"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 - Николай Владленович Басов

Дух опустил руки, сжимая украшенную замысловатыми узорами рукоять. Стал приближаться, обходя Яру, словно хищник, по кругу. Сердце тревожно сжалось. Может она не так поняла смысл фразы про жертву?

– Ведьмой становятся раз и навсегда. Беря этот дар, назад ты его уже не воротишь. И придется жить по законам Анохриса, исполнять его главное правило до конца своих дней.

– Какое? – по спине тонкой струйкой тянулся холод, Яра поворачивалась вслед за движением призрака, чтобы не оказаться к нему спиной.

– Сердце, душа и магия ведьмы принадлежат лишь ему одному. Это и есть последнее испытание.

Ярина похолодела. О смысле сказанных слов догадаться несложно. И все же, решила уточнить:

– То есть? Что это значит?

– Ведьма никогда не полюбит. Посвятит всю себя магии Анохриса, не используя другие источники. А на пороге смерти добровольно отправит свою душу в его царство.

Сложно сказать, сможет ли она ручаться за себя до конца своих дней. Ведь к тому моменту воды утечет немало… Но сейчас, на данный момент, даже не знала, чем может пожертвовать. Яра чувствовала себя пустой, словно разбитый вдребезги сосуд. Все, с кем могла разделить хоть какие-то светлые эмоции, либо мертвы, либо ее ненавидят. Ведь говоря о любви, Дух имел в виду истинное чувство, а не те глупые иллюзии, которые она питала к Артану. И говоря об опыте, который он предоставил, вряд ли ей захочется испытать все это снова. Стать ведьмой, оградиться от любых слабостей, перестать быть уязвимой и зависимой – вот то, о чем сейчас мечтала.

– Тогда я готова. Мне нечем жертвовать, у меня ничего нет. А на все условия я согласна.

Дух молчаливо продолжал нарезать круги, но теперь Яра не двигалась. Опустив голову, ждала ответа. Позади стало неимоверно холодно, будто к спине приложили глыбу льда. Волосы у виска щекотнуло морозное дыхание.

– Неправда, жертвовать, как раз – таки, есть чем.

Яра поежилась, обхватывая себя за плечи.

– О чем ты? Родители мертвы, чувства к мужчине оказались ложными.

– Твое сердце любит. Меня не обманешь, – призрак остановился напротив и протянул ей кинжал. – Человек из твоих мыслей. Либо жертвуй им, либо уходи и не возвращайся.

Яра, как завороженная, смотрела на оружие.

– Мне… Нужно его убить? Артана?

– Решай, что для тебя важнее.

Голова опустела, мысли разбежались, будто напуганные мыши. Лишь в груди невыносимо пекло. Глаза заволокло дымкой. Ярина мотнула головой, не веря, что она вновь льет по нему слезы. Это разозлило. Порывисто стерев мокрые дорожки со щёк, взяла кинжал.

Руку тут же обожгло чем-то, и девушка, вскрикнув, выронила нож.

– Это метка, – прокомментировал проявляющийся на внутренней стороне ладони отпечаток собачьей лапы. – У тебя шесть дней. Как только выполнишь условие, магия Анохриса тебя примет. Но если жертвы не будет, печать исчезнет, как и шанс вступить в круг ведьм. Навсегда, без возможности попытаться вновь.

– Я… У меня кружится голова…

Яра пошатнулась, оседая в снег. Перед глазами стремительно темнело, но последние слова Духа она все же услышала:

– Ты слишком ослабла, нужно восстановить силы. Поспи. Здесь для тебя безопасно.

* * *

Проводить урок оказалось очень легко. Больше боялась. Стефаний, как и планировалось, шастал с парты на парту, зыркая на студентов голодным взглядом, а те, в свою очередь, старались не делать резких движений, послушно конспектируя всё, что она говорит. Нашлись конечно в самом начале несколько умников, решивших запустить в тарантула заклинанием. Сайена не удивилась, узнав в них тех ребят, которые устроили потасовку в первый день ее появления в замке. Но они быстро умерили пыл, поняв, что от этого паучок лишь увеличивается в размерах и перемещается к ним поближе, довольно шевеля жвалами.

Тема у третьекурсников была несложной – нейтрализация простейших ядов. Для усвоения им и преподавателя не надо – все нужное весьма ёмко и понятно описано в учебниках. Но Сайена постаралась как можно подробнее разжевать материал, сопроводив лекцию схемами и формулами, появляющимися на доске вслед за ее словами.

Сейчас студенты корпели над практической частью, а занятие подходило к концу. Сайена лишь краем глаза поглядывала на кипящие котелки, чтобы в случае чего быстро затушить огонь или заморозить вышедшее из-под контроля зелье. Мысли же находились далеко отсюда. Она размышляла над тем, что рассказал Лим, и над неожиданными чувствами, вспыхнувшими в сердце. Память возвращалась обрывками, лоскутами коротких видений, эмоций, связанных с тем или иным событием, человеком. За два прошедших часа она вспомнила несколько эпизодов из детства – мимолетные отрывки, в которых мелькает отец. Он показан со спины, немым кадром, сдобренным эмоциями. Светлыми, радостными, пронизанными счастьем. Видно, основная часть ее странной амнезии связана именно с ним.

Еще одна картинка показывала Лима. Вернее, седовласого юношу, очень на него похожего. Это было уже в ее школьные годы, так как на фоне виднелись башни академии. Сайена помнила ту встречу, но только сейчас поняла, кто это был. В тот момент она его не узнала. Он проходил по аллее, опоясывающей замок, и пристально на нее смотрел. Поймал ее взгляд, улыбнулся. Но Сайена поторопилась скрыться за воротами, так как для нее он был незнакомым прохожим, проявляющим к ней подозрительный интерес.

Сколько еще таких встреч у них было? Сколько еще предстоит вспомнить? И кто виновен в этом? Пока связующим звеном прошлого и настоящего была Элен. Она знала папу, и могла так же знать, куда он делся. Но почему эта женщина не рассказала все при первой же встрече? И если она правая рука Артана, может, и он в курсе тех событий? Лим говорил об Элен и своем отце, но даже словом не обмолвился о ком-нибудь со стороны нынешнего ректора. Насколько она поняла, в те далекие годы этот пост занимал папа Лимерия. Каким образом столь высокие полномочия достались молодому Эварту? Ведь обычно они передавались по наследству, завещанию или возлагались приказом короля.

Голова уже гудела от размышлений. А еще нужно как-то решать проблему с приворотом. Вот, угораздило же вляпаться! Нужно спросить совета у Топатыча.

Тишину разбил удар колокола. Сайена вздрогнула от неожиданности, сосредотачивая внимание на классе. Большинство студентов все еще пыхтели над котлами, но некоторые уже справились, и теперь тихонько переговаривались друг с другом. Кажется, именно в этой группе должна находиться виновница приворота. Почему-то эта мысль посетила Сайену только сейчас. Проходя по рядам и оценивая результаты, пыталась найти среди остальных Ярину. Но ее не было.