"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

— Это не майор получит, а на фронте увидят успехи и новые части, — сказал я сухо. — Не надо о себе много думать, парни и без нас справятся. Они сами будут выдавать высокие результаты.

— Это, — почти грамотно сделал дорожку Тимофей. — Вот вы заладили — маги, маги…

Я уже приноровился к его манере вождения и вовремя выстрелил. Мишень поразили.

— Так-то, — сказал лидер клана и повёл танк далее. — Вы совсем забыли, что вся затея построена на тотемных бонусах. У рысей бонус — непродолжительное, до двух часов в сутки, подавление воли противника. Это атака укрепленных позиций, прорыв фронта. Только в этом возможны достижения. Но оно потребует часто менять машины и людей.

— Да уж, — проворчал Костя. — А опытных рысей сейчас у нас всего трое…

— Мишу можно взять, — сказал лидер клана. — Молодой, но совсем не пацан, и уже неплохо водит.

— Значит, в постоянный состав первому батальону назначим Петю, Стёпу и Мишу, — согласился Костик. — А кто их будет усиливать? Десяток новичков? — он повысил голос. — Где маги, боярин⁈

— Пока мы за них, — пробурчал я. — А дальше надо ловить Мирзоева. Что-то я по нему соскучился.

— Без него никак, — горько согласился Костя. — Вы не представляете, как я тут один собирал наш батальон с нуля! Уговорил десять опытных танкистов возглавить экипажи, и те согласились лишь потому, что остались одни, а я маг. Они в ополчении о магах только слышали. Весь мой основной состав необстрелянные новички, и то набрал лишь на две куцые роты по пятнадцать машин!

— Хватит о грустном, — сказал я недовольно. — На месте ещё ограбим Бирюкова, с трёх его полков выдавим себе на роту реальных парней.

— Всё равно, минимум, рота пацанов из учебок, и маги эти с гражданки, — проговорил Паша. — Ты пойми, Тёма, что так будет всегда. После каждой атаки нужно пополняться, а кем? Ты не сможешь стоять со всеми рядом…

— Да знаю я, — молвил я печально. — Все вместе выполним мы задачи, установим планку, я уеду с магами, а жить дальше придётся новому командиру.

— Кстати, кого думаешь поставить? — с интересом спросил Костя.

— Конечно, Ваню Котова, а с ним оставим всех не-магов батальона, — сказал я.

— Все тридцать человек, — горько усмехнулся Паша.

— Зато они военные, — заметил я. — Уж им-то ничего не надо объяснять.

Эти трое молча согласились. Разведчик рысь и два сильных военных мага тоже всё хорошо понимали.

* * *

Есть старый анекдот, как два джентльмена встретили в лесу медведя. Один из них принялся обувать кроссовки.

— Вы надеетесь обогнать медведя, сэр? — спросил его приятель.

— Нет, что вы! — сказал джентльмен. — Я надеюсь обогнать вас, сэр.

В этом собственно и состоит главная военная тайна. Война — это всегда отбор. Мы едем в учебку и выбираем лучших ребят, чтобы они застрелили врага прежде, чем он застрелит вас.

Ваши товарищи могут убить любого врага, но они не способны убить всех сразу, а враги тоже стреляют. Так вот стреляют в того, в кого легче прицелиться. «Умри ты сегодня, а я завтра»…

Не, все слышали о самопожертвовании, о героях, кто жизнь положил «за други своя»! И это всё правда! Однако правда и то, что человеческий эпос отдельно, а конкретные враги всегда целятся в конкретного человека. На войне нужно, чтобы это был кто-то другой.

Только и всего! Это так просто! Но многие бойцы погибают, так и не успев что-то понять. Об этом никто не говорит вслух, военные умеют знать молча. Они всё поняли, стали военными, потеряв слишком многих товарищей, друзей.

И тут приезжает такой штатский штымп. Он считает себя очень мудрым и циничным и рассказывает военному свои теории…

Руслана Мирзоева я слушал спокойно и внимательно, но потому только, что всегда ему рад! Ну, что ещё с гражданского возьмёшь! И боярин обязан следить даже за своим лицом и голосом, не то что за руками.

Руслан Ибрагимович всё-таки намного меня старше, давно считает себя военным, и его седине с погонами прощается любое мнение вплоть до полного маразма. Тем более до маразма он ещё далёк, как всегда, деловит, логичен, а узнавать такое практически всем не нужно. Врагу такой практики не пожелаю.

Лейтенант Мирзоев считал меня погибшим, конечно, печалился, однако это ни на что не влияло. Передача боярства до окончания войны остановлена, и мой образ или дух оставался боярином до победы.

Статус дружины остался без изменений, средства на счетах тоже оставались как бы моими, и на них так же распространялись все положения военного времени. То есть Руслан спокойно продолжил искать и сманивать бойцов в мою дружину на мои деньги.

Вот по делам оказался он в Москве и от посторонних людей узнал, что я живой! Ну, не читает Руслан газет… то есть радость-то какая! Он сразу поспешил в Центр обмена опытом, дабы убедиться лично. Ну, я ведь на самом деле живой, так могу изменить приказы, вот Руслан заехал заодно спросить подтверждений или уточнений.

Дежурный выдернул меня с занятий по работе с личным составом, и я слушал Мирзоева в сложных чувствах. Хотелось его крепко обнять и держать долго-долго! Пока сам не помрёт, сволочь…

Но с другой-то стороны именно таким я его себе всегда представлял, и именно такой Мирзоев мне всегда требовался. Подышал я секундочку носом, успокаивая чувства, и со спокойным лицом ровным тоном приступил к уточнениям.

Сначала поблагодарил Руслана за магов, кого тот собрал в Центре. А он даже немного оскорбился. Никаких магов Мирзоев сюда не присылал. Здесь и так собирают отличников из выпускников обычных учебок.

Мужики с началом войны попали на трёхмесячные курсы, недавно закончили и за отличные результаты направлены в Центр, где их разберут самые успешные танкисты. Я вообще представляю себе, сколько в Гардарике только танкистских учебок?

— Тогда почему магов всего десять человек? — не понял я. — Их должны быть сотни!

— Сразу по двум причинам, — веско ответствовал Мирзоев. — Во-первых, такие центры создавали на базе кадетских корпусов почти по одному на княжество. Это чтобы фронтовики смогли обмен опытом совмещать с отпуском. А, во-вторых, в учебках придерживают магов. Их даже в центры отправляют минимум