Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

она так же, как в прошлый раз, когда скинула обличье Писаревой. Уж не знаю, была ли эта внешность её собственной. Если честно, сомневаюсь. Я бы на её месте раскрывать истинную личность не торопился.

На девушке было переливающееся серебристое платье, которое ей очень шло, туфли на высоких каблуках и жемчужное ожерелье. Думаю, настоящее. В конце концов, мимик неплохо зарабатывала на поручениях губернатора и явно могла позволить себе кое-какие роскошества.

При моём появлении она грациозно поднялась с кресла, в котором сидела, и улыбнулась.

— Родион Николаевич! Как я рада снова быть у вас. По какому бы поводу вы меня ни пригласили.

Тон был приветливый, однако я заметил таившуюся во взгляде настороженность.

— Моя дорогая Эвелина, — улыбнулся я в ответ, протягивая руку. — Благодарю, что нашли время приехать. Знаю, путь неблизкий, и вам, наверное, пришлось встать ни свет, ни заря, чтобы выглядеть настолько чудесно.

— Ради вас, господин Львов, что угодно. Впрочем, вы мне льстите. Это мой обычный вид.

— Позвольте проводить вас в столовую. Там и поговорим.

Эвелина взяла меня под руку. Пахло от неё чудесно: девушка не поскупилась, поливая себя духами. Как ни странно, несмотря на то, что она потрудилась принарядиться и накраситься, её внешность оставалась неприметной.

— Надеюсь, вы меня пригласили не только для деловой беседы! — шепнула она, пока мы шли в столовую. — Я ведь так старалась ради вас.

— Посмотрим, — отозвался я.

— Ну, не будьте жестоки!

— Кто бы говорил.

— Я вовсе не жестока. Просто человеку с моим Даром приходится браться за работу, которая ему подходит. Только и всего. Надеюсь, вы меня не осуждаете.

— Уверяю, дорогая, на свете не так много людей, которых я осуждаю. И вы совершенно точно в их число не входите.

— Как я рада это слышать!

Едва мы сели за стол, лакей принёс ужин. Повар потрудился приготовить бифштекс с жареным картофелем и стручковой фасолью. Томатный соус был отличным дополнением к трапезе.

— Ну, так что вам угодно мне поручить, ваше благородие? — спросила Эвелина, беря вилку. — Уверена, это как-то связано с губернатором и, соответственно, очень опасно.

— О, я бы не посмел рисковать ни вашей жизнью, ни, тем более, вашим замечательным Даром. Думаю, вас даже позабавит то, о чём я попрошу.

— Очень сомневаюсь. Но давайте, выкладывайте.

— Я хочу, чтобы вы запаслись ДНК всех, кто окружает губернатора Назимова, и ждали моих указаний. А когда они поступят, сделали всё в точности.

Девушка отправила кусок бифштекса в рот, прожевала и положила вилку возле тарелки.

— Господин Львов, давайте расставим точки над «ё». Я, конечно, вам должна. А долг платежом красен — базара нет. Но вы же понимаете, что его превосходительство — основной источник моего дохода.

— Отлично понимаю. Поэтому предлагаю вам, моя дорогая, поступить на службу ко мне. Иначе говоря, не рассматривать наше сотрудничество как временное и связанное исключительно с тем досадным инцидентом, когда вы собирались меня убить.

— Вы серьёзно? Предлагаете работать на вас?

— Именно так. Что скажете?

Глава 17

Девушка издала звук удивления, поправила волосы за ухом, покачала головой и медленно откинулась на спинку стула.

— Вы очень амбициозны, господин Львов, — проговорила она, глядя на меня в упор. — Однако должны понимать, что работать на губернатора и на вас — это разные жанры, если позволите так выразиться.

— О, это я отлично понимаю, Эвелина. И вы были бы абсолютно правы, если бы наш разговор происходил до того, как выяснилось, что господин Назимов отправил вас меня отравить.

— Не понимаю, что вы имеете в виду, — с деланой невозмутимостью произнесла моя собеседница.

— Думаю, понимаете. Не пытайтесь казаться глупее, чем есть. Вам не идёт.

— Спасибо, конечно, господин Львов. В любезности вам не откажешь. Однако я не…

— Как считаете, что предпримет его превосходительство, узнав, что вы не только скомпрометированы сами, но и скомпрометировали его? Какова вероятность, что он всё равно будет вас ценить и давать важные поручения? И нет ли шанса, что господин Назимов сочтёт лучшим вариантом избавиться от вас? Да, мимики — редкие экземпляры. Но своя шкура дороже.

Повисла пауза. Эвелина смотрела на меня, явно обдумывая услышанное. И постепенно понимала, что я прав.

— И вы поступите так? Сдадите меня? — проговорила она, наконец. — Если откажусь работать на вас. Обречёте девушку на смерть?

— Вы собирались меня убить.

Эвелина досадливо поморщилась.

— Ну, что вы повторяетесь, ваше благородие⁈ Дело прошлое. И вы ясно определили, что я должна собирать для вас сведения о губернаторе. А теперь выдвигаете новые условия. Это нечестно.

— А вы собрали для меня сведения, которые могут мне помочь?

Вопрос девушку смутил.

— Нет, — ответила она нехотя. — Но…

— Вам поручали новые задания?

— Нет, но…

— И не поручат. Его превосходительство не глуп и осторожен. Вы не сделали то, что он вам велел. И это подозрительно. Собственно, вы уже скомпрометированы. Так что, как ни жаль мне вас расстраивать, вы больше на него не работаете. И высокого покровительства лишились. Собственно, вас держат на крайний случай. Не более того. Я же предлагаю вам надёжную работу и защиту.

— Защиту? — Эвелина усмехнулась. — Если Назимов решит меня убить, вы не сможете…

— Меня он пытается устранить, но пока безуспешно.

— Пока, господин Львов. Не питайте иллюзий. Рано или поздно он до вас доберётся.

— Если согласитесь на меня работать, то нет, — сказал я веско. — Собственно, мой план поможет нам обоим.

— Правда? Собираетесь убить губернатора? Моими руками? — девушка покачала головой. — Такое за случайность не выдать. Будет расследование, и серьёзное. На вас первого падёт подозрение.

— Это вряд ли. Уверен, господин Назимов кормится со всей губернии, и врагов у него хватает.

— Но если он умрёт непосредственно после того, как потребовал у вас денег, первым подозреваемым станете вы.

— Для этого кто-то должен признать, что губернатор требовал у меня взятку.

— Я вас умоляю! Вы с ним встречались. Вы новые человек. А то, что Назимов нечист на руку — секрет Полишинеля.

Тут она была, конечно, права. Вот только убивать Назимова я и не собирался. Расследование мне действительно ни к чему.

— Не волнуйтесь, Эвелина. Просить вас отравить его превосходительство в