Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Я собрал вас здесь по двум причинам. Во-первых, чтобы раз и навсегда закончить то глупое недоразумение, которое случилось между мной и семьёй уважаемой Фатимы-ханум. — Я слегка поклонился в её сторону. Она в ответ лишь чуть склонила голову, а на губах появилась холодная улыбка. — А во-вторых, я хочу представить вам своё новое блюдо. Блюдо, с которым я планирую вновь выступить в следующем выпуске шоу «Империя вкуса». Но мне важно, чтобы сначала его одобрили вы. Чтобы оно стало по-настоящему достойным.

По залу пронёсся тихий гул. Градоначальник довольно закивал. Моя ловушка была готова. Всё было публично, красиво и без единого прямого обвинения.

Я подошёл к столу Фатимы, чтобы лично наполнить её бокал. Наши взгляды встретились. Это длилось всего секунду, но я всё понял. В её глазах читался немой вопрос: «Что ты задумал, щенок?». А в моих она, наверное, увидела только спокойную уверенность. Она поняла, что это не предложение мира. Это было объявление войны, только на другом уровне. Но бежать было уже поздно.

Вечер пошёл своим чередом. Я подавал одно блюдо за другим, и напряжение понемногу начало спадать. Гости расслабились, увлеклись едой и разговорами. Даже Фатима, казалось, успокоилась. Наверное, решила, что я просто устроил весь этот спектакль, чтобы потешить своё самолюбие. Она сильно ошибалась.

Когда пришло время для главного блюда, я снова вышел в центр зала.

— А теперь, дамы и господа, — я сделал небольшую паузу, — то, ради чего мы все здесь сегодня собрались.

Я кивнул Даше и Вовчику. Они выкатили в зал маленький сервировочный столик, на котором под огромной серебряной крышкой стояло моё блюдо. Я медленно подошёл к столику, положил руку на блестящую ручку и обвёл взглядом затихших гостей. Мой взгляд остановился на Фатиме.

— Я назвал это блюдо «Вкус правды», — тихо, но очень отчётливо произнёс я. — Я нашёл его рецепт в записных книжках своего отца, — конечно же, я врал, но мне необходимо было объяснить, что именно я задумал. — Мало кто знает, но он первым пытался совместить природную магию и кулинарию. Увы, он не успел передать нам все свои идеи, — чуть понизил голос, как бы дав понять гостям, что эта «трагедия» не оставила наши с Настей сердца. — Однако кое-что я всё же откопал и готов поделиться этим с миром. И сегодня я приготовил блюдо, которое, по его записям, должно защищать своего создателя и показать его врагов. Если честно, — слегка улыбнулся, — я не особо верю в эти легенды, если их таковыми можно назвать. И всё же я уверен, что именно оно поможет нам, наконец-таки сгладить все углы, прекратить распри и разложить всё по полочкам, — посмотрел на Фатиму. — Очень надеюсь, что вы со мной согласны, Фатима-ханум. Блюдо специфическое, и вы можете отказаться, если считаете, что оно может хоть как-то вам навредить, — женщина лишь хмыкнула. — Что ж, раз все согласны, то не будем оттягивать.

Я усмехнулся и одним резким движением поднял крышку.

На белых тарелках лежали ломтики молодого ягнёнка. Нежное мясо, запечённое ровно до той секунды, когда оно внутри остаётся чуть розовым и сочным. Но соль была не в мясе. Вся соль была в соусе.

Он был густым, гладким и такого ярко-зелёного цвета, что казался ненастоящим. Словно кто-то выжал в тарелку всю весеннюю траву. Я сварил его на бульоне, который томился на плите почти полдня, и добавил туда целый ворох трав от Вероники. Не тех, что должны были чистить или ставить защиту. А тех, что умели показывать правду. Они обостряли всё, что было в человеке, и вытаскивали наружу то, что он пытался спрятать даже от самого себя. Я не до конца понимал, как это работает с точки зрения магии, но как повар и немного психолог, я всё рассчитал. Я не собирался её травить. Зачем? Слишком грубо. Мой соус был хитрее.

Когда я поднял крышку, по залу пролетел тихий, восхищённый вздох. Аромат был сложным, он раскрывался не сразу. Сначала ударил в нос запах жареного мяса, а следом накатила вторая волна: свежесть, как будто после грозы в горах, лёгкий холодок мяты и едва заметная горчинка, как от диких цветов.

— Прошу, — сказал я, стараясь, чтобы улыбка не выглядела слишком уж самодовольной.

Даша и Вовчик двигались как единый механизм, без лишних слов и суеты. Их лица были совершенно бесстрастны, словно они подавали обычный суп, а не моё главное оружие. Они молча разнесли тарелки гостям. Последнюю, для Фатимы, я взял сам. Я подошёл к её столу и с лёгким поклоном поставил блюдо перед ней.

— Специально для вас, Фатима-ханум, — тихо сказал я, чтобы слышала только она. — Надеюсь, вам понравится «Вкус правды».

Она одарила меня таким ледяным и надменным взглядом, что я почти услышал, о чём она думает: «Твои дешёвые фокусы меня не впечатлят, мальчишка».

Первые пару минут в зале было тихо, только вилки и ножи тихонько стучали о тарелки. А потом началось.

— Божественно! — громче всех воскликнул градоначальник, промокая пухлые губы салфеткой. — Игорь, голубчик, это просто невероятно! Вкус такой… чистый! Словно горный ручей пьёшь!

— Действительно, — неожиданно поддержал его барон Земитский. — Очень… любопытное сочетание.

Гости наперебой хвалили блюдо. Я видел, как они наслаждаются. Для них, людей с более-менее чистой совестью, мой соус был просто чем-то новым и восхитительным. Он делал вкус мяса ярче, заставлял их чувствовать каждую мелочь. Для них это был просто очень хороший ужин.

Но я смотрел не на них. Я смотрел на Фатиму.

Она держалась как королева на приёме. Медленно, с лёгкой ленцой, отрезала крошечный кусочек мяса, аккуратно обмакнула его в зелёный соус и отправила в рот. Она жевала не спеша, с видом строгого критика, который вот-вот вынесет свой снисходительный вердикт.

И тут её лицо дрогнуло.

Это было почти незаметно, но я-то не сводил с неё глаз. Сначала её глаза чуть расширились. Потом на лице промелькнуло недоумение. Она замерла, перестав жевать. Её взгляд вдруг стал пустым, как будто она смотрела сквозь стену.

Я знал, что она чувствует. Я сам пробовал этот соус. На меня он подействовал как чашка очень крепкого кофе — прояснил мысли и взбодрил. Но в ней, полной застарелой злобы и ненависти, он сработал по-другому. Словно она раскусила что-то гнилое, спрятанное внутри самого вкусного куска. Её собственная желчь, усиленная травами, начала обжигать её изнутри.

Она судорожно сглотнула. Потом ещё раз. Её рука, державшая вилку, дрогнула и замерла. Она резко опустила приборы на тарелку. Они звякнули так громко, что несколько гостей обернулись.