"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

— Да, Вика. Мои родители очень переживают из-за всех этих событий, — Алина неопределенно помахала рукой, указывая в сторону окна, — и очень просят меня вернуться, хотя бы на время. Да и смерть Сережи… я, если честно, с трудом могу находиться в этом городе, потому что постоянно о нем вспоминаю.

Стрельцова удивилась, но не подала виду. С самого момента ее таинственного освобождения, они с Алиной никогда не говорили о Сергее, ничего не обсуждали и вообще старательно обходили эту тему. Сама Вика не поднимала этот разговор, потому что боялась узнать, что блондинка была для Сережи кем-то более близким, чем просто знакомая. Об этом ей прямо намекала реакция Алины на известие о его гибели. Но подозревать и знать наверняка — вещи совершенно разные. Пусть уж лучше она будет оставаться в блаженном неведении. А почему этой беседы избегала блондинка — для нее оставалось загадкой, которую Виктория разгадывать не собиралась. А тут она сама об этом вдруг упомянула…

— Может быть потом, когда все устаканится, я обязательно вернусь. — Продолжала тараторить Алина. — Ты только не скучай тут без меня, договорились?

Внезапно блондинка прильнула к Виктории и порывисто обняла ее. Стрельцова даже от удивления не сразу ответила на объятия, все еще не веря, что это происходит взаправду.

Да как так? Почему сразу прощаться? Зачем ей уезжать? Только сейчас она осознала, насколько привязалась за эти несколько месяцев к шумной и взбалмошной девчонке, за которой ее попросил присматривать Сергей…

А с этим расставанием будто бы рвалась еще одна ниточка, связывающая ее с прошлым, одна из тех немногих, что он оставил после себя.

Когда девушки отстранились друг от друга, у обеих в глазах оказалось немного больше влаги, чем должно было, и Дамиру снова пришлось старательно изображать, что он смотрит в совершенно другую сторону и абсолютно ничего не замечает.

Скомкано и торопливо попрощавшись, словно ее поезд уже отходил от перрона, блондинка ненадолго замерла в дверях:

— Я буду тебе звонить, Вик! Ты главное не теряйся, оставайся на связи!

И с этими словами Алина ушла из жизни Виктории, аккуратно прикрыв за собой дверь палаты. Может быть она покинула ее только на время, а может быть и навсегда, как знать?

— Это было неожиданно… — произнесла Вика, не обращаясь конкретно к полицейскому, а просто потому, что молчать было совсем уж неловко.

— Да, пожалуй.

— Знаете, я сильно удивилась, когда вы вошли следом за Алиной. Не думала, что мы когда-нибудь с вами вообще встретимся.

Все-таки Виктория мастерски умела владеть собой, и никаких проявлений того, что пару секунд назад у нее глаза были на мокром месте, уже не осталось.

— Кхм… спасибо за прямоту. — Казалось, Дамир опять смутился, но уходить все равно не спешил. — Я просто хотел убедиться, что вы в порядке.

— Ты, — ненавязчиво поправила его Виктория. — Давай уж на «ты».

— Да, конечно, давай.

В разговоре снова возникла неуклюжая пауза, которую оба желали заполнить, но не находили для этого слов.

— Так вы с Сергеем были друзьями? — Спросила наконец Стрельцова, затрагивая ту единственную тему, которая была общей для них.

— Если честно, то я и не знаю даже…

— Как это? — Удивилась Виктория. — Разве в первую встречу вы… ты не говорил, что…

— Нет, говорил, и даже некоторое время считал так… но, понимаешь… нет, блин. Тут сложно объяснить в двух словах…

Дамир явно нервничал, когда Вика начала разговор про Сергея. Что-то его сильно угнетало, и девушка не могла этого не заметить.

— Присаживайся, — махнула она своей беспалой рукой, указывая на небольшое креслице, и полицейскому ничего не осталось, кроме как подчиниться.

Сама Стрельцова уселась на кровать, так что между ними оказалось расстояние почти в половину палаты. Не самая удобная дистанция для беседы, но для таких малознакомых людей, каковыми они были друг для друга, вполне годилась.

— Расскажи мне о Сергее, — попросила она, — каким ты его знал?

Визитер почему-то стиснул челюсти и поиграл желваками, и девушке показалось, что он знает о Сереже что-то такое, о чем никогда ей не скажет… но потом Дамир будто бы сделал над собой усилие, и его лицо разгладилось.

— Странный он был человек. Независимый, упрямый, решительный, но вместе с тем честный и даже в какой-то степени добрый. В первую нашу встречу он мне показался циником, но чем больше мы с ним работали, тем больше я понимал, что это лишь образ. А на самом деле он хороший человек, умеющий переживать и сочувствовать. Только почему-то считает неправильным демонстрировать эти свои качества.

— Да, я узнаю его… — грустно кивнула Вика, — похоже, мы с тобой знали одного и того же Сергея…

— Знаешь, Виктория, это я во всем виноват.

— Что? — Стрельцова не поняла, о чем он говорит. — О чем ты говоришь?

— Это я втянул Серегу в… в одно дело, из-за которого случилось… то что случилось.

Девушка заметила, что полицейский старательно избегает обсуждения смерти Сергея, и будто даже пытается не произносить этого вслух. Что это? Чувство вины или какая-то тайна, которую он не желает выдавать?

— Мне он ничего об этом не рассказывал… я видела, что у него что-то не в порядке, даже попыталась настоять, но он просто наотрез отказывался говорить со мной об этом…

Майор тяжко вздохнул, выглядя так, словно он уже начал жалеть, что пришел сюда, но муки совести, написанные на его лице, не позволяли ему уйти просто так. Он видел, как страдала эта девушка, и пусть он не мог рассказать ей всей правды, но хотя бы поведать о своей невольной роли во всем произошедшем был обязан. А там, будь что будет…

Глава 14

За минувшую ночь я подорвал семьдесят единиц техники, расчищая дорогу для своих армий, сумев в большинстве случаев уничтожить и сам транспорт, и экипажи. С помощью некоторых весьма специфичных знаний бойцов спецназа и боевиков, мне удалось собрать больше сотни самодельных бомб, основой которых стали тротил и гексоген. А вернувшиеся с охоты марионетки, притащили мне из недр канализации сотни трупиков аккуратно придушенных крыс.

Эти-то мертвые грызуны и понесли заряды к военному транспорту, оставаясь незамеченными для солдат противника, а потом, спрятавшись за колесами или под днищем брони, подрывали капсюль-детонаторы. Их передние четырехпалые лапки легко справлялись с этой задачей. Правда кто бы знал, сколько же мне стоило усилий, чтобы тупые хвостатые зомби поняли, что от них требуется…

Все попытки установить мысленную связь между нашими разными видами безнадежно проваливались. Не знаю,