Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

я. — Я в курсе экономической ситуации. Господин Мюллер дополнил картину подробностями. Так что за протесты, касающиеся высоких налогов, вас упрекать не за что. Вероятно, некоторые винят господина Прегиля и магов Гильдии, но они к этому имеют никакого отношения. Господин Мюллер напомнил мне также про дядю короля Фридриха, принца Вильгельма, который нещадно тратил средства из государственной казны.

— И вы всё исправите?

— Надеюсь, что достаточно быстро. Кстати, только что назначил господина Мюллера ответственным за сбор жалоб с горожан. Так что, обращайтесь к нему, а он будет передавать мне раз в неделю, — я поглядел на официанта и сказал с легкой насмешкой. — Не утоните только в них.

— Спасибо за доверие, Ваша Светлость, — тихо произнес он.

Я кивнул.

— Что ж, всем доброго дня, — я посмотрев на всё ещё ошарашенных от происходящего людей, едва заметно улыбнулся и направился обратно замок.

Пора было заняться более серьезными проблемами.

Глава 22

У шлагбаума вместе с хайдельбергскими магами меня дожидались Маделиф с Финбарром.

— Пойдемте наверх в зал с грифонами, Ваша Светлость, нужно обсудить дальнейшие дела, — сказала волшебница.

Мы прошли во внутренний двор замка, который как раз покидали скорые, увозя последние трупы разбившихся людей-грифонов. Одни слуги присыпали алый снег песком, другие собрались выгонять со двора многочисленные машины, принадлежащие незваным Мекленбургским и Померанским гостям. «Бронко» стоял уже отмытый, поблескивая на пробившимся через тучи солнце словно вороное крыло.

Мы вошли в замок, поднялись наверх и вошли в знакомый замок. У стен дремало два десятка грифонов. При нашем появлении они все вскочили. Графиня, что шла за нами, подбежала к ним, обходя каждого и что-то проклекотав.

— Вы действительно не считаете ее опасной? — спросила Маделиф, наблюдая за грифонами.

— Барри понимает, что они говорят, — я поглядел на кузена.

— Они друг друга поприветствовали, графиня их успокаивает, обещая что все будет хорошо, — отозвался Финбарр.

— Однако, вряд ли мы можем позволить себе их освободить, — Маделиф вдруг нахмурилась, что-то заметив, и указала на противоположный конец зала. — Ваша Светлость, смотрите.

Там мы увидели Адельмана и Карлфрида в разорванной одежде, окровавленных, вокруг которых суетились маги, обрабатывая раны. Рядом, наблюдая, стояли Прегиль, Орель и Дагоберт. Еще двое магов связали магическими путами какого-то мужчину без одежды с накинутым на него пледом. Мы направились туда.

— Вы всё уладили, Ваша Светлость? Никто не погиб? — спросил Прегиль, внимательно меня изучая.

— У его Светлости, как вы знаете, есть «волшебные» очки — действуют безотказно в любой ситуации, — ответила вместо меня Маделиф. — Я невольно подсмотрела, простите, Ваша Светлость.

Я едва заметно улыбнулся и обратился к Адельману с Карлфридом:

— Вы как? И где это вас так?

— Жить будем, — Карлфрид, бодрясь, улыбнулся, хотя был сильно бледен.

— В местной библиотеке, — отозвался Адельман, которому как раз закончили обрабатывать раны и наложили повязку. — Я решил помочь господину Моору в поиске информации о грифонах, когда пробив окна в читальный зал влетело пять этих монстров. К сожалению, вынуждены были их убить, так как они вели себя куда более агрессивно, чем вчера. Впрочем, одного удалось поймать, когда он вновь обрел человеческий вид.

Ульрих кивнул на пленника.

— Отлично. Надеюсь, ему будет что рассказать.

— Я ничего не скажу, особенно тебе, дракон, — сказал пленник, а потом поглядел в другой конец зала, где сидели грифоны и нахмурился в недоумении. — Это Померанская графиня? Почему она на вас не нападает?

— Потому что она теперь на нашей стороне, — я смотрел на пленника.

— Это невозможно! Вы же убили ее кузину! И она вам за это отомстит! Разорвет вас в клочья за нашу госпожу!

— Только я никого не убивал, — заметил я. — Это сделала сама Померанская графиня, чтобы уберечь обе земли.

— Это невозможно…

Я подошел к пленнику вплотную и, поймав его взгляд, процедил сквозь зубы:

— Именно из-за своей кузины и вас, своры сорвавшихся с цепи псов, графиня оказалась в ситуации, когда пришлось пойти на невыгодные условия и отдать свои земли в подчинение Пруссии. Терпение ее оказалось не безгранично. А теперь рассказывай всё, что произошло, начиная со вчерашнего дня.

Пленник пошатнулся, часто заморгав, и заговорил:

— Вчера, когда мы все обернулись — это было сделано без позволения мастера. Графиня Померанская слишком поторопилась и в итоге нарушила его планы. Моя госпожа пыталась ей об этом сказать, но та, увлекшись и пытаясь добраться до вас, не слышала. Тогда Мекленбургская графиня приказала всем нам улетать и ждать распоряжений мастера. На половине пути к Райнерсбергу мы сделали остановку в Бреслау, поскольку не можем пролетать такое огромное расстояние за раз. Наши братья драконоборцы о нас позаботились — покормили и устроили на отдых…

— В Бреслау? Драконоборцы? — спросил Адельман, нахмурившись.

— Они есть везде, во всех крупных городах, — ответил пленник.

— Дальше, — приказал я.

— Они отправили весть о произошедшем в Кёнигсберге мастеру. И он ответил, что моя госпожа должна вернуться в королевский замок, взяв с собой треть грифонов, и освободить Померанскую графиню, если ее взяли в плен. Остальным грифонам он приказал лететь на Райнерсберг.

Главы Гильдий мрачно переглянулись.

— Выходит, где-то еще с неба посыпались люди, — произнес Прегиль. — Вряд ли они успели добраться до Райнерсберга.

— С нами улетели так же пару десятков прислужников Померанской графини, которые вчера ждали снаружи. Они утром как раз превратились в людей, когда мы были на отдыхе.

— Сколько же, интересно, добралось до мастера? — задумчиво произнес глава австрийской Гильдии Фридемар Дагоберт. — Сколько вас всего?

— Пять сотен. Двести в Мекленбурге и триста в Померании. Уверен, что остальные грифоны после произошедшего получили приказание лететь на Райнерсберг.

— Выходит, мастер собрал целую армию грифонов, — мрачно обронил Адельман.

— Но, если я правильно понимаю, все грифоны из Мекленбурга приняли человеческий облик, когда была убита их графиня? — подал голос Карлфрид. — Значит, и грифоны Померании превратятся в людей с гибелью своей госпожи?

Мы все невольно повернулись к графине, которая лежала рядом с пленными грифонами. Словно догадавшись, что говорят о ней, она приподнялась, вопросительно на меня глядя. Но я ее не позвал и она улеглась обратно.

— Это недопустимо, убивать невиновную, — заметила Маделиф.

— Я бы