"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

— Фанух?!

Останавливаюсь и поворачиваю голову.

— Привет! — и глупо улыбаюсь Айаре.

— Привет! — девушка выглядит чуть лучше, чем при прошлой встрече. По крайней мере, одежда чистая, а не заляпанная краской, да и волосы вымытые. Правда, щеки по-прежнему почти впалые. — Я думала, ты больше не придёшь.

— Дела, — развожу я руками, будто этот жест должен всё объяснить. — Много проблем на работе. Даже спать приходится часто у чужих людей. Ты как?

— Продала ещё одну свою картину.

— Поздравляю!

— К сожалению, конкуренция тут очень большая, и многие посетители уже определились с художниками, чьи картины им нравятся.

— Вижу, — кивнул я.

— Зато появилась возможность поучаствовать в одной из городских выставок.

— Замечательно!

— Да, теперь есть кредиты, чтобы заплатить за место.

— Это как?

— Участие платное. С тех художников, кто широко известен, берут почти символическую плату, а остальные участники нужны для покрытия расходов. Ведь в большинстве своём подобные выставки убыточны и если бы не громкие имена, то мало бы кто ходил.

— Печально.

— Да, но это один из немногих способов показать свои работы широкому кругу людей, — Айара чуть запнулась. — Почти широкому… Многие не интересуются живописью, и ходят на общественные мероприятия лишь потому, что туда идут другие, и есть возможность сфотографироваться с кем-то известным.

— А когда и где эта выставка будет?

— Тебе зачем? Дешевле здесь купить, если есть такое намерение. Правда, знаменитые художники тут почти не появляются.

— Всё-таки… Если окажется свободное время, то почему бы и не сходить. В моей жизни мало развлечений.

— Хорошо, вот рекламка.

Светило щедро одаряло горожан своими последними жаркими лучами, и квартал художников похож на пчелиный улей. Такая погода продолжится ещё дней пять-десять и на площади станет пусто, так как начнётся дождливый сезон, и мольберты унесут под крышу. Мы с Айарой сидим на скамейке, греемся, лениво переговариваясь о том и сём.

— Я не понял! — такой-то тип встал рядом и с неудовольствием смотрел на нас. — Чего сидим? Чего не рисуем? Кто долг возвращать будет?!

— Я верну. Уже одну картину почти нарисовала, — неожиданно начала оправдываться девушка.

— Почти?! — мужчина средних лет сделал круглые глаза. — Как взнос делать за выставку, так она первая, а как долг вернуть, так сидит и греется.

«Не вмешивайся!» — пришло сообщение от Айары. — Иду рисовать! — это уже незнакомцу.

— Иду рисовать, — передразнил он. — Если сразу после выставки не отдашь кредиты, то долг увеличится в два раза.

— Мы так не договаривались!

— А чужие картины портить — договаривались?!

— Хорошо, иду, — Айара дёрнулась было к мольбертам. — Все заняты, — девушка остановилась и обернулась к мужчине.

— А мне-то что?! Это твоя проблема! — и незнакомец отправился по своим делам.

— Что это было? — спросил я.

— Да так… Неприятность одна произошла: я рисовала и случайно ближайший мольберт уронила, а картина упала и холст порвался. Вот Артис долг на меня и повесил.

— И много?

— Двадцать тысяч. Вот только мольбертов часто нет свободных, а на свой ещё не заработала… Точнее, деньги были, но все на оплату участия в выставке ушли, — вздохнула девушка, с потерянным выражением лица разглядывая площадь. — Вот совсем недавно тут и половины художников не было! Откуда взялись?

— И дорого мольберт стоит? И зачем свой, если эти есть?

— Сам видишь, что эти просто грубо сколоченные шатающиеся треноги, да и заняты бывают часто. Я же хочу телескопический этюдник, чтобы носить легко было.

— И дорог такой?

— Дорог, — кивнула Айара. — Тот, что присмотрела, аж пятьдесят четыре тысячи, если без раскладного стула.

— Да не может быть! — удивился я. — И где такое чудо продаётся?

— Вон в том магазине, — девушка протянула руку.

— Почему в онлайн-магазинах не присмотрела? Там же дешевле!

— Так сюда мольберты те продавцы и привозят. Просто тут можно посмотреть и пощупать. Дешевле вряд ли где можно купить, да и ждать доставку не надо.

— Всё равно не верю, что такие цены есть. Ну, десять тысяч… двадцать… Но чтобы пятьдесят!

— А как ты хотел? Товар специфичный и обычным людям не нужный.

— Пойдём, посмотрим… — направился я к магазину.

— Тебе-то зачем? — посмотрела Айара на меня с удивлением.

— Интересно, — пожал я плечами. — Для расширения кругозора…

В большом магазине чего только не было: мольберты, холсты, бумага, краски, кисточки и много чего ещё, мне неизвестного.

— Вот, — показал я пальцем. — За двадцать тысяч.

— А ты подними его, — хмыкнула Айара.

— Да, согласен, — я приподнял металлический ящик. — Если долго ходить, то быстро устанешь.

— Зато ветром не перевернёт! — подошёл к нам продавец. — Мольберты, знаете ли, иногда падают, — и взгляд на Айару, которая неожиданно покраснела.

— И какой ты хочешь? — не обращая внимания на мужчину, спросил я.

— Вот, — девушка подошла к чему-то небольшому.

— Это отличный этюдник! — продавец не отходил от нас ни на шаг. — Достаточно лёгкий, чтобы его могла носить изящная девушка, и функциональный, чтобы поместить в нём не только самое необходимое. К тому же специальное нанопокрытие не позволит запачкать красками. Этюдник собирается за считанные секунды, и не занимает много места в сложенном. В комплект входит бесплатная сумка для переноски, идеально подходящая для путешествий и демонстрации плакатов, вывесок и многого другого. Нескользящие ножки предотвращают трение пола в помещении и обеспечивают наилучшее сцепление на любой естественной поверхности. И специальная фишка — трекер для отслеживания в случае кражи.

— Дорого, — безразличным тоном ответил я на расхваливание.

— У нас самые низкие цены! — почти возмутился продавец.

— Такие же, как и везде, — буркнул я и направился к выходу.

— Если приобретёте сейчас, то в виде бонуса две палитры: деревянная с утяжелителями для масляных красок, и износоустойчивая полимерная для акриловых и водорастворимых.

— Я думал, что художники пользуются одной палитрой.

— Что вы! Что вы, молодой человек! Как можно?!

— И раскладной стул в подарок, — начал