"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

Вокруг кипела ночная жизнь.

Из дверей притонов нёсся оглушительный бас синтетической музыки и сиплый смех. Вдоль узких мостков стояли прозрачные витрины и клетки, где танцевали и выставлялись на продажу не-люди: юные вейлорны с влажной кожей, полупрозрачные нирианки в шёлковых обносках, киборгизированные девушки с искусственными глазами.

Охранники в кожаных бронежилетах со стеками и шокерами безразлично смотрели на пьяных клиентов, вытаскивавших из баров отрабатывать долги очередную рабыню.

Нира шла рядом с Максом, невольно вжимая голову в плечи. Сквозь свою эмпатию она ловила дикую, липкую волну местного воздуха: смесь похоти, пьяного угара, страха и продажной жадности.

— Не смотри на них, — тихо сказал Макс, сжав её локоть. — Ты не на прилавке. Ты со мной.

— Я знаю, — Нира чуть расправила плечи, подняв подбородок. — Просто... эти аристократы вверху называют это «культурой». А здесь они просто выбивают из людей жилы ради кредитов.

— Это космос, девчонка. Здесь у кого пушка — тот и прав.

Макс завёл её в глубокий подвальный бар под вывеской «Красный Лотос».

Внутри стоял полумрак. Пахло дешёвым табаком, тяжёлыми нейростимуляторами и солёной рыбой. За липкими столами сидели наёмники, контрабандисты и мелкие торговцы органикой.

Макс подошёл к барной стойке, за которой сидел тучный, плешивый человек в засаленной жилетке, вытиравший стаканы грязной ветошью.

Макс с тихим, тяжёлым стуком бросил на липкую стойку сотню кредитов и присел на высокий стул.

— Кофе. Чистый, без синтетики, — сказал Макс. — И разговор.

Бармен сгрёб чип с кредитами под стойку, даже не моргнув, и налил в гранёный стакан тёмную, дымящуюся жидкость.

— О чём разговор, капитан? — прохрипел бармен, оглядывая суровую фигуру Макса и спрятанную под плащом тушу «Вепря». — О бабах, о хабаре или о том, как не сдохнуть в этом секторе?

— О хабаре, — Макс наклонился ближе. — У меня есть редкие титановые фильтры вейлорнов и военные мед-пакеты. Мне нужен скупщик, у которого есть выходы на VIP-аукцион «Золотой Раковины». И который не побежит закладывать меня таможенным Стерилизаторам.

Бармен хмыкнул, вытирая лысину.

— «Золотая Раковина»? Серьёзный замах, капитан. Такие штуки там сбывает только один человек — мастер Грим. Но у него сейчас свои заботы.

— Какие ещё заботы? — прищурился Макс.

— Вчера его парни притащили из VIP-лаборатории верхнего яруса бракованный лот. Биоассасина из секретных серий Гегемонии. Девчонка сбоит, её память счищают прямо сейчас в подсобке «Лотоса», чтобы к вечеру продать на лом нирианскому лорду Ваэлу. Если пойдёшь к Гриму прямо сейчас — застанешь его там.

Макс и Нира переглянулись.

Макс допил кофе, поднялся и расстёгнул верхнюю пуговицу плаща, освобождая ход для «Вепря».

— Пошли, Нира. Посмотрим на эту «бракованную девчонку».

За тяжёлой стальной дверью подсобки «Красного Лотоса» воняло озоном, горелой изоляцией и горячим нейрогелем.

В центре невысокого помещения, залитого тусклым красным светом, стояла вертикальная хирургическая стойка. К ней была намертво пристёгнута девушка.

Лилит.

Её внешность была способна остановить сердце любого мужчины. Безупречная, будто выточенная из белого мрамора фигура, облегающий бронекомбинезон из матовой «живой» кожи, длинные смоляно-чёрные волосы, ниспадавшие на плечи. На шее и затылке стояли расширительные штекеры, к которым тянулись толстые кабели нейростирателя.

