Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

— А-а-а!!!

— Что не говори, а это было быстро, — усмехается Лаки глядя на хряпнувшегося об землю мужика.

— Да вы обалдели? Кто теперь это свинарник убирать будет? — возмущаюсь.

— Да вон они пусть и убирают, — Хан кивает на бывших слуг и рабов. — И вообще пусть приберутся. Слушай, Мажор, у меня тут странная мысль возникла… — и замолкает, держа паузу.

— Хан, ну, ты хоть давай без закидонов.

— Да-нет, я же по делу. Я вот чего подумал, палачи, помощники и все дела. Но может, пойдём, допросим, именно бандитов, а не эту шушеру? Тут и Лаки со Степанычем справятся.

— А это что у тебя? — показываю на зажатую в руках папку, явно с бумагами.

— Да это я у Гривы нашёл, — поясняет, — надо бы кое-что зарисовать.

— Что?

— Скажи мне, Мажор, а болевые точки у эльфов, гномов и прочих орков, они как? Там же где у человека или нет?

Скажу так. Выяснить подробности по поводу эльфов не удалось. Кроме того, что удар в печень работает, а потом этот бандюган запел соловьём. Не бить же его просто для того чтоб бить. Это не наш метод. Ничего, найдём потом Хану кого-нибудь, кто не будет такой покладистый.

С гномами тоже облом получился, ибо наш пленник ещё с прошлого раза горел желанием сотрудничать. Порадовал только Грива, вот кто гордо плевался слюнями и не желал колоться. Очень упёртый парень.

Конечно, можно было бы поговорить с ним, как-то попытаться объяснить что… А собственно зачем? Вон как оживился обычно суровый и невозмутимый Хан. Так что пусть развлекается. Тем более, что подельнички главаря уже напели всё, что знали.

Например, о том, что клан в курсе затопления, но не в курсе, что это мы пошалили. Так что отряд с новыми бойцами к нам отправили, и прибудет он не раньше чем через пять дней, а может вообще через неделю. Возможно. Ибо о чём можно с уверенностью утверждать в условиях глобального катаклизма?

И так что мы имеем? К нам везут боеприпасы. Так любимую Листиком взрывчатку и пару новых катапульт. Налегке бы добрались куда быстрее, но караван дело не быстрое.

И тут кроется небольшая загвоздка. Бандитов прибудет человек двадцать-тридцать. И опять же уточню — возможно. Может больше, может меньше. Но факт в том, что ничего мы минировать не будем. И не потому, что нечем, тут как раз всё в порядке, этого добра в крепости хватает. А потому что убытки.

А если опять всё будет уничтожено? Нет уж. Придётся как то по-другому. Вспоминаем, что мы диверсанты: выслать разведку, а потом ночью всех вырезать. Нормально? Нет. Тащить потом всё в крепость самим. Есть идея получше.

Почта-то не работает, откуда бандиты узнают, что власть переменилась? Вот именно. Пусть всё доставят, а мы их тут немного зарежем. У нас вон оружие массового поражения есть. Мальвиной кличут. Причём вариантов масса. Хоть титьками отвлекай, хоть визгом глуши.

Так стоп. А взрывчатка не сдетонирует если наша красавица, вдарит ультразвуком по запасам? Надо бы проверить. Подкинуть Листику идею, он от Мальвины не отстанет, пока не проверит все варианты. Вот от этого и будем плясать.

Ведь если хорошо подумать, даже если откинуть Валькирий, нек и охотников, то нас девять человек. Даже Степаныч с тремя бандитами справится. А если напасть неожиданно, да ещё отвлечь Мальвиной. Да. Либо отвлечь, либо оглушить. Отлично. Так и поступим.

А пока надо бы подумать, как укрепиться. Ибо на стене всего две катапульты осталось, а этого мало, если кто-то решит нас пощупать. Хотя не исключено, что в скором времени особый интерес к нашей песочнице пропадёт.

Ведь, как известно, её ценность в насыщенной руде. А если вся эта система с уровнями посыпалась, то и камни перестанут крошиться из-за мелкого уровня добытчиков. Хотя сами брюлики ценность то не потеряют. Так что да. Всё равно кто-то попытается нас подвинуть. Это не считая жажды мести у Воронов.

Да плевать. Меня больше волнует вопрос, где мой Босяк и его кенты? Или в песочнице всё ещё есть уровни? Не исключено. Всё-таки там не столько народу, как в большом мире.

Система-то не посыпалась до конца, вон переводчик работает. Только представьте, какое «Вавилонское столпотворение» начнётся если он отрубится. И как тут врагов допрашивать? Ну ладно, допустим, не проблема, я выучу языки.

«Общий» и так понимаю, разве что с акцентом говорю. Практики то нет. А вот парни мои застрянут. Тьфу, ну и чего я об этом думаю? Работает пока и ладно. Но как бы сейчас к месту пришлись мелкие пернатые Хранители. Вот кто идеальный разведчик. Эх.

Кстати, надо поговорить с Молотом и Форином, может как-то приспособить пушку от танка к обороне? Ну серьёзно, что такое катапульты?

Мдя-я-я… Боюсь бородатый костями ляжет, но не даст раскурочить танк. И как быть? В добровольно-принудительном порядке? Можно. Но не хотелось бы переводить гнома в разряд врагов. Полезный он мужик.

Но подумать надо, может какие паровые миномёты соорудить? Неужто Олежка — светлая голова ничего не придумает? Да и гномяра ещё тот экспериментатор. Вот! Точно! Не надо курочить танк, надо предложить что-нибудь соорудить, чтоб не курочить. О, Мажор! Коварство твоё имя. Да я такой. Коварный жутко.

Эх, планы стратегические… Я, конечно, понимаю, что основная задача, это храмы. Но уж извините, сидя в лесу без ресурсов много не навоюешь. Поэтому будем вить себе гнездо. Здесь. И особо жестоко карать любого, кто к нам полезет с недобрыми замыслами. Пусть стороной обходят.

И вот сижу я такой на лавочке, в размышлениях о глобальном. Смотрю, как местные прибираются, пытаются починить разрушенную стену кабака, и тут меня отвлекает Балагур. Бухнувшись рядом со мной, хлопает себя по коленке и выдаёт:

— Знаешь, братан, я вот раньше тока Листика с взрывчаткой опасался. А теперь что-то Хана побаиваться начинаю.

— Что есть страх? — с философским видом пялюсь в небо.

— Мажор, ты же знаешь, я бандитов не жалую. Но я сейчас сходил посмотреть на допрос. Так, чисто постебаться над Ханом. Дескать, как дела, палач самоучка?

— Подумаешь, — пожимаю плечами. — Вполне ожидаемо, Грива упирается, а Хан старается. Не удивлюсь, если он с него там ремни режет.

— Нифига, — хмыкает Вован. — Хан сидит и точечки ставит на рисунке Гривы.

— Ага. Хан хорошо рисует.

— Это да, — Балагур откидывается спиной на стену. — Расколол он его. Поёт, как соловей не заткнуть.

— Гонишь!

— Говорю же, побаиваться начал. Хотя нет.