Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

или подчиненных. В этот раз стулья сдвинули к стенам, освободив побольше свободного пространства. Как раз на одном из этих стульев сидела Рикарда Адан, у правой стены. А вот главное место за столом занимала незнакомая пожилая женщина. Может быть ровесница той бабки, с которой я говорил в деревне у Холодного мыса. По левую руку от нее еще одна незнакомая женщина. Если старуха выглядела как хозяйка, к которой ты пришел домой, то у второй взгляд волевой, видящий тебя насквозь.

— Подойди ближе, — сказала старшая. — Я Эльма, старейшина. Это Клерет Тебар. Позади тебя Лусия, твой опекун с этого момента. Бери стул, нас ждет долгий разговор…. — она осеклась, так как заметила Большую. Долго же она соображала. Или была настолько уверена, что той здесь быть не может в принципе? Я и сам обернулся, так как от моей подруги повеяло желанием вцепиться старейшине в глотку. — Я же приказала запереть эту тварь в подвале!

— Она останется рядом со мной, — громко сказал я. — Во-вторых: мне не нужен опекун. Госпожа Адан объяснит вам, что мы уже прошли этот этап. И последнее, я надеюсь ваш долгий разговор может подождать до завтра, так как меня ждет тихий семейный ужин. Я обещал, что буду присутствовать и не хочу нарушать данного слова.

В помещении повисла тишина.

— Я была права, когда говорила, что Адана потеряла голову и ее давно пора заменить, — сказала старейшина, явно кидая камень в огород Рикарды. Вот только странно, что она назвала ее «Адана» как принято у асверов. И даже вложила в это имя смысл. — Мало того, что за такой короткий срок испортила мужчину, так еще и устроила в бардак в гильдии. Но, это поправимо. Завтра с утра ты возьмешь этого мужчину и вернешься к Холодному мысу. Там решится ваша судьба. Ну а вы, — она посмотрела на четверку моих новоиспеченных опекунов и сказала короткое «действуйте» на языке асверов.

С самого начала разговора было понятно, что ничем хорошим он не закончится. Эта старая дура явно не знала, что я могу читать ее намерения не хуже, чем она мои.

Еще до того, как старейшина договорила, Большая в два быстрых шага оказалась рядом со мной, широким движением высвободив меч из ножен, так и висевших за моим плечом. А вот четверка асверов этот маневр прозевала. Просто не увидела данного намерения у Большой, так как она просто выполнила мой приказ. Они с запозданием в секунду достали мечи и дружно повалились на пол, лишенные сил.

— Чем хороши разновидности заклинаний Карста? — спросил я, не обращаясь к кому-то конкретному. — Тем, что для них не нужен прямой физический контакт. Смотри за ними, — сказал я Большой. — Дернутся — руби к демонам собачьим.

Женщины за столом замерли. Оружия у них я не увидел, да и вряд ли они стали бы спорить с тас'хи. Я же прошел к Рикарде, усаживаясь на соседний стул. Она смотрела на все происходящее, как на представление в уличном театре.

— И что происходит? — спросил я.

— Старейшины решили, что в гильдии дела совсем плохи, — равнодушно ответила она.

— А у нас все так плохо?

— Могло быть и лучше.

— Адана…, — надавила старейшина.

— А ну, цыц! — шикнул я. У двери кто-то из обессиленных женщин попытался подняться, звякнув мечом о пол. — Быстро они, — удивился я.

— Эти могут, — кивнула Рикарда.

— Кстати, почему Адана? — задал я глупый вопрос.

— Сам как думаешь? Люди ценят не выше кучи грязи тех, у кого нет ни второго имени, ни имени рода. А глава гильдии — личность публичная.

Все понятно. Асвер не может отказаться от имени, но кто сказал, что его нельзя использовать и таким образом.

— И что хотят старейшины? — спросил я. — И она, что действительно хочет посадить меня на цепь и в яму?

— Что хотят старейшины, не знаю. Думаю, они сами запутались. Вот, прислали мне замену, — она посмотрела на Кларет.

— И ты так просто отдашь им эту должность? Нет, ну какие… Можно я немного разозлюсь?

— Валяй, — все так же равнодушно ответила она.

Я встал, прошел к столу. Положил руку на плечо Большой, чтобы чуть-чуть ее успокоить. Старейшина явно не умела, или, что вероятней, не хотела сдерживаться.

— Все понимаю, я не один из вас, тем более мужчина, — начал я. — Но, думаю, что заслужил хоть немного уважения! Госпожа Адан это понимает, хотя сколько я доставил ей проблем, вы даже не представляете. И ей эти проблемы расхлебывать. И перед кем я распинаюсь? Ты же смотришь на меня, а видишь собаку, место которой в яме. И я не знаю, за что ты ненавидишь Большую, но тебе я ее не отдам.

— Это мы еще увидим. И где твое место, и ее судьбу, — в ее словах было столько желчи, что можно захлебнуться.

— А вот давай посмотрим! Вершительница чужих судеб! Пусть Уга нас рассудит. Кто прав, я, доставляющей ей одни проблемы или ты, решившая, что можешь решать судьбу рода, ведомая своей прихотью?

* * *

Рикарда решила не вмешиваться в происходящее, что бы не происходило. Она тоже считала, что старейшина перегнула палку и мальчишка имеет право выплеснуть свой гнев. После долгого и неприятного разговора, она была даже рада, что он показал им зубы. В будущем ему это пойдет только на пользу.

— «О Уга, мать демонов, обрати на нас внимание свое», — неожиданно произнес Берси на языке асверов. И Великая мать откликнулась, явив свое присутствие. Воздух в помещении сгустился, магические светильники замерцали, а неизвестное заклинание, сдерживающие женщин у дверей сдуло, словно и не было его. Берси заметно пошатнуло от того, что он был явно не готов к ее появлению. Но сумел взять себя в руки, выпрямился. — «Яви волю свою!».

Собственно, из данной молитвы Рикарда помнила только эти две строчки и могла поклясться, что повторить их у нее бы не получилось. Присутствие богини исчезло так же внезапно, как и появилось. В тишине раздался глухой щелчок, как будто сломали сухую ветку. Старейшина трясущейся рукой схватилась за лоб у рога и из-под пальцев у нее побежала тоненькая струйка крови. Тебара отскочила от старейшины, как от прокаженной, опрокинув стул. Лицо ее побелело. Рикарда наверняка выглядела не лучше, хоть гнев матери ощутила лишь отдаленно.

— Не стойте там, — нарушила она тишину, обращаясь к отряду Лусии. — Зовите Эвиту. Надо прижечь рану, иначе старая Эльма истечет кровью. Шевелитесь!

Женщины резво выскочили за дверь. Рикарда встала, на всякий случай держась за спинку стула. Но, колени вроде не дрогнули.

— Кошачий