Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков

тебе мысли. Отдам тебе всю себя. Только найди дорогу. Только найди. Заклинаю тебя от ножа, от пули, от взрыва, от предательства, от счастья не со мной… Не умирай, мой любимый! А если пытался – воскресни!..»

Она лежала обессиленная, скользя взглядом по комнате. И тени, приобретая с каждой минутой плотность, шевелились в её воображении. Входили и выходили, как в помещение транспортного терминала общего пользования. Некоторые пытались обратить на себя внимание. Но Амрина, потеряв чувство реальности, всё ждала того, кто подойдёт к ней и скажет ТАК и ТО, чего в этой Вселенной или ещё не умеют, или УЖЕ не умеют.

Её уставшие глаза быстро наполнились слезами от одного только несказанного слова «уже». А тени всё входили и выходили. Вот одна подошла ближе всех и покачала головой. Амрине даже показалось, что она сказала… «Амри-и… здравствуй…»

«Амри-и… Здравствуй! Неужели это ты дотянулась до меня своими мыслями? Неужели это мне не мерещится? Но даже если я постепенно схожу с ума, я говорю тебе: здравствуй, любимая! Не бойся за меня, я не умру, не дождутся!»

Её подбросило, как пружиной!

«НЕУЖЕЛИ?! Ведь это самое настоящее мнемо… Ведь это… его голос! ОН ЖИВ!!!»

И почему она не попыталась связаться с ним сразу после того нелепого разговора с Ветричем?.. Потому что больше всего на свете боялась НЕ получить ответ.

Женщина возбуждённо металась по комнате, шаря невидящим взглядом по стенам. А потом, не в силах сдерживать чувства, упала на кровать и разрыдалась от счастья.

Простого женского счастья.

Любимый РЯДОМ.

Очнулась она от прикосновения ладони, нежно проводящей по её спине.

Изревевшись до одури, Амрина сначала даже не поняла – снятся ли ей эти прикосновения или же… На всякий случай не шевелясь, она приходила в себя, гадая о реальности касаний. Пока эта нежная рука не коснулась её волос!

– А-лень-кий… – не веря ещё в это предположение, прошептала-выдохнула она.

– Амри…

Голос. В нём – нежность. В нём…

– Алень… – она встрепенулась, приподнимаясь, и… застыла потрясённо.

– Амрина, здравствуй…

На неё в упор смотрели переполненные болью глаза родного отца.

– Папа?! – она резко закрыла веки и мгновенно разрыдалась.

«Ну почему, почему, почему?!»

Это не было разочарованием или же явным нежеланием видеть именно его. Это была истерика истрёпанной психики.

– Ну почему ты так?! Почему ты за мной неотступно следишь? Почему от тебя никуда не скроешься? Почему ТЫ… По-че-му-у-у-у?!

– Потому что я… твой папа, моя девочка.

– У-у-у… как же я… как же я тебя… – она набросилась на него, беспорядочно шлёпая ладошками, задевая плечи, лицо, руки и, заходясь в рыданиях, повалилась ему на грудь. И, затихнув на родной отцовской груди, прошептала. – …как же я тебя… люблю.

…Митрича она ещё позавчера переправила в расположение земных тыловых частей. Лишь на первый взгляд казалось, что сделать это будет неимоверно трудно. Трудно, если быть полностью незнакомым с разветвлённой сетью Узловых терминалов особого назначения, к которым и в военное время не имела доступа даже армия Локоса, что уж говорить об остальных. Амрина рассчитала всё: и время, и точку высадки, и свой имидж, представ перед солдатами тыловой части, как один из пехотинцев армии самого Святополка Третьего. Светлое свободное одеяние смотрелось на ней убедительно, да ещё и Митрич подыграл так, что никаких сомнений не возникло – побратим доставил своего сотоварища до самого санбата. Напоследок он, уже не для чужих глаз, уже не играя, – так пронзительно и жалостно посмотрел на Амрину, что у неё занемел затылок. И сказал: «Амринка, ты это… Лексея-то непременно сыщи… А ежли на свадьбу старика не покличете, ей-богу, раньше положенного на тот свет отправите… обидите до смерти!»

Митрича в её убежище уже не было. Лишь тишина да безмолвные тени, да беспощадные мысли. И сама судьба послала родного отца!

Сегодня, после двух потрясений, она спала мирно, как ребёнок в колыбели. Прижала к своей груди отцовскую ладонь, словно детскую игрушку, да так и заснула.

А Инч Шуфс Инч Второй всю ночь просидел рядом со спящей дочерью. Слушал её дыхание. Думал о прожитой жизни. В голове его проносились картины прошлого, неспешно раскручивалась спираль былого. И даже вспомнился целый куплет колыбельной. Той незатейливой песенки про медленную глуншу, которая всё никак не могла доползти, чтобы погасить фонарик, и он светил всю ночь, как звёздочка. Когда-то давным-давно он пел её вот этой самой девочке. А она шмыгала носиком. И улыбалась во сне…

Улыбалась, как сегодня.

Та девочка ещё не ведала истинной картины бытия.

Эта – уже ведает.

Но ещё не заглядывала на обратную сторону холста.

Глава двенадцатая

Откровения от Семиарха

– Замки и засовы на дверях нынешнего твоего убежища были самым легкопреодолимым препятствием на пути к тебе. Я их не взламывал, я знал все коды… Давно знал, ещё с момента, когда ты приобрела эти помещения через подставных лиц. Поэтому просто открыл и вошёл.

– Так это что же получается? – притворно нахмурилась Амрина. – Ты не только следил за мной всё это время, но и…

– Нет, – покачал он головой. – Не следил… Вернее, не так. Сначала следил, а потом, когда ты мне напомнила о «санкции на побег» – перестал. Просто – знал. Каждый день знал, где ты находишься и что делаешь. И от этого знания мне было легче… За исключением того страшного периода, когда ты попала на Фьоллу. Дочь, ты даже не представляешь, какие возможности у семиарха! Почти неограниченные.

– Вот именно, почти… И ты почти все эти возможности направил на то, чтобы ЗНАТЬ обо мне всё?

– Ну, скажем так, большую часть. Ведь необходимо было ещё контролировать ситуацию на Локосе…

– Отец! – перебила она его, чтобы задать один из самых волнующих её вопросов. – Если ты контролировал ситуацию, скажи… Почему Высшая Семёрка ТАК себя ведёт?! В смысле, никак не…

Инч Шуфс Инч Второй мрачно усмехнулся.

– Она себя ведёт именно так, как может. Это поведение – истинное отображение сущности того, что представляют из себя эти люди на самом деле. В смутное время перемен… когда нужно принимать непростые решения. Локос получил то, что заслужил. Тысячелетия мира и покоя… отомстили.

– Хочешь сказать, что ты точно такой, как они? Ведь ты тоже…

– …бездействую? – семиарх закончил фразу за неё. – Нет, я не сижу сложив ручки и очистив мысли. Все подвластные мне структуры ежеминутно собирают информацию, все анализирующие комплексы её перемалывают и ежечасно шлют сжатую сводку на мой мнемопорт. И как только я узнал о том, что