Фантастика 2026-90 - Василий Седой

— О каком законе империи вы сейчас говорите? — поинтересовался судья.

— Само собой, о статусе дворянских родов.

Лещёв вздохнул, едва покачал головой, а потом внезапно встал. От этого растерялись все, даже пристав. Судья тем временем начал громко и уверенно декламировать.

— В начале времён, когда род человеческий терпел лишения и унижения, собрались на горе боги, облеченные в зверей, птиц, рыб и иных существ, и каждый выбрал по человеку. И вручил он этому человеку перстень как символ связи с покровителем. И наделили покровители таких людей силами, знаниями и талантами, повелев управлять человеческим родом.

Эту местную байку я уже слышал. Но не стоит преуменьшать значимость — когда боги реальны, то и относятся ко всему с ними связанному с почтением. А учитывая, насколько торжественно прозвучала речь, значила она очень многое. Даже пристав собрался и сделал более важное выражение лица.

Судья сел и на некоторое время повисла тишина. Казалось, даже зрители перестали дышать, преисполнившись торжественности момента. Разве что Пашаев довольно потирал ладошки, а Екатерина Андреевна светилась счастьем. Даже удосужилась взглянуть на меня с жалостью.

— Вы, Аркадий Ефимович, сейчас о тонких вещах говорите, — вполне серьёзно сказал судья. — Тонких и опасных. Озвучивайте обоснование, позицию свою.

— Так вот, — голос Филинова звучал всё так же уверенно. — Я ссылаюсь на статью три. Глава рода, он же патриарх имеет «старшинное» или по-иному, патриаршее кольцо, символизирующее особенную связь и первенство в покровительстве Предка рода. И будь тот род из одного человека или, как это бывает на Востоке из сотен и тысяч членов, патриарх всегда один. Но как бы высоко не был патриарх…

— Над ним всегда Предок-покровитель, — кивнул Лешёв. — Дальше.

— И статья три точка один этого же закона. Мнение Предка-Покровителя имеет большую силу, чем мнение любого члена рода в вопросах определения патриарха, «патер фамилиас», то есть главы рода.

— Мнение, — перебил судья, — если светская власть в состоянии такое мнение зафиксировать. Не может же лично Скарабей явится и указать кто патриарх?

— Но именно об этом я и прошу суд, — невозмутимо заявил Филинов.

— Суд не всесилен, — сдержанно ответил Лещёв. — Во всех подобных случаях мы испрашивает явочную службу, которая у нас в республике занимается такими вопросами. Или магическую академию. К счастью для нас всех у нас есть в зале явочная служба. Итак, Дмитрий Иванович, ответчик заявил, что хочет поговорить с Предком-Покровителем в зале суда. Узнать его волю. Что скажете?

Филинов перевёл свой невозмутимый взгляд на чиновника явочной службы.

— Явочная служба способна обеспечить попытку связи с Предком… Само собой, если он сам захочет, Демид Фирсович, — ответил тот и по залу раздались удивлённые возгласы. Теперь я уже улыбнулся, смотря на нахмурившуюся Екатерину. Она ткнула Пашаева в бок и что-то сказала, но тот лишь развёл руками.

— То есть как, способна? — судья также удивился. — У вас как не спросишь, нет, не можем, нет артефактов, нет людей, бюджет скудный. Что, Кротовский вас облагодетельствовал?

— Ну, в некотором роде. Академия передала, и мы поставили на учёт, даже испытали, прибор для голографической связи с изнаночными сущностями, но и для Предка он годен.

Судья хмыкнул, быстро смекнув, что Филинов всё это прекрасно знал и не просто так заикнулся о подобном в своём ходатайстве.

— А вы сможете под протокол подтвердить, что это именно Скарабей?

— Смогу. Да вы и сами увидите. Ежели, конечно, он явится, — ответил мужчина.

— Конечно. Сколько вам нужно времени?

— Минуты три. Можно даже не прерываться, ваша честь. Разрешите в коридор выйти, к помощнику? За прибором?

Разумеется, ему разрешили, а как иначе? Когда тут такое творится. Зрители так же оживились в предвкушении предстоящего зрелища. Мне же стало так спокойно на душе! Всю нервозность будто ветром сдуло.

Помощник, молодой прыщавый парень, не без гордости внёс и поставил посреди зала нечто напоминающее большой пень, изготовленный из цельного куска листового металла со вставками из грубо обработанных крупных костей монстров Изнанки и множества макров. Выглядело не особо эстетично, но точно дорого.

Пашаев был зол, вертелся на своём стуле словно уж на сковородке, а в Филинова разве что лучи смерти не бросал. Ясно дело, его никто не предупредил о таком, да и вряд ли бы тот сразу поверил. Никогда ещё прежде самого Первопредка на всеобщее обозрение не вызывали.

— Стороны истца возражает, — не выдержав, подал голос Пашаев. — Мы не знали об этом ходатайстве. Нам надо подготовится.

— Отклоняется, Предок ждать не будет. Он либо явится, либо нет, — осадил его судья, не переставая заинтригованно следить за магическими манипуляциями явочной службы над прибором.

Вряд ли бы кто-то в принципе решил отказаться от такого опыта: увидеть самого Первопредка! Пусть не покровителя какого-то могущественного рода, но всё же. От таких вещей не отказываются.

Наконец, прибор был подготовлен и помощник кивнул своему начальнику. Тот повернулся к Екатерине Андреевне:

— Теперь ваша очередь, родственники.

— Наша? — та испуганно смотрела на него.

— Ну вы же члены клана? — нахмурился чиновник явочной службы. — Вы должны его призвать, это же ваш Предок?

Я тут же встал с торжественным видом и изрёк:

— Я Сергей Константинович Скарабейников взываю к своему предку-покровителю!

— Я, Екатерина Андреевна Скарабейникова, взываю к своему предку-покровителю, — Екатерина поспешила хоть как-то исправить ситуацию, но голос её звучал блёкло и неуверенно на моём фоне.

Я на такое лишь усмехнулся. Наверняка надеялась в случае чего заявить, что это именно по её зову явился бог.

— Зачем зовёте? — внезапно раздался голос и появилась светящаяся голова Скарабея. Вот просто так, без пафосных прелюдий, спецэффектов и прочего. Она казалась просто огромной на фоне присутствующих в зале людей. Те будто сжались в свои стулья и лавки, чтобы монстр их не заметил. Одна женщина даже взвизгнула, но кто-то моментально заткнул ей рот своей рукой. Возможно, муж, ещё и пригнул её голову пониже.

Но её голос дал начало цепной реакции и все разом загомонили, придя в себя. Пашаев причитал что-то запричитал, размахивая бумажками, Екатерина задрала голову и неверяще смотрела на подобие голограммы. Оно и неудивительно, вряд ли она вообще его хоть когда-нибудь