"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

просил вернуть мне изъятые следователем официально пятьсот долларов, так как к вменяемому преступлению они никакого отношения не имеют. Потом я сожрал у Жени пачку печенья из тумбочки, потому что, уже вторые сутки, у меня в желудке, кроме чая, ничего не побывало, а Кожин, гад, хихикая, сказал, что печенье «Юбилейное» принадлежит не ему, а следователю Прокофьевой Ирине Евгеньевне, на что я совершенно искренне сказал, что мне совершенно по фигу на это обстоятельство. А потом меня отпустили, заставив подписать обязательство о явке по первому вызову следователя и выгнали на улицу. Проходя по коридору, я увидел, через открытую дверь, уныло сидящую на стуле, Прокофьеву Ирину Евгеньевну. Она глядела на меня абсолютно пустым, мертвым взглядом, а секретарь прокурора – осуждающим.

Выйдя на улицу, я зябко передернул плечами – казалось, что из-за каждого угла за мной внимательно наблюдают. В кармане была тысяча и немного мелочи, поэтому, пропустив пару легковушек, я поднял руку, голосуя.

В метро я вертел головой на все триста шестьдесят градусов, после чего долго стоял на лестнице у выхода из метро – к моему счастью, знакомых лиц я не увидел, за мной никто не шел. Очевидно, что ребята из тяжких сейчас находятся в полном смятении и ни до кого из них не дошло, что я – единственный источник их бед, не будет меня – никакого дела не будет.

Я еще раз покрутился на месте, после чего нырнул в узкий проход между студенческими общежитиями и постоянно проверяясь, быстрым шагом пошел в сторону Региональной больницы, откуда уходили пригородные маршрутные автобусы.

Локация – Городской район, дача родителей Громова.

В калитку родительской дачи я постучал уже в темноте, и калитка сразу распахнулась, а на меня молча прыгнула – было ощущение, что она стояла под самой дверью. Девушка вскарабкалась мне на шею, прижалась всем телом, лишь изредка всхлипывала, а я гладил ее по спине, шепча на ухо, какая она у меня умница и красавица, что она меня спасла и все у нас будет дальше хорошо.

- Сынок, у вас ничего не случилось? – через двадцать минут, Наташа отпустила меня и побежала умываться, а я поднялся на застекленную веранду, где ужинали мои родители и Кристина, мама, накладывая мне гречневую кашу, не смогла не задать вопрос: - А то она вчера очень поздно приехала, сегодня сама не своя. Я ее спрашиваю, а она на все вопросы отвечает «Все нормально. Все нормально.». А я же вижу, что не нормально.

- мама, все в порядке. Просто меня могли в командировку послать, на несколько месяцев, но уже вроде не пошлют.

Да сколько можно в эти командировки мотаться? – мама расстроилась: - Вон отец всю молодость по командировкам мотался, по несколько месяцев, но у него на предприятии хоть квартиры давали, сначала комнату, когда ты родился, потом квартиру, а тебе то зачем- слава Богу, жить есть где…

- Кстати о жилье. Я вчера квартиру продал…

- Как продал? – мама тяжело опустилась на стул, отец поперхнулся чаем, а вошедшая на веранду Наташа выронила из рук полотенце. И только мой совладелец жилья – Вероника, весело жевала печенье с надписью «Юбилейное».

- Как продал? Кому? За сколько? Ты что, проигрался? – вопросы посыпались со всех сторон.

- Нормально я продал, в центре, за доллары, и уже в стройку вложился, в кирпичный дом…

- Ой, сынок, стройка - это так не надежно…

- Нормальная стройка, уже второй этаж поднимают…

- Как второй этаж? А жить вы где будете? – судя по глазам мамы она смиренно была готова услышать «конечно у вас, мамочка!», но я отмахнулся.

- Мама, там еще деньги остались, я что-то до октября присмотрю, а потом, когда в новый год переедем, сдавать квартиру будем.

- Ну ладно. – все заметно успокоились, кроме Кристины, которая даже не начинала волноваться: - Только ты, Паша, не затягивай с этим, а то лето скоро кончится, вам на работу ездить далеко, да и Кристиночке в детский садик по утрам рано вставать придется.

А через час, когда я нежился в постели, на свежих, чистых простынях, Наташа, больно ухватив меня за…, не буду говорить за что, зловеще и эротично зашептала в ухо: - Громов, гад, признавайся, куда ты опять вляпался?!

- Наташа, отпусти, пожалуйста. Вот, честное слово, я пока сам не знаю!

- И ты надеешься, что я этот ответ приму? Говори быстрее, а не то я собираюсь и уезжаю от тебя…

Глава 2

Глава вторая.

Ласковые змейки.

Август 1993 года.

Локация – дачный поселок, дом родителей Громова.

Естественно, что пытки, которыми угрожала мне Наташа, я выдержал стойко, с подобающим мне мужеством. Постепенно. допрос с пристрастием превратился в новую ролевую игру, да такую, что любимая забыла, что послужило первопричиной нашего увлекательного времяпровождения. Механический будильник на наручных часах противно зажужжал возле моего уха ровно в шесть часов утра, и я на ощупь нажал хромированную головку, чтобы зловредный аппарат скорее замолчал. Сразу проснутся не удалось, поэтому я, на ощупь наел тапочки у кровати и, стараюсь не сильно открывать глаза, чтобы не получить ожог сетчатки от утреннего солнца, и не снести мебель, чтобы не разбудить остальных обитателей дома, двинулся на улицу –возникла безотлагательная потребность посетив будку уличного туалета. Потом я добрел до уличного умывальника, висящего на столбе и побрызгав на лицо, остывшей за ночь, водой, окончательно проснулся, после чего двинулся на застеклённую веранду, с желанием чего-нибудь перекусить перед работой. На краю огорода что-то деловито выкапывал озабоченный Демон, даже не обративший внимание на утреннее дефиле хозяина. Надеюсь, что упорный пес раскапывает нору неуловимого хомяка, личного врага моей мамы, пришедшего на наш огород неведомо откуда и пожирающего из-под земли какую-то, особо ценную, морковку.

На веранде я, с удивлением, обнаружил, бодрую до безобразия, Наташу, которая, выложив на стол кучу блестящих бутыльков и цветастых баночек, «рисовала» себе лицо. - Ты что подскочила? - я подкрался сзади и уткнулся лицом в белоснежные волосы, спадающие до середины лопаток.

- У меня отпуск уже закончился. Я тебе вчера вечером об этом говорила, что мне сегодня надо на работу. – Господи, как эти женщины не боятся тыкать себя в глаз какими-то кисточками, щеточками и расчесочками. - Может быть, солнышко, и говорила. Я вчера вечером был немного занят.