на минах, от пуль и холодного оружия! Нашему отряду никогда столько не убить, даже если они выстроятся в одном месте.

Я не давал парням указаний, они и сами делали выводы. Для встречи с врагом уже не требовалось далеко отходить. Все группы противника встречались от двадцати человек, и мои парни стали группироваться кучками. Самые слабые маги первые. Я никак не отреагировал, и ребята сочли это разрешением.

Только выходили на связь с Дымовым все, строго по очереди, хоть и с одной рации. Смешные