Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

города царей родится ребенок. Это большое чудо, как ты донимаешь. Боги, накладывая заклятие на обитателей города, которые порядком раздражали создателей своим апломбом и независимостью, присудили, что только сильфы смогут снять его. Как только первый новорожденный откроет глаза и закричит, жизнь вернется в город, решили они. Но сильфы не спешили помогать гордецам, а те не особо и просили. Тебе удалось то, что не сделали за тысячелетия любимые дети богов. Но ты сделал это, выдавая себя за другого, пусть и неосознанно. Так что тебе придется в будущем расплатиться за этот поступок, даже если он покажется кое-кому прекрасным.

— Мое будущее — ты видишь его? Я хочу узнать о Сури и о будущем империи.

— Я предупредил тебя, что не всем моим пророчествам суждено сбыться? Сейчас я вижу тебя на троне. Ты станешь самым могущественным и уважаемым императором Младщих со времен двенадцати основателей. Многие племена Младших найдут пристанище в империи во времена твоего правления. Люди будут произносить твое имя с уважением. Ты оставишь после себя достойных наследников. Но конец альвов, как и людей, близок. Ничто не поможет вам избежать смерти. Ты напишешь последнюю блистательную страницу имперской истории, и после тебя и твоих потомков она будет медленно и пышно умирать. Если боги, конечно, не вернутся.

После этих слов Шшш недобро хмыкнул, давая понять, что уж надежнее надеяться, что небо упадет на землю. Обрадованный и опечаленный пророчествами армага, Хельви вспомнил, что старик предупреждал его о невозможности совершенно точно предсказать ему судьбу. Такова была плата за ношение проклятого ожерелья. И все Же, надеюсь, истина будет не слишком далека от той истории, что рассказал армаг, усмехнулся наместник. Впрочем, размышления об империи вернули человека назад на землю.

— Если я и впрямь сижу в твоих видениях на троне, значит, мне все-таки светит разыскать дракона? Ты не Мог бы помочь мне и моим товарищам выйти из этого мира, а заодно и подсказать, где мне лучше поискать крылатого зверя? Если ты можешь, конечно.

— Люди не меняются,— с удовлетворением констатировал армаг.— Как только они понимают, что ты способен на маломальское чудо, вроде чтения мыслей, они сразу начинают просить. Мало тебе моего совета, ты еще хочешь целого дракона в придачу! Конечно, я могу предположить, где находятся гнезда, вернее, где они находились тысячи лет назад. Но ведь тебе понадобится убить этого зверя, а этого я допустить не могу. Хотя бы ради памяти моих братьев, которые погибли, защищая этих тварей. А вот направление к дому я укажу тебе с удовольствием. Если ты повернешься спиной к морю и будешь идти пять дней, то выйдешь к Черным горам. Воду и рыбу в дорогу мы дадим. Ты правильно догадался: эта лачуга, и море, и развалины города царей — все это существует в том самом мире, в котором живешь ты, потому что никакого другого просто не было и нет.

— Ну что ж, по-своему ты прав,— тряхнул головой Хельви.— Только если драконы окажутся тупыми и вечно голодными монстрами вроде тех, что атаковали моих друзей в разрушенном городе, то я не вижу большого смысла в том, чтобы защищать их ценой собственной жизни.

— Просто ты еще не столь дорого ценишь некоторые вещи. Но ты научишься. Я хочу сделать тебе подарок на память о нашей встрече. Помолчи,— прикрикнул старик на пытавшегося что-то сказать наместника.— Ты даже понятия не имеешь, сколь ценный дар я тебе преподношу. Говорят, они вымерли много раньше висов, но поскольку армаг их племени еще жив, нескольких особей удалось сохранить.

С этими словами Шшш протянул руку, и огромная золотая птица, взявшаяся неизвестно откуда, уселась на его белый рукав. Роскошный хвост-опахало улегся на пол. Птица повернулась к Хельви, склонила головку, украшенную изящным хохолком, набок и крякнула. Наместник вздрогнул от неожиданности. Он прекрасно понял, кого дарил ему великодушный армаг, и был тронут до дубины сердца.

— Мне нечем отдариться, хранитель,— только и сумел он вымолвить.— В кладовых Верхата нет столько золота, чтобы я смог заплатить.

— Дурак, кто посмеет под этой луной торговать птицей фа,— мечтательно произнес армаг, гладя ее шелковистые перышки.

Глава 19

Отряд тронулся в путь на следующий день. Впрочем, сколько времени точно прошло с момента их прибытия, не знал никто — армаг не солгал, и в той половине лачуги, где остановились воины, постоянно садилось солнце. Увидев живую птицу Фа, Вепрь просто открыл рот и пребывал в таком состоянии минуты три. Альвам же, никогда не видевшим герба королевства Синих озер, было непонятно, почему пичуга, даже такая большая и в золотом оперении, вызывает большой ажиотаж у людей. Нырок пробормотал что-то вроде: петухи у нашего старосты покраше будут— и выразил надежду, что в случае крайней нужды из птички можно будет приготовить жаркое. В ответ на это живой подарок древнего армага заорал противным кошачьим голосом, и разговор о кулинарных предпочтениях был закончен.

Впрочем, угроза голода уже не пугала путников — белоглазые щедро поделились с ними запасами вяленой рыбы, и Хельви только подумал с удивлением, неужели Даже утратившие силу хранители могут постоянно питаться подобной ерундой. Оружия, правда, к негодованию Тара, Тирма и Вепря, в лачуге не нашлось. Белоглазый Долго предлагал алхину взять его странную сеть, но человек решительно отказался. Тар, который наблюдал за Мимической игрой хозяина, подошел и забрал несостоявшийся подарок себе. Белоглазый оживленно закивал и даже что-то промычал, но понять его, разумеется, было невозможно. Каждый хранитель, как объяснил Хельви Шшш, знает только язык своего племени и умеет общаться с собратьями, причем для этого ему не нужно произносить ни слова.

— Может, голову повяжу. На таком солнцепеке поможет,— объяснил Тар назначение сети удивленному алхину-

— Она такая красивая,— прошептал Кифр и провел рукой по шелковым перьям птицы Фа,— Неужели она не стоит какого-то там дракона?

— Что ты имеешь в виду? — Нырок повернулся к приятелю и тоже посмотрел на птицу, которая клевала с ладони альва какие-то семена.

— Мы должны принести в Гору девяти драконов шкуру чудовища. Но ведь эта волшебная птаха — существо не менее редкое и легендарное, чем дракон. Кроме того, она великолепна на вид, ее будет гораздо проще доставить в столицу. Неужели нам с таким сокровищем придется еще невесть сколько мотаться по Черным горам в поисках драконов? А если мы ее простудим? Или не найдем семян для корма?

— Парень, да ты