"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Глава 10

На пол он укладывается не спеша. Как будто ждёт, что кто-то ворвётся в комнату, придя ему на помощь. Но никого не появляется. А я стягиваю его руки за спиной, пустив в дело ремень из штанов его убитого собеседника.

— Ты ведь знаешь, чей это дом? — глухо интересуется мужчина, повернув голову в другую сторону. — Не знаю, кто тебя послал, но после такого не выжить.

— Угу, — подняв полу его пиджака, я вытаскиваю из кобуры небольшой револьвер, отбрасывая его в сторону. — Считай я уже мёртв. Ну а тебе, если хочешь ещё пожить, лучше начать говорить.

Какое-то время он молчит. Ровно до того момента, как я вытаскиваю ремень из его собственных штанов и принимаюсь вязать ноги.

— Ты чё, паскуда? — срывается он на истерический тон. — Я Старпом! Прояви уважение, тварь!

Внутри меня яростно рычит зверь. Которому дико хочется превратить в лохмотья одну из его ног.

Вместо этого рассекаю острием лезвия его правую икру,. Удовлетворённо улыбаюсь, слыша крик.

— Ты — мясо, — цежу слова, затягивая ремень на его дёргающихся ногах. — Которое я буду кромсать до тех пор, пока не услышу всё, что хочу.

Он пытается упорствовать и даже угрожать. А я наглядно демонстрирую, почему блокировка звуков — плохая идея. Отрезав оба уха и выдавив один глаз. Когда преодолевая отвращение, заявляю, что теперь примусь резать его гениталии, бандит ломается.

Говорит он много. Вываливает столько информации, что я с трудом успеваю запоминать. Стараюсь сразу отсекать третьестепенное и фиксировать только действительно важные вещи.

В этот раз повезло — на полу валяется действительно ценный член группировки. Один из условных лидеров, которых в местном криминальном мире зовут Старшими. По мере того, как он излагает, я привычно структурирую. Формируя для себя картину.

Факт номер один — на полицию можно не рассчитывать. У портовых кварталов отдельное полицместейрство, глава которого работает в тесной связке с «Кроликами». Ещё есть полиция порта, но она стоит особняком. А руководство сидит в Верхнем городе — до проблем трущоб им никакого дела нет.

Факт номер два — размах у банды куда шире, чем я предполагал. До того они в основном занимались рэкетом, мошенничеством и грабежами. Но после перехода к работорговле, набрали дополнительных людей и развернули новые точки. Именно живой товар сейчас даёт им основные деньги.

Факт номер три — с триадами они достигли соглашения. И почти не пересекались. Китайцам нужны были славянские красотки для борделей, а эти гребли всех, кто попадался под руку.

Ну и на закуску, он рассказал всё, что знал о конечных клиентах. Тех, кому они продавали живой товар. Знал Старпом не слишком много. Но это было намного больше того гигантского нуля, который у меня имелся до того. Одна информация о том, что «Кролики» пытались включиться в процесс использования рабов для «производства» товара, уже немало стоил.

Как выяснилось, тот склад, который я спалил, принадлежал банде. Они же организовали его защиту. А вот старик внутри были прислан партнёрами. С тем, чтобы обучить технологии и присмотреть.

Когда фонтан красноречия мерзавца иссякает, задаю ещё несколько вопросов. Куда более прозаичных. И вскрываю горло.

На то, чтобы обшарить дом, уходит больше часа. Тут совсем не те размеры, с которыми я сталкивался раньше. Есть даже что-то вроде погреба, где обнаруживается головка сыра и одинокая бутылка вина.

Куда больше меня интересуют деньги. Если суммировать содержимое карманов убитой пятёрки и найденное в ящиках письменного стола — я снова богат. Почти полторы сотни — немало по меркам местных улиц.

Другой интересный улов — бухгалтерия. Несколько тетрадок, в которых владелец места вёл записи. Кого привезли или увезли, сколько денег и кто именно заплатил, откуда поставлен живой товар. Много всего остального — анализировать всё прямо здесь, я не стал. Успеется.

Сейф тут тоже имелся. Массивный и наверняка с интересным содержимым. Но шифр от него знал портной, на которого была зарегистрирована мастерская. Тот мужчина, которому я влепил пулю в лоб. Поэтому от идеи вскрыть стальную коробку пришлось отказаться.

Оружие и кое-что из вещей я тоже забрал. Набив ими объёмистую кожаную сумку. Вместившую и головку сыра с бутылкой вина, и несколько пистолетов с револьверами, и прочие вещи.

Дальше настал черёд самого сложного — освобождения пленников. Спустившись в комнату, через окно которой забрался в дом, я остановился сбоку от кровати. Посмотрел в глаза лежащей женщины.

— Снаружи ничего не слышно, — начал я. — Но если станешь кричать и мешать, мне придётся использовать силу. Ты поняла?

Та, насколько это было возможно, изобразила кивок головой. Попыталась во всяком случае.

— Хорошо, — медленно протянул я. — Теперь я тебя развяжу. А ты попробуй вести себя адекватно. Потом поможешь разобраться с остальными.

Постояв, дождался ещё одного «кивка» с её стороны. Вытащил нож. И запрыгнув на кровать, принялся резать верёвки.

Глава 11

Выжившего гоблина звали Тэкки-тап. Из племени варразов.

Он хромал на левую ногу, был иссечён плетью и щеголял двумя глубокими порезами на правом боку. Ещё, у него кажется треснула пара рёбер. Тоже справа.

Группа, которую я освободил в прошлый раз, на исправительные работы решила не возвращаться. Именно оттуда их и продали, предварительно подсыпав чего-то в чай. Что убило в гоблинах последние капли доверия к правоохранительной системе.

Правда, попытка сбежать из города тоже не удалась. Перехватили на железнодорожной станции, где группа коротышек пыталась договориться с местными, чтобы укатить на товарняке.

Вместо обеспечения маршрута, местные известили «Кроликов». Те, в свою очередь прислали группу бойцов. Закончилось всё это предсказуемо плохо. Тэкки-тап остался в живых только по одной причине — кто-то из лидеров банды хотел поговорить о личности освободителя. Узнать, кто именно их отпустил.

— Зря тёлок оставил, — сделав ещё один шаг, гоблин сплюнул на брусчатку, кося назад взглядом. — Там пара ничё так была. И ваще, они те должны. Чё ты их отпустил-то просто так? Насадить над было!

Варразы. «Национальность» гоблинов, что принадлежала к третьей ветви. Всего тех было четыре. Ушастые коротышки из третьей отличались мускулистым телосложением, дикими обычаями и пристрастием к татуировкам. Специфика культурного кода.

— Моя добыча — моё дело, — отрезал я, чеканя слова.

Так проще, чем объяснять настоящие мотивы. Насколько я мог судить по речи моего спутника, его мозг работал предельно просто. Можешь кого-то трахнуть — поимей. Видишь золото — забери. Обнаружил врага