"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

вот так чисто и легко убить по пути в Крым рабочего Андрея с семьёй. Они о нём вообще не знали. Не, можно допустить, что оно просто совпало, но я всё равно всё время был уверен, что покушение устроил Андрей.

А тогда я как раз лежал в госпитале, осваивался в новом теле. То есть потом клан рысей легко мог персонально меня добить, но у них к Тёме не было претензий.

Сейчас я уверен, что рысей использовали сильные маги, они тоже могли меня добить. Я им тоже безразличен? Или они рассчитывали, что Тёма спасётся? Просто по аналогии с тормозной жидкостью вспомнился старый Тихон.

Техничка в гимназии баба Тома заболела, и он её подменял незадолго до окончания года. Дед был магом и оказался мастером на все руки, постоянно что-то чинил. За ним любили наблюдать пацаны, и Тихон общался с любопытной молодёжью.

Артёму тогда запомнилась его притча. Дед вспоминал, как в молодости сидел рядом с водителем грузовика — тот внезапно побледнел и упал на руль, а машина ехала под уклон. Скорость всё возрастала, в конце Тихона ждала неминуемая смерть. Но в кабине так уютно и безопасно!

Тихон сказал себе, что просто должен выйти навстречу опасности. Пусть он погибнет, зато сделает всё для спасения. Он выжил, покалечился и долго лечился. Тот случай повлиял на него — Тихон всегда делал всё, невзирая на любую опасность…

А ведь Тёма по молодости лет ярко всё себе представлял и ужасался. Без той притчи он никогда бы не открыл дверь и не выпрыгнул, погиб бы со всеми вместе. Интересное какое совпадение! И какой интересный старый маг Тихон!

Потом Дитрих рассказал мне об эксперименте Штанмайера…

Нет! Ну, какой логический скачок⁈ Можно, сидя на диване, скептически морщить лбы! А если вы на самом деле попали в чужое тело, в мир магии⁈ Согласитесь, оно несколько меняет отношение.

А я вдобавок недавно экспериментально проверил его метод и убедился, что руны действительно работают. Опыт Штанмайера точно не являлся шарлатанством.

Так вот об эксперименте я впервые услышал от Кати. Маги в Гардарике знали о нём и искали попаданца. Могли они узнать о затее Штанмайера заранее? Тот не делал из неё особой тайны, всё проводилось по графику.

Тем более маги Гардарики просто обязаны были попробовать воспользоваться его плодами. Зачем стараться кого-то опередить, если результаты можно просто стырить? Это же так по-русски.

Тогда ведь можно посмотреть, что получилось, в случае чего исправить огрехи и потом сделать самим уже всё правильно. Заодно убедить Штанмайера, что нефига у него не выходит и надо с этим делом завязывать.

Вернёмся к сути. В своём мире я вышел из летящей с большой скоростью машины, Артём тоже. Это основное, подобное к подобному. Как маг я уже точно знаю, что в глобальном случае истинному пространству всё равно, где оно получает силу, и где происходит само событие.

Сильным магам Гардарики тем более должно быть это известно. Тут важную роль играет время — Артём не должен упасть на асфальт до начала опыта и позже, допустим, часа. Могут сильные маги подстроить всё с такой точностью? Запросто.

И что получаем в итоге? Ненависть клана рысей к папе Тёмы и самого Артёма просто использовали. Целью неизвестных магов всегда был только я, попаданец. Им не нужны доказательства. Они ведь всё подстроили, Артём выжил в катастрофе…

И Катя или люди в Епархии об этих магах точно ничего не знают. Загадочной группе колдунов не нужно так напрямую искать попаданца, проверять и пытаться использовать.

Вернее какие-то сомнения могли оставаться, только зачем же самим трудиться, когда хватает дурачков? Например, тот чин Епархии, которого я заколол на первой дуэли, просто назвал меня попаданцем.

И что видим дальше? Меня вызвали в высокие кабинеты и начали расспрашивать? Вы будете смеяться, но таки да! Меня вызвал капитан Логинов и стал говорить о применении магии и вообще о состоянии дел.

Конечно, он не сам, его опять некто надоумил. Кстати, можно сделать вывод, что эти таинственные маги занимают высокие посты — с другими Виталик тупо не общается. И они не учёные в общепринятом смысле. Их совершенно не интересует мой мир, им нужно только моё мнение о происходящем здесь.

Кому-то нужен непредвзятый взгляд со стороны? Ну… я бы не сказал, что очень нужен, просто не помешает. Эту группу трудно назвать союзной лично мне, ведь они на любом этапе готовы со мной проститься. Это они устроили ту аварию, а я продолжаю падать и ждать гибели на каждом обороте.

Но ведь эта группа точно за Гардарику. Я дал англичанину интервью, которое можно назвать программным. Из-за него меня вызывали на поединки, что мешало сильным магам тогда меня грохнуть?

Я назвал войну с Европой неизбежной и открыто сказал, что буду просто убивать на войне европейцев. И мои действия постоянно кто-нибудь поддерживал ещё перед войной.

Какие-то очень сильные маги в Гардарике меня используют? Ну, все мы в мире кого-то или что-то используем. Пока наши цели близки, я совсем не возражаю.

Какие-то очень сильно умные маги полагают, что я об этом не догадываюсь? Ну, не все в этом мире параноики, как я. И они ведь ничего не могут знать о моей встрече с Дитрихом, если только сам Дитрих не расскажет. Но где кому-то даже очень могущественному узнать о каком-то пленном немце?

А ведь это моё преимущество! Я могу их всех неспешно персонально вычислять, пока они уверены, что я их существование не представляю. Ха! Они думают, что я думаю, что они думают — похоже на спецслужбы. Вот и первая подсказка, на что обратить внимание…

* * *

Обдумал я главные на тот момент вопросы и поехал далее. Долго размышлял, что же из себя представляет Совет обороны, что с ним будет дальше, и как оно отразится на политике Гардарики.

Поскольку я толком не понимал, что такое Гардарика, то и выводы делал самые общие — в части, меня касающейся, в своё время всё сообщат в виде приказов. Потому, не особенно задерживаясь на самой Гардарике, перешёл к её международному положению.

Тут я, как всякий мой соотечественник, разбирался во всём очень хорошо, и тщательно успокаивал нервы. Наконец, в сознании всплыло имя, о котором так старался не думать. Катя…

А ведь она мне не врала, когда сказала, где во время войны собирается искать службу. Я сам не спросил, где она думает служить. Так был