"Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 - Александр Коротков

губами, я думала о том, что в тот вечер Альда сидела за тем же столом, что и граф с семьей, рядом с тем, «кого любила всем сердцем» – с Теобальдом Ричем. Но если она предчувствует возвращение любимого и страшится его, делает ли это ее виновной в наложенных на него чарах? Что такого сотворила эта девушка, раз совесть – или любовь? – раз за разом показывает несуществующего «призрака»?

– Тот, кого вы любите, жив или мертв? – жестко спросила я, наблюдая за ней.

Альда дернулась, как от удара, и посмотрела на меня с ужасом.

– Говорите! – приказала я тоном, которому следовало подчиниться.

– Я… я не знаю! – воскликнула она. – Я надеюсь, что он жив!

– В чем вы виноваты перед ним?

Ее губы задрожали, а глаза наполнились слезами. Прежде чем эмоции накроют ее, я должна получить ответ!

– Отвечайте, в чем ваша вина – это вы знаете совершенно точно!

Глядя на меня, словно птаха на змею, она прошептала:

– Я оттолкнула его от себя, не желая его конфликта с отцом, соврала, что не люблю…

– Его имя Теобальд Рич?

Она, наконец, заплакала.

Ощущая себя то ли последней стервой, то ли дедом Бенедиктом, я продолжала безжалостный допрос:

– Почему вы остались в замке, когда он пропал?

– Когда стало ясно, что с Теобальдом что-то случилось, я решила уехать и сообщила об этом Его Сиятельству. Он спросил меня, сколько я готова ждать возвращения его сына…

Теперь она плакала в голос, но в этом было благо – дело еще не завершено, девушке понадобятся и стойкость, и терпение, а сейчас пусть выплачется.

– И что вы ответили?

– Что буду ждать его, даже если он не вернется никогда…

– А Его Сиятельство?

– Он сказал: «Тогда жди здесь». И я жду… Но что, если Теобальд мертв, а его дух желает отомстить за мой отказ? Я готова умереть, лишь бы он жил, леди Торч, но могу ли я что-то сделать против призрака?

Я заставила девушку отпить еще воды. Ее зубы стучали о край кружки, слезы текли непрекращающимся потоком. Чистый носовой платок из моей сумочки пришелся как нельзя кстати.

Удивительными путями ходит любовь… В том числе путями вины и ужаса она напоминает о себе солнечными днями и лунными ночами, заставляя «всем сердцем» ощущать близко того, кто кажется далеким, пытаться обнять призрак, которого нет, поймать несуществующую тень счастливых мгновений прошлого.

– Простите меня за эти вопросы, – мягко сказала я, когда она выпила воду и приняла платок, чтобы вытереть мокрое от слез лицо. – Я уверена, никакого призрака не существует, а сон – не более чем сигнал взбудораженного происходящим сознания. Даже если бы Теобальд Рич был мертв – а это не так! – он никогда не стал бы мстить кому бы то ни было.

Ее руки упали на колени. В ее взгляде рассветным лучом затеплилась надежда.

– Теобальд жив? – прошептала она.

– Его нет в мире мертвых, – ответила я, не лукавя. – А это значит, что однажды он вернется в родной дом.

Альда порывисто поднялась.

– Вы подарили мне надежду, леди Торч, – дрогнувшим голосом произнесла она, – вы подарили мне жизнь! Как я могу отблагодарить вас?

Внезапно она пошатнулась, побледнела… Я успела поддержать ее и снова усадить на оттоманку.

– Простите, – пробормотала несчастная девушка, – все эти потрясения ослабили меня… Я сейчас уйду и не стану больше беспокоить вас.

– Я провожу вас до вашей комнаты. Вам нужно поспать, – с сочувствием глядя на нее, сказала я.

– Но я не смогу уснуть!

– Сможете. Посидите здесь.

Отправившись в спальню, я переоделась, затем нашла в несессере фиал с успокоительным средством, которое сделала в своей лаборатории. Накапала в кружку необходимое количество капель, развела водой. Девушка проспит несколько часов глубоким сном, заживляющим душевные раны, и проснется с новыми силами. Ее верность Теобальду достойна самого лучшего отношения!

Подумав, я достала другой фиал и накапала из него в другую кружку – это для меня, чтобы продержаться до вечера. Похоже, спать опять не придется.

Я выпила зелье и мгновение постояла с закрытыми глазами, ожидая, когда почувствую прилив энергии. Прислушавшись к себе, с удивлением отметила, что после признания Альды с души будто камень спал. Притяжение между мной и Теобальдом Ричем возникло с той самой минуты, как, в Воральберге, я посмотрела в его зеленые глаза, и с тех пор не ослабевало. Но что-то не давало ему хода, и теперь я понимала – что. Как бы ни тянулся Теобальд ко мне, причиной было не любовное чувство, а сложившиеся обстоятельства, одиночество и плотский голод. Поддавшись, я совершила бы очередную ошибку. А ошибки я не любила и не прощала себе, как не простила до сих пор ошибку по имени Виллем Хокун.

Вернувшись к девушке, протянула кружку:

– Выпейте, это поддержит вас.

То, с каким доверием Альда приняла из моих рук неведомое питье, тронуло меня. Я помогла ей встать и повела к выходу из комнаты.

Едва мы дошли до порога, свет люстры мигнул и погас, заставив меня подумать: «Вот и еще один артефакт иссякает! Жаль, не существует вечных артефактов…». И память, словно ждала, услужливо преподнесла в ответ: «Я то, что было, есть и будет…». Догадка была такой неожиданной, а решение таким простым, что я споткнулась о порог. Призраки?! Призраки, а точнее полтергейсты – вот то, что сможет оживить артефакты! Но как заставить их служить людям в качестве источников вечной энергии? И захотят ли они?

Альда с тревогой взглянула на меня, и я выбросила эти мысли из головы. Потом! Я подумаю об этом тогда, когда вернусь в Валентайн, к своим чашкам в золотых листьях и ароматному чаю, к Вель, Оскару и кошкам леди Гроус.

А затем я переступила через порог…

***

Мне доставило труда не вскрикнуть от неожиданности. Хотя вряд ли можно назвать неожиданностью смешанное чувство изумления и скорби, которое испытываешь, глядя на человека, недавно виденного здоровым и…живым.

В воздухе печально застыл призрак полненькой женщины средних лет в накрахмаленном переднике горничной. У нее был смешной вздернутый носик, а вместо любопытных когда-то глазок на меня строго и страшно взирали бельма. Одна сторона белоснежного воротничка платья была заляпана красным. Однажды я уже видела такой красный – им, умирая, Валери выводила слабеющей рукой на полу «Линн! Я умер не зря…».

– Кажется, теперь мне нужна ваша помощь, Альда, – пробормотала я. – Знаете ли вы, где находятся покои одного из гостей Его Сиятельства – Демьена Дарча?

– Не знаю, но могу спросить у горничных, – ответила девушка и, посмотрев