Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

К счастью, это оказалась не канализация, а технический тоннель. Невысокий и узкий, так что идти пришлось колонной. Сырой затхлый воздух тут же забрался под одежду холодными ручейками.

— Нас здесь очень легко заметить, — поделился я опасениями.

— Вит не знает про этот ход, — сказал Славик, шедший впереди.

Четверть часа мы ползли под землей, иногда слышали чужие голоса и замирали. Когда они стихали, продолжали путь. Славик шел вперед и поворачивал с такой уверенностью, как будто только вчера бродил здесь в последний раз.

— Настоящее преступное логово, — хмыкнул шедший передо мной Роман.

Он вообще после рассказов о прошлом Славика выглядел очень задумчивым.

— Мы не были преступниками, — отозвался брат Лизы. — Мы помогали людям.

— Нет, Славик, — сказал я. — Ты, Вит и компания — просто самонадеянные идиоты, которых только чудом не схватили за задницу. А заботой о бедняках вы прикрывали свою жажду острых ощущений и неумение устроиться в нормальной жизни.

— Вот-вот… — согласился со мной Роман.

— Просто если хочешь бороться с системой, — продолжил я, — то делать это надо по-крупному, посвятив всю жизнь, а не пару лет бесшабашной молодости.

— Макс, ты чего, совсем, что ли? — Роман так опешил, что даже остановился.

Но я толкнул его вперед.

— Все, закрыли тему, — отрезал, почувствовав, что задел Славика за живое. — Идем уже.

Еще через несколько минут мы наконец выбрались на поверхность. Забрались на крышу одноэтажного здания рядом с большим цехом, что стоял возле реки. Его окружали здания помельче, в том числе наше, а вокруг бродили люди. Вооруженные. Правда, в основном арматурой, цепями. Ничего летального. Впрочем, у нас и таких вещей не было.

Перед нами встала первая проблема: как пройти мимо охранников?

— Что делать будем? — шепотом спросил Роман, лежа за парапетом крыши слева от меня. — Их слишком много: в лоб идти не имеет смысла.

— Внутрь по тоннелям тоже не попадем, — сказал Славик справа. — Все выходы Вит наверняка держит под контролем.

М-да, задачка. Я еще раз окинул взглядом пространство перед цехом и снова лег на мокрую поверхность, рукой щупая пояс с зельями и думая, какие могу использовать.

— Нужен отвлекающий маневр. Славик, знаешь, где могут держать Лизу?

— Предполагаю.

— Хорошо, тогда я… — начал было говорить, но меня вдруг прервал пронзительный свист.

Пришлось выглянуть, чтобы узнать, в чем дело. В больших воротах цеха была маленькая дверь — из нее кто-то выглянул и криком и руками поманил остальных.

— Она сбежала! — кричал парень. — Нужно закрыть все выходы из цеха, скорее!

— А вот и отвлекающий маневр… — сказал я вслух.

Две трети людей, патрулировавших территорию, сорвались с места и побежали внутрь. Их было не так уж много, около десяти, но для нас троих достаточно. Снаружи оставалось всего пять человек. Остальные вот-вот уйдут, а с оставшимися мы разберемся.

— Лиза!!! — раздался оглушительный крик над головой. Славик стоял на крыше во весь рост. — Лиза, я иду! Только держись!

Он с места перемахнул парапет и сиганул вниз. Благо тут всего один этаж был, а внизу — куча мокрого картона. Перекатившись по ней, Славик вскочил на ноги и бросился к цеху.

— Да чтоб тебя! — выругался я.

Этот придурок все только что испортил!

Славик растолкал вставших на его пути людей и исчез внутри цеха.

— А его мы можем использовать как отвлекающий маневр? — спросил Роман.

— Боюсь, уже нет… — сказал я со вздохом, вставая. — Нас уже заметили, так что вперед, пока они не очухались!

С этими словами я прыгнул с крыши.

Глава 17

Ноги мягко спружинили о кучу гнилого картона, в ноздри ударил запах сырой бумаги и плесени. Видимо, давно он тут лежал и намокал.

Следом спрыгнул и грузно приземлился Роман. Спрыгнул не самым удачным образом. Верхний лист картона скользнул в сторону, Роман поскользнулся и упал.

— Ох, батюшки-светы, — странно ругнулся он, вставая и потирая ушибленный бок.

— Какой Светы? — переспросил я.

— Чего? — сморщился друг в удивлении.

Я бы ему ответил «чего?», но нашу интеллектуальную беседу прервали самым бессовестным образом. Полдюжины крепко сбитых парней в простых уличных одеждах — куртках, джинсах, спортивных костюмах — окружили нас.

— Сдавайтесь по-хорошему! — сказал один из них, повыше и покрепче остальных.

Парней изначально было больше, но часть отправилась следом за Славиком. И по всей видимости, сбежавшей Лизой. У двери в цех остался всего один бандит в качестве охранника.

— Может, теперь стоит вызвать подмогу? — шепотом спросил Роман.

— Вряд ли это джентльмены будут так великодушны, что позволят тебе сделать это, — так же шепотом ответил я, параллельно примеряясь, кого бить первым. — Да и кто знает, как все обернется? Вдруг Славик с Лизой окажутся в заложниках у этого Витамина? Шансы выбраться живыми у них резко упадут. И я очень плохо представляю, как все объяснять потом твоим коллегам…

— Вот о законности наших действий я бы поговорил отдельно! — повысил голос Роман.

— Эй! — рявкнул громила. — Мы для вас что, шутка какая-то? Ха-ха, очень смешно, — издевательски произнес он и рявкнул: — А ну, быстро легли на землю! Или я вас прямо тут порешаю!

С криком он выхватил что-то из кармана, завращал кистью, перекидывая это что-то — явно металлическое. Да так мастерски, что я даже залюбовался быстрым и агрессивным танцем тонких блестящих брусков. Неуловимым движением парень остановил вращение, и в его руке очутился небольшой нож. Память Исаева подсказала, что это нож-бабочка.

— Ого! — искренне восхитился я. — А правой рукой ты очень хорошо владеешь!

Бандит справа захихикал и затрясся. Громила, рыжеволосый и рыжебородый кстати, на него рявкнул:

— А ну, заткнись! И ты заткнись! — А это уже мне. — Ты что, не видишь? У меня нож!

— А-а-а… — протянул я, краем глаза замечая, как на лице Романа растут шок и удивление. Так и слышал от него немой вопрос, мол, Исаев, какого ты опять творишь? — Так это разве нож? — спросил, доставая из нагрудного кармана Морвину. — Вот это — нож.

— О-о-о, да-а-а! Доброе утро, Нижний, сейчас мы прольем немного крови! — запела она радостно и хрипло, превращаясь в смертоносный клинок.

Громила с ножиком, который годился разве что, чтобы выделываться да колбасу нарезать, прошелся глазами по клинку от рукояти и до кончика серого лезвия, словно сгущающего вокруг себя туман. Чем выше поднимался его взгляд, тем больше глаза округлялись. Задрожав всем телом, он отбросил перочинный ножик так, словно это было зелье, что вот-вот взорвется, или кусок ядовитого гриба, грозящего посмертной диареей. И бросился наутек с криком:

— Мне за такое не платят!

Еще пятеро человек остались,