Весь Пол Андерсон в одном томе - Пол Андерсон

Иначе… если поля будут перегружены и не смогут защитить нас… ну, мы все знали, что это путешествие рискованно.

Он услышал, как многие судорожно вдохнули воздух, как закатываются глаза, начинают дрожать губы, пальцы чертят знаки в воздухе. Он настойчиво продолжал:

— Мы мало что можем сделать, чтобы подготовиться. Немного подрихтовать, конечно; но по существу корабль уже настолько готов ко всему, насколько это возможно. Когда приблизится момент столкновения, мы все займем места в противоударных устройствах и наденем скафандры. Теперь переходим к обсуждению.

Рука Вильямса взлетела из-за плеча высокого М’Боту.

— Да?

Химик побагровел, что свидетельствовало скорее о негодовании, чем о страхе.

— Мистер капитан! Зонд-робот не докладывал ни о каких опасностях на нашем пути. По крайней мере, в его сообщении не было ни намека на них. Правильно? Так кто ответит за то, что мы влипли в это дерьмо?

Голоса стали громче и смешались в невнятный гул.

— Тихо! — распорядился Шарль Реймон.

Хотя он говорил негромко, его голос подействовал на всех. Несколько человек бросили на него недовольные взгляды, но крикуны угомонились.

— Мне казалось, что я все объяснил, — сказал Теландер. — Облако крошечное по космическим стандартам, не светящееся. Его нельзя обнаружить на больших расстояниях. Оно имеет высокую скорость, несколько десятков километров в секунду. Таким образом, даже если бы мы в точности повторяли путь зонда, облако находилось бы далеко в стороне от его пути — это было больше пятидесяти лет назад, не забывайте. Более того… мы уверены, что зонд летел не точно там, где мы сейчас. Кроме движения Солнца и Беты Девы относительно друг друга, примите во внимание еще и расстояние между ними.

Тридцать два световых года — это больше, чем в состоянии вообразить наши бедные мозги. Самое слабое отклонение курса, проложенного от звезды до звезды, означает разницу во много астрономических единиц в середине пути.

— Столкновение невозможно было предсказать, — добавил Реймон. — Этого не должно было произойти Однако кто-то время от времени должен вытаскивать бумажку с крестиком.

Теландер резко вскинул голову.

— Я вас не узнаю, констебль, — сказал он.

Реймон покраснел.

— Капитан, я старался побыстрее закончить дело, чтобы кой-какие лопухи не задерживали вас здесь, заставляя объяснять очевидные вещи.

— Не оскорбляйте товарищей по кораблю, констебль. И, пожалуйста, подождите говорить, пока к вам не обратятся.

— Прошу прощения, капитан.

Реймон скрестил руки на груди. Лицо его утратило всякое выражение.

Теландер сказал, тщательно подбирая слова:

— Пожалуйста, не стесняйтесь задавать вопросы, какими бы элементарными они не казались. Вы все имеете образование в теории межзвездной астронавтики. Но я, чьей профессией это является, знаю, какие странные в ней есть парадоксы, и как трудно их удержать в уме. Лучше, если каждый в точности будет понимать, что нас ждет… Доктор Глассгольд?

Молекулярный биолог опустила руку и робко сказала:

— Не можем ли мы… Я хочу сказать, что… объекты вроде этой туманности, они бы на Земле считались вакуумом. Так ведь? А мы, уже почти добрались до скорости света и с каждой секундой прибавляем скорость. И массу. Наш обратный тау, должно быть, сейчас около пятнадцати. Это означает, что наша масса невероятно велика. Так как может немного пыли и газа нас остановить?

— Хорошее возражение, — ответил Теландер. — Если нам повезет, мы пройдем сквозь облако без особых помех. Но это не совсем так. Не забудьте, что пыль и газ по отношению к нам движутся равно быстро, и их масса соответственно возросла.

Силовым полям придется поработать над ней, направляя водород в систему реактивного двигателя и отклоняя всю материю от корабля. Эти действия окажут на нас влияние. Более того, все произойдет крайне быстро.

То, что поля могут сделать в течение, скажем, часа, они могут оказаться не в состоянии сделать за минуту. Мы должны надеяться, что материальные компоненты корабля смогут выдержать сопутствующие нагрузки.

Я говорил с главным инженером Федоровым, который сейчас на посту. Он считает, что мы, весьма возможно, не потерпим серьезного ущерба. Он признает, что его мнение — не более чем экстраполяция. В эру пионеров учатся в основном на собственном опыте. Мистер Ивамото?

— Я так понимаю, что у нас нет возможности избежать столкновения? Один день корабельного времени — это примерно две недели космического времени, верно? У нас нет шансов обогнуть это об… эту туманность?

— Боюсь, что нет. С нашей, внутренней, точки зрения мы сейчас производим ускорение примерно в три «g». Однако с позиции внешнего мира это ускорение не есть постоянно, а постепенно падает. Даже если мы повернем под прямым углом к теперешнему курсу, это не уведет нас достаточно далеко в сторону, прежде чем произойдет столкновение. В любом случае, у нас нет времени, чтобы подготовиться к такому категорическому изменению схемы полета. Да, второй инженер М’Боту?

— Могло ли бы помочь, если бы мы затормозили? Мы ведь должны находиться в одном из двух режимов постоянно: толчок вперед или назад. Но я думаю, что сейчас торможение ослабило бы столкновение.

— Компьютер не дал на этот счет никаких рекомендаций. Возможно, информации недостаточно. Боюсь, что даже в самом лучшем случае процентная разница в скорости будет невелика. Мне кажется, что у нас нет выбора, кроме как… эээ…

— Проскочить насквозь, — сказал Реймон.

Теландер бросил на него раздраженный взгляд. Реймон, похоже, не очень этим обеспокоился.

Однако по мере развития дискуссии его взгляд переходил с одного говорящего на другого, и складки на его лице около губ запали глубже.

Когда наконец Теландер объявил: «Все свободны», констебль не вернулся к Чи-Юэнь. Он почти грубо протолкался через толпу и схватил капитана за рукав.

— Я думаю, нам лучше поговорить наедине, сэр, — заявил он.

Резкость тона снова вернулась к нему.

Теландер произнес ледяным тоном:

— Вряд ли сейчас время ограничивать кому-либо доступ к фактам, констебль.

— Ах, назовите это вежливостью. Мы просто идем работать сами, не утомляя остальных, — нетерпеливо ответил Реймон.

Теландер вздохнул.

— Ладно, пойдемте со мной на мостик. Я слишком занят, чтобы устраивать приватные конференции.

Несколько человек, похоже, были другого мнения на этот счет, но Реймон сердитым взглядом и ворчанием отогнал их прочь. Теландер не выдержал и улыбнулся краешком губ, когда они выходили.

— Вы все-таки умеете с ними обойтись, — признал он.

— Парламентский «человек с топориком»? — сказал Реймон. — Боюсь, что от меня вскоре потребуется больше, чем это.

— Надо полагать, на Бете-3. Специалист по спасательным работам и контролю в случае стихийного бедствия может очень пригодиться, когда мы туда попадем.

— Это вы скрываете от других факты, капитан, а не я. Вы серьезно потрясены тем, что нас ждет. Я подозреваю, что наши