Рядом суетились двое технарей в засаленных комбезах и сам мастер Грим — низкорослый, жирный киборг с механической клешней вместо левой руки.

Экран над стойкой мигал синим: «Очистка нейроматрицы: 74%».

Девушка тяжело дышала, её грудь под бронекожей судорожно вздымалась, но тело было парализовано блокирующим импульсом.

— Поторапливайтесь, идиоты! — гнусавил Грим, почесывая клешнёй затылок. — Лорд Ваэл платит полсотни тысяч за чистое био-тело. Выжгите ей память полностью, чтобы ни одной мыслишки об императорской муштре не осталось!

Створка двери отползла без звука.

Макс переступил порог. За его спиной тихо скользнула Нира.

Грим резко развернулся, хватаясь за тяжёлый игольчатый пистолет на кобуре:

— Ты кто такой, мужик?! Свалил отсюда, пока я тебе...

Макс не стал слушать.

Сброс отворота плаща. Вскидка «Вепря».

БУМ!

Сухой, оглушительный выстрел в тесной подсобке. Спечённая картечь вошла прямо в грудь Грима, превратив его засаленную жилетку и внутренности в фарш. Туша скупщика с грохотом рухнула на стойку с инструментами.

Первый технарь успел лишь поднять плазменный резак.

БУМ!

Второй выстрел разнёс его череп вместе с защитным щитком.

Третий технарь упал на колени, судорожно поднимая руки:

— Не стреляй, капитан! Не стреляй! Забирай всё!

Макс подошёл шаг за шагом, наступив тяжёлым сапогом на его кисть, и коротким ударом приклада в висок отправил технаря в глухой нокаут.

Три секунды. В подсобке — только шипение перебитой нейромагистрали и запах свежей крови.

Макс подошёл к хирургической стойке. На экране горело: «Очистка памяти: 89%».

Он достал боевой нож и одним коротким движением перерезал питающий кабель нейростирателя. Кабель заискрил. Консоль погасла. Блокирующие зажимы на запястьях и лодыжках девушки с сухим щелчком отскочили.

Девушка медленно опустилась на колени, задыхаясь от резко вернувшейся чувствительности.

Она подняла голову.

Её алые, как спелый рубин, глаза вспыхнули в полумраке подсобки. Нейроматрица, недочищенная на одиннадцать процентов, судорожно искала точку опоры — новый ориентир в пустом, стёртом мире.

Она увидела Макса.

У биоассасинов гегемонской серии «Тень» был зашит базовый инстинкт: поиск Доминанта.

Её нейроцепь замкнулась. Импринтинг произошёл мгновенно.

Лилит поднялась с колен с невероятной, хищной грацией пантеры. Девушка шагнула к Максу и, не обращая внимания на лужи крови вокруг, опустилась перед ним на одно колено.

Её голос звучал тихо, с глубокими, бархатными нотками:

— Матрица восстановлена... Мой Спаситель. Мой Хозяин. Моя жизнь принадлежит вам.

Нира стояла у двери, прижав ладонь к груди. Сквозь свою эмпатию она ощутила дикий, концентрированный всплеск, вырвавшийся от Лилит: это была не слабая благодарность, а фанатичная, абсолютная, почти физиологическая преданность человека, нашедшего смысл своего существования.

Макс опустил ствол дробовика и прищурился, разглядывая девушку.

— Вставай, — сказал он. — Как тебя зовут?

— Серийный номер — «Тень-09». Но вы можете называть меня Лилит, Хозяин, — она поднялась, уставившись на него алыми глазами с неподдельной, глубокой страстью. — Мой клинок и моё тело — ваши.

Она повернула голову и бросила на Ниру короткий, ледяной взгляд, проверяя возможную угрозу. Но, ощутив, что от Ниры веет лишь уважением и пониманием, слегка расслабилась, шагнув за правую руку Макса — встала ровно в позицию личного телохранителя.

Макс обыскал карманы мёртвого Грима. В его засаленном кошельке он нашёл то, зачем пришёл: золочёный электронный чип-пропуск на закрытый VIP-аукцион на