Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

то мне как-то не по статусу более серьёзно мстить и так признавшим свою вину юнцам. Эдак я только и буду заниматься мщением всяким мелким придуркам. Вот крупным мстить надо.

— Да тут особо-то и соображать не пришлось, — проговорил Барсов. — Всё же на поверхности.

— Ну, кто-то бы и не сообразил, — философски заметил я и сменил тему: — А теперь прими мои поздравления. Ты теперь не ферзь, а король.

— Что это значит? — насторожился юный маг.

— С этой секунды ты главный в общежитии «мяса». А то меня наказали, перевели в общагу «элиты».

— Меня бы так «наказали». Там же отель, а не общежитие. Даже прислуга есть.

— Ужас. Приглядывай за Румянцевым. Он хороший парень.

— Да, конечно.

Мы ещё немного поговорили, затем я сбросил вызов и отправился завтракать.

Пришлось ещё и на завтраке рассказать Лидии и Павлу, что случилось в доме градоначальника. Матушка чуть в слёзы не ударилась. Ведь её сынок опять чуть копыта не отбросил. А вот Павел облил меня восторженным взглядом. Он ещё не устал восторгаться мной. Раньше он с такой же периодичностью презирал брата, а теперь восхищался. Громов же лишь брови хмурил.

А после завтрака он поднялся вместе со мной в мою комнату, где я сунул ему пачку денег. Благо мой вчерашний выигрыш не сгорел. Деньги находились в кармане брюк, и я успел их вытащить. Теперь же передал мужчине. Тот не стал морду кривить. Взял их и клятвенно заверил, что всё пойдёт на развитие рода Громовых.

— Машину купи, — посоветовал я ему, открыв платяной шкаф.

Там оказалось не так уж и много одежды. Ещё бы! Я же с завидным постоянством привожу её в негодность.

— Погляжу, какие продают, — пообещал мужчина. — А вы куда сейчас направляетесь?

— В парикмахерскую, — сказал я, напяливая повседневную одежду.

Однако стоило мне выйти из дома, как я увидел полицейскую машину. Парочка служивых уже выбралась из неё и шла ко мне.

— Александр Громов? — спросил смертный с погонами лейтенанта.

— Он самый, — спокойно ответил я, чувствуя спиной тревогу Громова, стоящего на крыльце.

— Что вам нужно, уважаемые? — напряжённо спросил он у служивых.

— К вашему внуку есть пара вопросов. Нам нужно понять, что произошло в доме градоначальника, — проговорил полицейский и обратился ко мне: — Прошу сесть в машину. Мы доставим вас в отделение. Там с вами поговорят.

— Я уже вчера ответил на все вопросы, — недобро проговорил я и подозрительно сощурился.

Какая-то ловушка? Вроде нет. Полицейские не казались ряжеными. Да и вели себя они так, как люди их профессии — выпятили животы и шныряли глазами по сторонам, словно искали, где цапнуть взятку.

— Видимо, возникли ещё какие-то вопросы, — со вздохом проговорил лейтенант, не проявляя признаков агрессии. — Меня не поставили в известность какие именно.

— Ладно, поехали, — согласился я и уселся на заднее сиденье.

Рядом со мной плюхнулся лейтенант, а второй полицейский взялся за руль. Он надавил на педаль газа и погнал машину по улицам города, нещадно поливаемого солнечными лучами.

Я же украдкой вытащил из кармана телефон и отправил Румянцеву сообщение. Он был моим доверенным лицом, поэтому его номер у меня имелся.

А написал я следующее: «Привет. Меня везут в отделение полиции. Если через полчаса не напишу, свяжись с отцом и попроси его найти самых крутых местных адвокатов. Пусть они сразу же едут в отделение и вытаскивают меня оттуда».

Когда-то лысый здоровяк говорил, что его семья уже десятки лет занимается юридическими услугами. Наверняка его батя знает кого-то из Стражграда. Потому он точно найдёт для меня человека, продавшего душу Фемиде. Возможно, такой персонаж мне и не пригодится, но стоит подстраховаться.

Конечно, я бы мог обратиться за помощью к кому-то более серьёзному, чем Румянцев. К примеру, к ректору или Лисову. Но тогда бы я задолжал кому-то из них услугу. А Румянцева достаточно отблагодарить лишь деньгами.

Пока же от здоровяка пришла смс с заверениями, что он всё сделает в лучшем виде.

— Приехали, — выдохнул лейтенант и выбрался из машины, остановившейся возле приземистого здания из красного кирпича.

Я тоже вышел. Меня сразу же провели в здание, а потом узкими казёнными коридорами проводили в небольшой кабинет. Там на меня нацепили антимагические наручники с камнями-артефактами, сославшись на правила. Мне они не понравились, но я не стал брыкаться, подумав, что всегда смогу избавиться от таких украшений.

Лейтенант с напарником вышли, оставив меня наедине с толстым усатым капитаном, восседающим за рабочим столом.

— Присаживайтесь, — вальяжно указал он мне на пошарпанный стул и промокнул грязным носовым платком вспотевший лоб с бороздами морщин.

Я уселся и брезгливо глянул на его форменную рубашку. Под мышками расплылись влажные пятна, поскольку капитан потел как хряк. Хотя в углу комнаты шумел довольно мощный вентилятор, а окно было открыто.

— Ну-с, господин Громов, будьте добры, расскажите, пожалуйста, как всё было, — чуть ли не ласково проговорил он, откинувшись на спинку кресла. На той висел китель.

— Сначала извольте представиться.

— Моё имя Николай Петрович Козлов, капитан полиции, — улыбнулся тот, глядя на меня цепкими холодными глазами.

Я помедлил немного и поведал смертному, что произошло на вечеринке.

Толстяк выслушал меня, задумчиво морща лоб. Как уж слишком наигранно морща, будто хотел показать, как он усиленно размышляет. А ещё капитан сам себе кивнул, словно только что ему в голову пришла какая-то мысль.

— Господин Громов, свидетели говорят, что вы часть вечера провели в обществе пострадавшей графини Беловой. Так ли это?

— Так. И что? Вы с какой целью интересуетесь? Или просто завидуете? — усмехнулся я, решив спровоцировать капитан.

А тот, пожри его Хель, даже бровью не повёл. Его круглое лицо осталось таким же картинно дружелюбным. Однако я всеми фибрами души чувствовал, что у него на уме какая-то гадость.

— Зачем же вы так, господин Громов? Я ведь просто пытаюсь разобраться в случившемся, — обиженно вздохнул капитан и следом добавил, скомкав носовой платок: — Знаете, у меня появилась мысль, что вы, вероятно, добивались внимания со стороны графини Беловой. Но я вас не виню. Вы небогатый дворянин. А она красавица, графиня. Я понимаю вас.

— Нет, вы не понимаете меня, — хмыкнул я, закинув ногу на ногу.

— А как обратить на себя внимание такой особы? —